Руины из роз

Я вздохнула и присела рядом с ним.
– Тебе нужно подстричься, – заметила я, на этот раз положив одну руку под голову, а другой накручивая волосы Найфейна на палец.
– Я очень долгое время не заботился о своей внешности. Не было никого, на кого можно было бы произвести впечатление. Во всяком случае, никого, на кого мне хотелось бы произвести впечатление.
– Ну, спасибо. – Я тихо рассмеялась. – Когда-то у меня был парень, и пару раз я пыталась принарядиться. Я хотела почувствовать себя сексуальной и возбудить его.
  
– И что случилось?
– Он отреагировал очень странно. Сказал, что не хочет показываться на улице со мной в таком виде. При этом я не была полураздетой, ничего подобного. Я не понимала, что именно ему не нравится. Он признался во всем, когда бросил меня. Похоже, решил, что я принарядилась, чтобы он на моем фоне выглядел хуже. Словно я хотела показать, что он меня не заслуживает. Я думаю, ему бы понравилось, если бы я встала на колени, чтобы он мог казаться выше. В тот момент у меня разбилось сердце, поэтому я не врезала парню за это, хотя следовало бы…
– Почему он считал, что будет выглядеть хуже из-за того, что встречается с кем-то более привлекательным, чем он? Я бы скорее подумал, что другие мужчины хлопали бы его по спине в качестве поздравления.
– Не знаю. Могу только предположить, что это как-то связано с Джедреком, первым придурком на деревне. По-моему, он хочет составить со мной пару в основном из-за моей внешности. Вероятно, он уже некоторое время думал об этом. Бьюсь об заклад, он распускал слухи или издевался над моим бывшим. Мужское эго такое хрупкое. Без обид.
– Я бы далеко не ушел, если бы обижался каждый раз, когда кто-то говорит правду.
Я рассмеялась, проводя пальцами по его щеке.
– Вся эта «красота» меня раздражает. Любые комплименты в мой адрес всегда касались моей внешности. Это все, за что меня ценят.
– Что это значит?
– Я достойна большего не только из-за внешности. Это можно сказать про любого из нас. Я настолько начитана, насколько это возможно в нашей деревне. Я умная, сильная и умею решать проблемы. Я проявляю смелость… в основном. Я создала различные целебные средства, которые используют люди, не говоря уже о том эликсире, который поддерживает жизнь членов их семей. Но меня хвалят только за то, что я хорошенькая. Такое чувство, что в нашей деревне, если ты красива, ты достигла наивысшего уровня достижений для женщины – но ведь это не зависит от меня. Я такой родилась и не приложила никаких усилий для этого, у меня даже не было никакого выбора в этом вопросе. А если тебя не считают красивой, или если ты не подчеркиваешь свою красоту, то тебе постоянно говорят, как привести себя в порядок, чтобы выглядеть лучше: прическа, макияж, одежда, что угодно. Словно мы почему-то нуждаемся в исправлении, так как не нравимся кому-то такими, какие мы есть. Как будто нас должно волновать, что подумают другие, а не то, что мы думаем о себе. Это чушь собачья.
Найфейн ничего не сказал, и я тяжело вздохнула.
– Я хочу, чтобы меня ценили за поступки, а не за внешность. Хочу, чтобы меня хвалили за мои реальные достижения. Но в нашей деревне я чувствую себя просто красавицей, полной недостатков. Я просто… Наверное, я просто хочу чего-то большего.
– И ты это получишь, – прошептал Найфейн. Я заметила, что силы покидают его. Ему нужно было поспать. – Ты родилась для великих свершений, Финли. Для того, что наше королевство не может тебе предоставить. Однажды твоя клетка распахнется, и ты полетишь.
  
Глава 16
 
Широко распахнув глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь. Солнце высвечивало пылинки, лениво плавающие в воздухе. Я ощутила знакомые запахи и испытала прилив счастья от того, что вернулась домой, снова увидела родных.
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что глаза Найфейна открыты и смотрят на меня.
Поначалу мне показалось, что это безжизненный взгляд, что Найфейн умер, пока я спала на кровати Сейбл. В приступе паники я судорожно вдохнула и дернулась. Однако он моргнул и снова уставился на меня.
В облегчении я откинулась набок, лежа лицом к нему.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, ощущая смертельную усталость и боль в конечностях. Мне требовались швы, мази, бинты и отдых, и я получила все, кроме последнего.
– А ты как себя чувствуешь?
– Отлично. Хотя я чуть не умерла. Но ты же спас меня.
– Начнем с того, что, если бы не я, ты бы не убежала из замка. Если бы не я, тебе бы даже не пришлось ниоткуда убегать. Если бы не я, ты бы не оказалась в ловушке в этом королевстве… Мне продолжать? Я никого не спас.
– Твоя угрюмость вернулась. Должно быть, ты чувствуешь себя лучше. – Я зевнула и потянулась, перевернувшись на спину.
– Сколько этих тварей ты убила до того, как я появился?
Я напрягла память.
– По-моему, только одну. Остальных я просто поранила перочинным ножом. Похоже, это не сильно их замедлило.
– И ты сама в то время была ранена?
– Ага. Меня поранил адский пес с плавником. Это было неприятно. Будь моя воля, я бы предпочла сразиться с кабанами. По крайней мере, на кабанов можно упасть сверху, не беспокоясь о том, что тебя проткнут плавником.
– А до этого кто на тебя нападал?
– Диббук. Это была пустяковая угроза.
Я повернула голову набок и встретилась с этим прекрасным взглядом. Солнечный свет, проникающий в комнату, сделал золотистые полосы в глазах Найфейна еще светлее. Его растрепанные волосы и выбившиеся отдельные пряди лишь подчеркивали его острые скулы.
– Это проклятие изменило цвет чешуи твоего дракона? – спросила я.
– Да.
– Твои глаза всегда были золотистыми?
– Нет. Хотя их цвет был почти похож. Ореховый. Но из-за неправильно проведенного превращения мои радужки словно выжгло. Или, возможно, их выжгло проклятием, заставляющим меня помнить то, что было потеряно. Мне достаточно лишь взглянуть в зеркало.
Я кивнула, а затем рывком села и снова невольно потянулась.
– Тебе следует еще поспать, – заметил Найфейн. – Ты выглядишь ужасно.
Я свесила ноги с края кровати и встала. Мои чистые пижамные штаны, которые я надела после вчерашней перевязки, скользнули до лодыжек. Я склонилась над Найфейном, проводя пальцами по его спине. Чернота от яда почти исчезла. Я приподняла несколько повязок, прикрывающих следы от когтей. Лишь несколько почерневших полосок виднелись на припухших розово-красных ранах.
– Обычный эверласс плохо помогает против яда, – сообщила я, прикусив губу. – Возможно, нам придется рискнуть и позже дать тебе еще чуть-чуть выращенного в тесноте. Может, половину листа или четверть. Я посмотрю через несколько часов. Тебе в любом случае нужно отдохнуть.
– Мне нужно вернуться в замок. – Найфейн попытался встать.
Я положила ладонь ему между лопаток, удерживая на месте.
– Ага, ведь это фантастическая идея – показываться демонам на глаза в таком виде. Тебя будет легко прикончить, Найфейн. Ты не можешь так поступить со своим королевством. Отдохнешь день или два, а там посмотрим. Раны еще болят?
– Я не нуждаюсь в том, чтобы со мной нянчились, принцесса. Я могу сам о себе позаботиться.
Я отступила назад, чтобы Найфейн, лежавший ничком на кровати, мог меня видеть, и подняла руки в растерянном жесте.
– С кем ты сейчас разговариваешь? – Я демонстративно огляделась вокруг. – Неужели ты решил, что кто-то в этой комнате поверит в твою чушь?
Его губы изогнулись в слабой улыбке.
– Один человек точно поверит.
– И кто же?
Его улыбка стала шире.
  
– Так я и думала. – Я снова расправила его повязки и села в ногах кровати. – Я спрошу снова, и давай будем сотрудничать на этот раз, хорошо? Я знаю твои слабости.
– Все знают мою слабость – это напористые, упрямые женщины.
Я скептически поджала губы, хотя Найфейн и не мог этого видеть.
– Не совсем.
Я приложила палец к одному из его шрамов, оставшихся после потери крыльев, и легонько провела вниз. Найфейн вздрогнул, и по его телу побежали мурашки. Он сжал подушку в кулаках и уткнулся в нее лицом. Тихий стон зародился глубоко в его груди.