Королевство руин (ЛП)

Мои глаза сужаются. — Почему?
— Почему? — повторяет он, и в его глазах ясно читается замешательство.
— Зачем предлагать это?
Он пристально смотрит на меня некоторое время, прежде чем вздыхает. — Потому что ты портишь мне настроение в пятницу, и к тому времени, как мы закончим выходные, я больше не захочу даже приближаться к твоей комнате. Один раз и все, помнишь?
Он все еще думает, что получит что-то от меня в эти выходные. Он ошибается, но, если это даст мне более сильную защиту, возможно, его иллюзия может сыграть мне на руку.
  
Я поджимаю губы, обдумывая его предложение, но мои мысли прерывает звук смеха, доносящийся с лестницы, а затем появляются Флора и Арло. Он щекочет ее талию, заставляя визжать, и мое сердце сжимается от того, как беззаботно они себя ведут. Интересно, каково это?
Я знаю, что никогда не почувствую этого, не с тем жизненным путем, который мне уготован. Я либо умру, пытаясь достичь своей цели, либо получу то, что по праву принадлежит мне, обреченная быть настороже и под защитой до конца своих дней.
Это решение, с которым я смирилась, пока не появится маленькая просвет в облаках, как сейчас.
— О, привет, Адди. Мы как раз собирались тебя искать, — заявляет Флора, высвобождаясь из объятий Арло и приближаясь.
— Искать меня? — Спрашиваю я, делая вид, что мага передо мной не существует, но у него, похоже, другие идеи.
— Она занята. У нее свидание.
Глаза Флоры расширяются, и уголок ее рта приподнимается от удивления.
— О, в ее день рождения? — мило спрашивает она, и я бросаю на нее сердитый взгляд. Она точно знает, что делает.
— У нее день рождения? — Спрашивает Броуди, убирая руку с моей двери, чтобы потереть подбородок.
— Да. — Она указывает на табличку на двери, на которой написано мое имя и дата рождения. Она покойница. Точно, точно покойница.
— Так, так, так. Ты только посмотри на это? Приводи себя в порядок, Кексик. Тебя ждет праздничное угощение. И ты уже знаешь, какой у меня подарок.
Он имеет в виду либо свой член, который, черт возьми, мне не нужен, либо более сильную защиту. Последнее — идеальный подарок. Сосредоточившись на этом, я делаю глубокий вдох, медленно выдыхаю и киваю.
Нахуй все. Посмотрим что из этого выйдет.
ВОСЕМНАДЦАТЬ
БРОДИ
Я
никогда не отличался терпением. Это не та черта, которой я когда-либо был наделен, но, похоже, ожидание Адди — исключение. Прислонившись спиной к стене напротив ее комнаты, я постукиваю пальцами по своей руке, поскольку интрига не дает мне покоя.
В ней что-то есть. Я не знаю, что именно, но это запутывает меня.
Я улыбаюсь, вспоминая выражение ее лица, когда она открыла дверь. Оно навсегда запечатлеется в моей памяти. Я знал, что она подумает, будто я не приду. Это и был мой план: застать ее врасплох, и, похоже, он сработал.
Мне действительно нужно выкинуть ее из головы. Она сводит меня с ума. Чем быстрее я убежу ее, что трахнуться со мной — хорошая идея, тем быстрее я смогу снова мыслить здраво. Она поглощает каждую частичку меня, на уровне, который я никогда раньше не испытывал, и это только сделает мое освобождение намного слаще.
Дверь ее комнаты открывается, вырывая меня из моих мыслей, но, когда в щель выглядывает только ее голова, я не очень уверен, что мы готовы идти.
— Куда мы идем?
Я улыбаюсь. Я ждал этот вопрос, и она потратила больше времени, чтобы его задать, чем я ожидал.
— Наружу.
Ее ярко-зеленые глаза сужаются. Если она думает, что этот строгий взгляд заставит меня подчиниться, то она ошибается. Он просто делает ее еще сексуальнее, что я предпочитаю держать при себе. В противном случае мы никогда не выйдем отсюда.
— Этого недостаточно, чтобы понять, — ворчит она, и я вздыхаю, немного уступая.
— Что еще тебе нужно?
— Место.
Я качаю головой.
— Это сюрприз.
Ее челюсть напрягается, а строгость в глазах усиливается.
— Сюрприз, который может быть опасным? Мне нужно быть начеку? Это что-то неформальное? Я не знаю, что надеть, и нужно ли мне оружие?
Теперь моя очередь удивляться. Это не те вопросы, которые я обычно слышу. Одежда, да, возможно, но опасность и оружие? Это не то, о чем обычно спрашивают девушки. Хотя, я никогда раньше не водил девушку-фейри на свидание, так что, возможно, это обычное дело для них. Я не знаю.
— Ты можешь надеть все, что захочешь, но мы покидаем кампус, так что, все на твое усмотрение, — предлагаю я, не совсем уверенный, в какой ситуации ей понадобилось бы оружие, но, как бы я ни был заинтригован, я держу рот на замке.
Ей каким-то образом удается еще больше сузить глаза, что-то бормоча себе под нос, прежде чем она захлопывает дверь. Она дерзкая. Мне это нравится.
Бросив взгляд на часы, я думаю, не стоило ли мне прийти раньше. И как будто почувствовав мои мысли, дверь снова распахивается, лишая меня дара речи.
Святое. Дерьмо.
Она… мягко говоря, сногсшибательна.
Пару светлых локонов рассыпались по ее плечам, а коса все еще убирает волосы с лица. На ее плечах расстегнутая черная куртка, под которой видна укороченная белая футболка с облегающим корсетом, затянутым на талии. Все это украшено серебром, и мои пальцы зудят от желания коснуться его. Обтягивающие черные боевые штаны делают ее попу просто божественной, и они заправлены в грубые сапоги на высоком толстом каблуке, со шнуровкой спереди и серебристыми вставками по бокам. Моя голова наклоняется ближе, и приходит мысль, что серебро, кажется, танцует на свету.
Переводя взгляд на ее корсет, я замечаю, что на нем тоже есть серебро. И это не просто отделка; это… кинжалы.
Она практически, блядь, увешана кинжалами.
— Ты не Кексик. Ты чертова королева кинжалов, — прохрипел я, встречаясь с ней взглядом как раз вовремя, чтобы увидеть, как она закатывает глаза.
— Такой драматичный, — ворчит она, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.
— А ты чертовски сексуальна.
Трудно не заметить улыбку на ее губах, но она все равно пытается скрыть ее. — Это почти лестно. А теперь, заколдуй мою комнату. Пожалуйста.
— Ни за что, Кинжал, мы сделаем это, когда вернемся.
— Ты можешь сделать это сейчас, — настаивает она, и я качаю головой. Она заставляет меня делать это так часто, что в конце концов у меня закружится голова.
— Чтобы ты вернулась и оставила меня совсем одного? Я так не думаю, — парирую я, зная ее мысли, и когда она вздыхает, то только подтверждает это. Прежде чем она успевает продолжить спор, я делаю шаг к лестнице. — Пошли, мы опаздываем.
— Куда?
— На наше свидание.
Она идет в ногу со мной, и когда мы достигаем лестницы, я делаю шаг назад, позволяя ей идти впереди, что она делает с большой неохотой.
— Свидание, на которое я не соглашалась, — указывает она, не оборачиваясь на меня, поэтому я жду, пока мы окажемся у входной двери, прежде чем ответить.
— Когда ты собираешься забыть об этом? Сейчас или позже? Сейчас будет веселее, но это только мое мнение.
Она смотрит мне в глаза, кажется, целую вечность, прежде чем пробурчать. — Ладно.
— Ладна, — повторяю я с ухмылкой, пытаясь взять ее за руку, но она отдергивает ее так быстро, что я не успеваю почувствовать ее кожу.
— Это не обязательно.
Я улыбаюсь, обходя ее и выходя через дверь. Она следует за мной, но как только я поворачиваюсь к ней с поднятой ладонью, она замедляется.
— Это обязательно.
Она качает головой, не соглашаясь, хотя не знает, что мы будем делать дальше. Я делаю шаг к ней, и она повторяет его, отступая назад. Мой член начинает оживать. Я обожаю хорошую игру в кошки-мышки. С каждым ее шагом я только сильнее возбуждаюсь.
  
Я делаю шаг вперед, она — шаг назад. До тех пор, пока ее спина не упирается в стену рядом с входной дверью, давая мне возможность вторгнуться в ее личное пространство. Я слышу, как она сглатывает, когда мы оказываемся грудь к груди. Я не двигаюсь ближе, остро осознавая наличие металла, который облегает ее талию и ботинки.