"Фантастика 2025-37". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Угу, — кивнул в ответ.
— Что же, Потёмкин, больше вопросов у меня нет… Пока, нет, но я буду смотреть за тобой в оба. Иди, устраивайся. Твой непосредственный командир — лейтенант Апраксин. Инструкции получишь от него. Свободен.
Свиридов мгновенно потерял ко мне интерес, или сделал вид, что потерял, опустив голову вниз и уставившись в монитор компьютера.
Уже сделал шаг по направлению к двери, как резко затормозил и обернулся.
  
— Господин подполковник, разрешите обратиться?
— Что еще?
— Говорят если есть жильё, то можно проживать вне гарнизона. Мне бы в имение…
— Потёмкин, а ты не охренел часом? Только приехал, а уже, что-то требуешь.
— Так это не требование, а просьба.
— Нет. Никаких выездов пока не пройдете учебку. Через месяц, можешь уезжать на один день в неделю, не больше.
— Но ведь другие проживают в своих квартирах.
— Откуда вы взяли этот бред?
— Слышал краем уха.
— Твари, к вашему сведению, Потёмкин, чаще всего атакуют ночью. Ели все будут ночевать в своих квартирах, кто будет стоять на стенах, кто будет защищать город и удерживать границу? Да нас сметут в одно мгновение! — раздраженно прорычал Свиридов.
Почесал голову.
Это как раз было понятно, но ведь местных, служащих в гарнизоне, было не так уж и много. Остальные все равно оставались на своих местах.
Впрочем, резон в словах подполковника был, и спорить я с ним не собирался. Досадно, конечно, но делать нечего: месяц — значит, месяц. Придется потерпеть. Надеюсь, глава рода Орловых за это время не разворует всё мое имущество.
Надо принимать меры. Самое поганое, что телефон в этой местности не работает, повышенный магический фон из-за постоянных прорывов и появляющихся разломов, глушит связь. Вряд ли подполковник разрешит звонить со стационарного, который установлен в его кабинете. Хотя, можно попробовать уговорить, но точно не сейчас. Похоже, я исчерпал лимит просьб на сегодня.
Апраксин встретил меня в коридоре.
— Выжил? — усмехнулся лейтенант, — Ну и как тебе наш командир?
— Нормальный мужик, — пожал я плечами.
— Угу, только под горячую руку не попадайся.
— А-то что?
— Вот попадешь и увидишь.
— Постараюсь быть осторожнее.
— Мы сейчас куда? — поинтересовался, крутя головой в разные стороны, когда мы вышли из крепости.
— Тебе туда — на склад, получишь форму и оставишь свои вещи, — указал лейтенант на неказистое здание из серого кирпича, — Потом топай в наш корпус, — Апраксин кивнул на небольшую казарму, — Обустраивайся. Отсыпайся. Завтра начнутся занятия, так что времени на отдых не останется. Ах да, твоим отрядом командует сержант Талызин. Все вопросы к нему.
Как позже выяснилось, лейтенант Апраксин руководил взводом из трех отрядов новичков, находящихся на обучении, чем был не особо доволен, так как на прорывы и зачистку разломов его брали редко.
«Подтирать задницу сосункам» он не горел желанием, но с командованием не поспоришь, приходилось выполнять приказы и муштровать желторотых юнцов.
— Слушай, а разве ночью на складе кто-то есть?
— Ага, есть, — усмехнулся лейтенант, и в его глазах зажглись искры ехидства.
Вот что-то мне они не понравились от слова совсем.
— Эм-м, на дежурстве что ли?
— Вроде того. Сам увидишь. Просто не обращай внимания. Это обычное состояние Петровича. Держи идентификационную карту. Без нее, сам понимаешь, никуда.
— Ладно, посмотрим, что там за фрукт, — усмехнулся в ответ, — Спасибо тебе, лейтенант — протянул руку.
Апраксин пожал.
— И да, — словно опомнился лейтенант, — Больше никакого панибратства. Сегодняшний день, исключение. Дальше, всё только по уставу, — Алексей недолго подумал и продолжил, — Вне гарнизона можем продолжить общение, пропустить пару стаканчиков за знакомство. Наши всегда собираются в… — договорить Алексей не успел, из-за угла крепости показалась фигура дежурного и направилась в нашу сторону.
— Здравия желаю, господин лейтенант. Разрешите обратиться…
— Разрешаю, — недовольно проворчал Апраксин, а затем повернулся ко мне, — Потёмкин, вы еще здесь? Живо в казарму и что бы я вас больше не видел.
— Так точно, господин лейтенант, — усмехнулся в ответ и потопал в указанном направлении.
Складское помещение было закрыто, пришлось постучать.
Тишина.
Пришлось постучать еще громче.
Опять тишина.
Лейтенант ведь сказал, что прапорщик должен быть на месте.
Ну и как попасть внутрь? Сдается мне, с утра времени на получение формы не будет.
Где этот прапор шляется? Мне теперь что, стоять тут до последнего заговенья?
Посмотрел в сторону казармы.
Может отправиться спать?
— Ну уж нет, — пробормотал себе под нос, увидев, как в мутном окне складского помещения мелькнул свет от лампы и тотчас погас.
Значит, прапор действительно на месте.
Пришлось постучать еще раз.
Ноль ответа.
Уверен он прекрасно всё слышал, но решил помурыжить новенького на улице.
Может снести дверь к чертям? Я это могу.
Нет, не стоит идти на радикальные меры.
— Эй, там, открывайте! — рявкнул я и со всей дури шибанул несколько раз ногой с усилением по двери, да так, что она затрещала.
Внутри раздался отборный мат, а затем ключ повернулся в замке, и передо мной предстал злой мужик в наполовину заправленной в рубашке, взъерошенными волосами и смотрящими в разные стороны глазами.
Нет, он не был косым, он попросту был вдрабадан пьяный. Это подтверждал смачный запах спиртного, разлившийся в воздухе.
М-да, весело живет прапор.
— Чего надо? — немного покачиваясь, произнес он заплетающимся языком.
— Получить форму, сдать вещи.
— Утром приходи. Ишь, моду взяли по ночам шляться.
— Утром не будет времени. Лейтенант сказал: получить сейчас.
— Мало ли чего сказал лейтенант, — проворчал прапор и начал закрывать дверь.
Этого я ему позволить не мог, поэтому сунул ногу в проем, а затем, ухватившись рукой за косяк, дернул ее обратно.
Дверь вновь открылась, а вместе с ней на улицу вылетел заведующий складом.
В силу своего состояния, удержаться на ногах он не сумел и тут же проехавшись по заиндевелой земле животом.
К слову, живот у него был… Хороший такой живот… Большой… Я бы даже сказал: не живот, а пузо.
— Ты что творишь, гад! Да я тебя сейчас! Нападение на старшего по званию!
— Спокойно! — попытался его угомонить и даже протянул руку, чтобы помочь встать на ноги, но прапор, естественно ее не принял, пытаясь подняться сам.
Понятное дело, с первого раза у него не получилось. Когда, наконец, заведующему складом удалось встать, он окинул меня злобным взглядом, чуть ли не расчленяя им надвое и запыхтел.
— Тебе конец, сосунок. Знаешь, что бывает с такими бо́рзыми?
— Не-а, просвети меня.
Я может и вел себя, как полный идиот, нарушая субординацию, но знал, что прапор ничего не сможет мне сделать, да и по-другому вести себя с подобными свиньями не хотел.
Никогда не терпел пьянство на рабочем месте, тем более в армии. Увольнительная — пожалуйста, делай что хочешь, но на службе.
В бытность ТЕМНОГО ВЛАСТЕЛИНА я за такое вешал. Враг мог атаковать в любое время, и мои солдаты и офицеры должны были быть всегда готовы к обороне: неважно, находились они на острие атаки или сидели в тылу гарнизона. Подобный сброд я не терпел. Удивительно, что подполковник держал этого алкаша на службе.
Прапор продолжать грозить мне всеми мыслимыми и немыслимыми карами, иногда переходя на оскорбления.
Хе-х, он явно принял меня за простолюдина. Все же, моя одежда оставляла желать лучшего, да и я выглядел так, словно только недавно вылез из хлева (в моем случае из ангара), не суть важно. Пойми Петрович, что я благородный, скорее всего, захлопнул бы варежку. Хотя, вряд ли, в таком состоянии прапор не мог мыслить здраво.
  
Да — он был вправе назначить мне наказание, но оскорблять благородного… За это он сам мог получить выговор от вышестоящего начальства, а может и что похуже, ибо абсолютно точно не имел знатного происхождения.