Руины из роз

Я покопалась в закромах памяти, пытаясь вспомнить, как выглядят драконы. Сначала мне вспомнился тот сверкающий золотой шедевр в небе из моей юности. Принц-дракон. Но я никогда не видела его – или кого-либо из них – вблизи, только снизу, когда они рассекали воздух массивными крыльями. Я никак не могла сопоставить Чудовище с тем, что видела раньше.
Правда, я видела картинки, напечатанные или нарисованные от руки. Вообще-то, я даже встречала некоторые из них в библиотечном учебнике истории. Найфейн действительно обладал некоторыми качествами, присущими драконам. Крепкая и рогатая голова, длинный хвост, заканчивающийся шипами, когтистые лапы, покатая спина.
  
Но что случилось с его крыльями?
И почему пощадили только одного дворянина? Дворянина, который, по-видимому, имел здесь власть только в дневное время.
И почему…
Мою голову наполняли бесконечные вопросы. Задаваться ими означало лишь впустую сотрясать воздух. У меня не было ответов. Во всяком случае, пока.
Раздался тихий стук в дверь. В животе у меня все перевернулось, но странная тяжесть в груди не появилась. Мой внутренний зверь, как назвал это Найфейн.
Это вызывало у меня еще целую череду вопросов.
– Эй? – раздался приглушенный голос.
Я обернулась. Неужели все так и будет? Мне придется общаться через дверь?
– Эй? – снова позвал голос.
Вздохнув, я пересекла комнату и прислонилась к дверной раме.
– Что надо? – ответила я, складывая руки на груди.
– Ой. Ты здесь. Как, черт возьми, я рад! Можно войти?
Он произносил слова невнятно, но я все поняла. Похоже, это тот самый парень с вечеринки, который был в фиолетовом костюме Чудовища. Адриэль.
Я не могла удержаться от хихиканья, когда он так робко вышел вперед в своем костюме. Он явно высмеивал Найфейна и не ожидал, что его поймают.
Однако это не означало, что я буду относиться к нему дружелюбно. Во всех смыслах и целях он был охранником. По правилам заключенные должны враждовать со своими охранниками. Для меня это означало множество язвительных выпадов. Я надеялась, что парень готов к этому.
– У тебя есть ключ, придурок! – крикнула я.
– Правда? – Его голос затих. – Ой. Вижу. Он в двери. Подожди… ты пленница? Почему ты заперта здесь?
Я подняла брови и приготовилась разразиться словесным потоком, но… ничего не получилось. Полная невежественность парня обезоружила меня. Он, казалось, был не более осведомлен о ситуации, чем я.
– Ты опасна? – напрягся он. – Мне стоит волноваться? Господин не упоминал, что мне следует волноваться.
И снова я не знала, что на это сказать.
– Наверное, нет? – наконец удалось выдавить мне из себя.
– Похоже, ты не уверена. Послушай, я не умею драться. Вот почему я все еще жив. Я дворецкий, ради всего святого! Я забочусь о людях… вроде того. У меня это не очень хорошо получается. Думаю, именно поэтому я все еще жив. В посредственности есть безопасность. Так что, если ты в бешенстве, мне просто придется попросить тебя немного успокоиться. Я здесь не злодей.
На моих губах появилась ухмылка. Неужели он серьезно?
– Я не причиню тебе вреда! – крикнула я.
– Ты уверена? Теперь я вспомнил, что у господина была свежая рана. Это ты его ранила?
– Да, но он схватил меня за горло. Что мне оставалось делать? И, честно говоря, я даже не помню, как это произошло.
– Не помнишь, как это произошло?! – Теперь его голос повысился. – Что за псих наносит удар ножом и не помнит, как это сделал?
– Может, тот псих, который думает, что сейчас умрет?
Повисла тишина. Затем вновь послышался голос:
– Да, хорошо. Думаю, в этом есть смысл. Ладно, я вхожу. Буду очень признателен, если ты не ударишь меня ножом и не причинишь мне никакой боли. Минуту назад я очень хорошо проводил время и не хочу портить весь кайф.
Я отошла от двери и заняла прежнюю позицию у дальнего окна. Подождала. Ничего не произошло.
– Ну, где ты там? – крикнула я.
– Я ждал разрешения войти!
Звякнул металл, ключ заскрежетал в замке. Овальная дверная ручка медленно повернулась. Так же медленно дверь приоткрылась, и в комнату заглянула пушистая фиолетовая голова, увенчанная двумя рожками. Взгляд гостя заметался по сторонам, пока не остановился на мне. Помедлив, он оглядел меня с ног до головы, обратив особое внимание на мои пустые руки. Затем дверь открылась шире, впуская в комнату мехового фиолетового монстра.
Я попыталась не захихикать вновь, но потерпела неудачу. Из прежней реальной жизни, дополненной ночными кошмарами, я словно переместилась в жизнь в кошмаре, лишенную какой-либо реальности.
– Привет… – Парень шагнул чуть дальше, подняв руки. – Я нетрезвый. Просто чтобы ты понимала это.
– Хотела бы я быть нетрезвой. Это мало что изменило бы.
Он кивнул и отошел к маленькой тумбочке у кровати. Вспыхнул огонек на спичке, которую парень поднес к свече в серебряном подсвечнике. Только теперь мне по-настоящему удалось осмотреть комнату.
К стене была придвинута огромная кровать со столбиками и балдахином, чьи занавески удерживали прикрепленные к столбикам шнуры с кисточками на концах. Деревянные тумбочки с замысловатой резьбой стояли по обе стороны кровати, а в другом конце комнаты находился большой двухдверный шкаф, выполненный в том же стиле. Мягкое кресло в углу, расположенное между окнами от пола до потолка, занимающими восточную и южную стены, выглядело потертым и невероятно удобным для чтения. Было ясно, что маленький столик сбоку от него предназначался для хранения книг.
Бежевый ковер покрывал большую часть пола, но рисунок терялся в тусклом свете. Стены были в основном голыми, за исключением одной картины маслом, изображающей безобразного козла и кусочек луны. Это был либо современный взгляд на искусство, либо творение любителя.
Адриэль поднял подсвечник с наполовину оплавившейся при предыдущем использовании свечой, по бокам которой застыли капли воска.
– Ну что ж. Вот и я. – Он икнул и похлопал себя по груди, затем немного пощупал ткань на этом месте и опустил взгляд на свое тело. – Вот черт!
– Что? – спросила я, не в силах сдержаться.
– Я забыл, что надел это сегодня. Как ты думаешь, господин заметил?
– Как… – Я подавилась смехом. – Как ты мог забыть, что надел это?!
Адриэль отступил на пару шагов и вцепился пальцами в тумбочку.
– Как только эта демоническая магия начинает действовать, тебя перестает волновать, как ты выглядишь. Все, чего ты хочешь, это…
Он прищурился, глядя на меня.
– Я не осуждаю, – вскинула я руки. – Я знаю, как эта магия действует.
– Да, – всем телом обмяк он. – Ты приятно проводишь время. По-настоящему приятно. Но потом приходишь в себя и чувствуешь себя просто грязным, понимаешь, что я имею в виду? Я был одет в костюм пушистого демона и надеялся трахнуть любую мокрую дырку, которая только попадется на глаза. Мне было даже все равно, кому она принадлежит или в какой части тела находится, я просто хотел засунуть в нее свой член. А ведь мне сколько, всего восемнадцать?
Я бы сказала, что ему лет двадцать с небольшим и он немного старше меня. У него была загорелая кожа и тонкие усики над тонкими губами. Тело довольно подтянутое, но он явно не тренировался и не голодал, что сам же и подтвердил.
– Но здесь становится так чертовски скучно, – продолжал Адриэль, – что я продолжаю спускаться на вечеринку. Лет пять я наслаждался выпивкой и сексом. Тогда это казалось приятным развлечением. Сейчас… мне просто стыдно за то, что я трахаюсь, понимаешь? А если я не трахаюсь, то мне стыдно за то, что я ем. Раньше у меня были всякие хобби и прочее дерьмо. И я, ну, не знаю, реализовывал себя как-то. Теперь я просто выполняю все прихоти этого сексуального инкуба. Он заставляет меня трахаться с женщинами. Мне даже не нравится трахать женщин! Но я это делаю. Почему нет? Похоже, у меня больше нет никакого самоуважения.
  
– Это уж слишком, – поморщилась я. – А сколько тебе все-таки лет?