Моя Фиалковая Ведьма

Но через пару лет, когда истребление людей обладающих магией достигло немыслимых масштабов, народ стал ненавидеть Инквизицию, что изначально происходила от церкви, а потому люди стали презирать и саму церковь. Тогда епископ решил отказаться от помощи фэйского короля, но на тот момент власть правителя и образованного мною нового строя Инквизиции стали слишком сильны. Хватило лишь пригрозить главе ослабленной церкви, и он не стал больше перечить. С тех пор люди с магическими способностями истреблялись под личиной справедливости и религиозного очищения. И хоть все вокруг уже понимали, что божественным промыслом тут и не пахнет, но боялись высказать свое мнение, ведь недовольных, по новым законам короля, сразу отправляли на виселицу вслед за ведьмами и магами. Я же, за заслуги перед Градосом Сактином обрёл высший титул и невиданные возможности, став вторым по влиянию после самого короля представителем власти. Но было одно но, от пролитой крови в груди ширилась тьма и пустота, лишь усугубляя воспоминания о прошлом…Тогда я решил уйти на покой, лишь управляя Инквизицией, а не участвуя в расправах лично. Более того, план моего возвышения состоял не в том, чтобы упиваться властью и служить Градосу… Я жаждал мести…
  
– Хочу повторить, – обратился ко мне уж слишком бесстрашно священник. – Если невеста прилюдно не даст своего согласия, то ни о каком бракосочетании и речи быть не может. Хватит и того, что оно происходит не в церкви, это уже не по законам господа.
– Я не нуждаюсь в благословениях вашего бога, мне нужен документ и статус. Надеюсь, вы меня хорошо понимаете? Иначе у вас возникнут большие проблемы… – пригрозил я пожилому священнику, от чего он даже побледнел и весь сжался.
Поскольку моя дорогая невеста уже однажды нарушила слово, я вновь решил подстраховаться и вынудил священника понять всю суть ситуации заранее. Разборки у алтаря мне точно были ни к чему. Миллиора станет моей женой сегодня в любом случае. И точка.
– Я вас понял… – от страха, едва выговорил старик, – Теперь пройдите к алтарю, если его можно так назвать… Слуги уже отправились за вашей невестой и вскоре она будет тут.
Мы со священником вышли из тени высоких ив, где могли говорить тайно и направились к каменной арке, которая была густо украшена большими белыми цветами пион и служила до этого дня просто украшением в огромном саду. Также она находилась на каменной возвышенности и являлась идеальным местом для проведения церемонии. Само торжество было запланировано провести в одном из больших бальных залов в поместье, но именно венчание я решил перенести в цветущий сотнями разнообразных декоративных растений обширный сад, который по моему приказу успели привести в надлежащий вид за кротчайшие сроки. Сегодняшний весенний день обладал некоторой прохладой, но в воздухе чувствовался уже аромат скорого лета, наполняя воздух запахом цветов и свежей травы. Я взглянул на слегка пасмурное небо, сквозь сероватые облака иногда пробивалось солнце. Если повезёт, то дождь нас не застанет. Не стану отрицать, я хотел, чтобы и Миллиора желала этого брака, но не мог дать ей право выбирать, как и времени для возникновения ответных чувств ко мне. Слишком желал получить ее только для себя быстрее. Навсегда.
Гости уже расселись на деревянных длинных лавках со спинками по обеим сторонам от прохода, по которому вскоре ко мне направится моя будущая жена. Их было больше сотни. Как бы я не старался обойтись лишь несколькими знакомыми, но были высокопоставленные полукровные фэйри, которых не пригласить я не мог, поскольку они сочли бы это за личное оскорбление. С другой стороны, весть о моей женитьбе приглашённым, распространится даже быстрее, не оставляя ни единого пути отхода моей маленькой бабочке. Когда все будут знать кто муж Миллиоры, то даже за большие деньги не отважатся помочь беглянке, если конечно она вообще решится повторить свою ошибку.
Вскоре приглашенный виолончелист заиграл мелодию, предвещающую скорое появление невесты, гости замерли в ожидании, как и я. Священник стоял, тоже приготовившись к обряду, и поправил все атрибуты, что лежали перед ним на высоком узком столе. Мои глаза замерли на начале прохода. Из-за стены из зеленого кипариса должна была вот-вот явиться она, та, кто даже звуком своего голоса пробиралась в глубины моего сознания, оставляя там свой след. Так и произошло, белый силуэт появился из-за зелёной ограды и медленно стал приближаться следуя по тропинке из камня. Казалось, глаза так и застыли лишь на одной невесте, что сейчас, укрытая полупрозрачной вуалью длинной фаты, шла одна ко мне. Выражение ее лица я не мог разобрать из-за белой ткани, которая покрывала лицо. Даже руки, что держали букет из белых лилий, были спрятаны под бутонами цветов.
Только когда Миллиора подошла ближе, я спустился на несколько ступеней и предложил ей свою помощь. Маленькая холодная ладошка легла в мою руку, выдавая волнение дрожью. Когда же мы поднялись на каменный помост, я отбросил раздражающую ткань фаты назад, открывая красивое лицо, увидел слезы наполняющие глаза моей невесты и ее болезненную бледность. От вида Миллиоры, которая источала своим видом лишь небывалое горе, стали пробираться сомнения в голову: вдруг я был ей вовсе не так приятен в те мгновения нашей целомудренной близости в лесу? Облаченная в красивый белый наряд, она сейчас стояла передо мной, напоминая высших и чистейших существ, что наверняка обитали лишь на небе.
Смотря на красоту и нежность девушки передо мной, было легко уверовать в ангелов. В этот момент даже такая темная душа как моя, готова была посветлеть, ощущая радость и восхищение от столь прекрасной картины. Быстро списав волнения невесты на воспоминания о неудачном прошлом опыте брака со старым мужем, я взял уже обе ее руки в свои ладони. Качнул головой замершему в ожидании священнику, дав понять, что пора начинать церемонию. Не хотелось медлить и секунды. Пока служитель церкви произносил слова вступления, Миллиора опустила взгляд на наши сплетённые руки, демонстрируя ряд темных длинных ресниц, грудь ее часто вздымались от переживаний, а нижняя губа слегка подрагивала. Когда священник обратился, наконец, ко мне с основным вопросом, осознание того, что скоро завершится эта экзекуция, вызвало облегчение.
– Готов ли ты, Самюэль Эрбос Алахосский, взять в законные жёны Миллиору Аддерли? Обещаешь ли перед ликом господа любить её, хранить верность…
– Да, – четко и громко ответил я, перебивая незавершённую речь священнослужителя, тем самым дав понять, что стоит поторопиться, пока моя почти жена всё ещё настроена, ответить согласием.
Взяв лежащее на красной маленькой подушечке на столе украшение из белого золота, изображающее две переплетённые лозы – у фэйри знак крепкого вечного союза, я надел на миниатюрный пальчик, на котором уже покоился один из моих подарков, обручальное фэйское кольцо. Священник недовольно посмотрел на меня, осуждая за спешку, но вскоре обратился и к Миллиоре.
– Готова ли ты, Миллиора Аддерли, взять в законные мужья Самюэля Эрбоса Алахосского и принять его фамилию? Обещаешь ли ты перед ликом господа хранить ему верность, любить его больше, чем саму себя? Клянешься ли быть с ним и в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
В воздухе повисла тишина, невеста не спешила отвечать, даже гости затаились в ожидании, а секунды превратились для меня в вечность. Лишь прохладный весенний ветер, колышущий ветви кустов и деревьев, напоминал в этот момент о том, что звуки всё ещё существуют, позволяя услышать тихое шуршание листвы. Сжав руки моей невесты в своих, я напомнил о ее обязанности ответить и через мгновение, услышав сдавленное «Да», облегчённо выдохнул. Священник тоже тяжело вздохнул, глядя на Миллиору, и передал ей кольцо. Дрожащими холодными руками, она быстро надела мне его на безымянный палец и перевела взгляд на мое лицо. В красивых фиалковых глазах плескались страх и отчаяние.
  
– Скрепите свои клятвы поцелуем, отныне вы муж и жена… – печально произнес пожилой мужчина.