Таверна "Усталый путник" (СИ)

Я с достоинством поправила чуть съехавшее полотенце на груди, подошла к нему почти вплотную и даже смогла, ни разу не споткнувшись, отчеканить:
— Меня зовут Татьяна. Я хозяйка этого заведения. И требую к себе уважения. В нашей таверне запрещены насилие, разбой, грабеж, воровство и все остальное, что мне не по нраву. И я уже говорила — мы пока не принимаем посетителей.
— Все условия выполнены, — внезапно вмешалась Таверна. — Усталость физическая шесть баллов, усталость душевная…
  
— Стоп! — невольно выкрикнула я, отметив, что незнакомец с интересом прислушивается к скрипучему голосу.
Повисла тишина.
— Меня зовут Эйден Олсопп, — проговорил мужчина, не выказывая никаких признаков беспокойства, а ведь он был замурован в стену! — Прошу простить мою грубость и поспешность выводов. Ты слишком молода и красива для хозяйки таверны. Теперь я вижу, что ошибался.
— Ошибался в том, что молода и красива? — ехидно уточнила у него и сложила руки на груди.
— Нет, — шире улыбнулся непрошибаемый тип. — Ты безумно красива и явно молода!
— А сколько тебе самому лет? — прищурив глаза осведомилась у него. Каюсь, это все влияние мошенников нашего пропащего мира, ведь любому безосновательные дифирамбы показались бы подозрительными, верно?
— Мне тридцать.
От его ответа я окаменела, на пару минут изобразив статую, правда вряд ли у статуй могло быть столь выразительное обалдение на лице… Он еще и младше меня почти на десять лет⁈ О-о-о… Как я могла испытать к нему симпатию? Это же полный бред!
Я пришла в себя и поджала губы, к чему эти его комплименты? Как будто я не видела себя в зеркало! Чего он добивается?
— Я устал, — продолжил он, а у меня от этого его признания дрогнуло сердце, кому как не мне знать, как сильно можно устать? — Позволь мне провести ночь в твоей таверне, клянусь, я не трону тебя. Без твоего желания.
Вот зачем он произнес последние слова⁈ Меня словно молнией пронзило, стало жарко и холодно одновременно. Но… С другой стороны, почему бы и нет? Почему бы не пообщаться с интересным мужчиной, почему бы даже не поужинать с ним? В конце концов, всегда можно снова замуровать его в стену…
Вся в сомнениях, я вновь взглянула ему в глаза.
— Я заплачу двойную цену, — заявил Эйден Олсопп, чем и поставил точку в моих доводах «за».
— Жди тут, — бросила я ему и поспешно направилась в свою комнату.
* * *
За спиной раздался смешок. Я не сразу поняла, что развеселило незваного гостя, лишь спустя пару минут до меня дошло — куда он мог уйти, если я не приказывала Таверне освободить его? Теперь поднялось настроение и у меня.
— Таверна! — шепотом просипела я, залетев в комнату.
— Да? — громогласно раздалось над моей головой.
— Тсс! — я вбежала в ванную комнату и тихонько попросила, — Ты не могла бы говорить тише? И из одного места, пожалуйста!
А то надоело это жуткое ощущение, голос Таверны исходил будто отовсюду сразу.
— Могу, — раздалось за моей спиной.
Я подпрыгнула на одном месте, затем развернулась и увидела в зеркале, как я… машу рукой.
На всякий случай я посмотрела на свою правую руку, затем на левую, только потом вновь подняла взгляд на зеркало.
— Таверна?
— Да! — радостно отозвалось мое отражение.
— Ну, нет! Превратись в кого-нибудь другого! А то знаешь, останетесь без хозяйки, уеду я туда, где мягкие края…
Последнее предложение мне хотелось пропеть, но я сдержалась.
— Так лучше? — спросило у меня классическое изображение злой колдуньи из детской сказки.
— Пойдет, — махнула я рукой.
Ну хочется Таверне побыть чернобровой черноокой брюнеткой в черном шикарнейшем платье времен Ренессанса, так и пусть! Даже не знаю, чем меня можно удивить после недавних событий в моей жизни…
— Ты знаешь, как Аластор приказывал мышам? — заговорщически прошептала я.
— Знаю, — мило, но немного зловеще улыбнулась Таверна.
— Тогда прикажи им сервировать стол и создать уютную атмосферу, — потребовала я, но тут же спохватилась, мало ли какие понятия об уюте у хвостатых созданий, — пусть приглушат свет, включат негромкую музыку, например…
Красотка из зеркала кивнула и… продолжила смотреть на меня.
— Прямо сейчас, — поторопила я ее.
Таверна молча буравила меня взглядом.
— Пожалуйста! — вспомнила я волшебное слово и даже сложила руки на груди в просящем жесте.
Красотка тут же исчезла, а зеркало соизволило показать мне меня. Я внимательно всмотрелась в свои порозовевшие щеки, лихорадочно блестящие глаза, покрасневшие губы…
Я все вглядывалась и не могла вспомнить, когда же в последний раз я выглядела столь взволнованно и… прелестно.
Фыркнув и показав себе язык, я бросилась вон из ванной и принялась судорожно перебирать гардероб, услужливо предоставленный мне Таверной.
Я не могла объяснить мандраж, не могла понять, почему волнуюсь так, как не волновалась даже в день своей свадьбы… Мало того, что не могла, я и не хотела! Мне вдруг стало так легко-легко, так безмятежно на душе, а осознание того, что теперь мне никто не сможет сказать: «Это стыдно!», позволило насладиться каждым мигом того вечера. И да, волнение с одной стороны и безмятежность с другой прекрасно уживались во мне одновременно.
Я наслаждалась, я смаковала, я нежно пестовала свое состояние, не позволяя искре, зажегшейся во мне, потухнуть. Впервые без зазрения совести, без оглядки на то, что подумают другие, я даже заставила умолкнуть робкий голос здравого смысла, стеснительно нашептывающего, что не стоит пускаться во все тяжкие, мало ли, как аукнется в будущем…
Но я-то собиралась лишь пообщаться с интересным мужчиной! Только и всего! Что в этом предосудительного?
И с чего я вообще сообщила ему о том, что замужем? Я покосилась на свое тоненькое обручальное кольцо, которое уже давно не замечала, ведь столько лет оно на моем пальце… Сейчас мне вдруг стало тошно от этого брачного символа. В конце концов, какого черта⁈ Мой муженек сейчас кувыркается с новой зазнобой, а я тут порядочную женщину изображаю!
Но только я потянулась, чтобы снять кольцо, до меня дошло — к сожалению, я порядочную женщину не изображаю, я ей являюсь.
Кольцо осталось на месте.
Следующие приблизительно полчаса прошли в душевных метаниях и кривлянии перед зеркалом. Достаточно ли приличен вырез на платье или все-таки лучше надеть другое платье… А почему, собственно, платье? Там вроде брюки затесались среди бесчисленных юбок… О-о-о… Брюками это назвать язык бы не повернулся ни у кого из приличных девушек, это скорее элемент эротического белья… Хотя…
Вот никогда не думала, что отношусь к тем женщинам, которые могут из ничего создать себе костюм. Однако! Отражением в зеркале я осталась крайне довольна: кружевные плотные штанишки подчеркивали изящные икры, а длинная туника скрывала несовершенства талии, плюс легкая шелковая ленточка на запястье. Может, ленточку полагалось носить совсем в другом месте, но мне захотелось надеть ее именно на руку. Я даже попрактиковалась изящно взмахивать кистью. На десятом взмахе я вспомнила, что мой гость не просто ждет меня, а ждет замурованный в стене…
Думаете, мне стало стыдно от мысли о том, что бедный мужчина проторчал в каменном плену около часа? Нисколько! Даже наоборот, я почувствовала внутри озорство и острое желание поиграть с ним. Я о флирте, не подумайте…
Лишь только на мгновение мне стало немного страшно. Если честно, я боялась того, что Эйден Олсопп посмотрит на меня со злостью. Это бы окончательно растоптало во мне веру в романтику. Ту самую романтику, которую транслируют авторы любовных романов… Я даже почти успела пережить этот жуткий момент в своих мыслях.
  
Но все мои страхи оказались напрасными. Едва я вышла в коридор и предстала перед моим пленником, как увидела в мужских глазах то, что не видела уже очень-очень давно. Да и видела ли вообще?
Это были страсть, нежность, восхищение, радость, азарт… Да как у него получилось в одном взгляде выразить все, что жаждет женская душа⁈