"Фантастика 2025-37". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Вот они удивятся, когда я в ответ на их издевку — отвечу своей.
— Что-то подсказывает — рады не будут.
Странно, зачем пытаться убить слабосилка, который не то, что в наследники не метил, но даже собирался выйти из рода и свалить от проклятущей семейки в далекие ебеня, а если быть точным — то в далекую Сибирскую губернию, в имение, доставшееся ему от деда по материнской линии.
  
Попытался покопаться в памяти и понять причину нападения или хотя бы найти зацепки, но… Пусто, как в брюхе, после опорожнения кишечника.
Нифига не понятно, ясно только одно — придется искать убийцу и выводить на чистую воду.
Хотя, зачем?
Проще удавить по-тихому, а вину скинуть на кого-нибудь другого. Например, на того же братца, который постоянно задирал мальчишку, причем не просто словами, а бил магией и бил прицельно, стараясь сделать как можно больнее. Садист долбаный, Годзилла недоразвитая — одни мускулы, а мозгов ноль.
И кстати, как я успел выяснить, завтра мне исполняется восемнадцать — полное совершеннолетие.
Именно в этот день «отец» парня должен был принять решение о его дальнейшей судьбе.
Интересно, что старый хрен надумал?
Главное, чтобы не выпнул из дома, пока я не отомстил убийце и не расшевелил это осиное гнездо до основания.
Иначе, где веселье?
— Хе-х, скоро начнется.
Кстати, зовут меня теперь — Власий, попросту Влас, звучит почти как ВЛАСТЬ, не говоря уже про фамилию — Потемкин.
— Круто!
Пока предавался воспоминаниям бывшего владельца тела, чуть не пропустил, как скрипнула дверь и в комнату вальяжной походкой зашел Годзилла.
Вообще-то, его Петром звать, но как-то пофиг. Урод, он и в Африке — урод.
— Ой, смотрите-ка, очнулся болезный? — картинно округлил глаза братец, — Какая жалость, теперь опять придется видеть твою вечно недовольную рожу. А давай мы ее подправим? Нарисуем улыбку, будешь писаный красавец. Когда отец выкинет тебя на улицу как безродного щенка, будет куда податься — клоуном в цирк. Как тебе такая перспектива?
Ублюдок вытащил из-за пояса кинжал, и наклонившись, покрутил им около моего лица.
— А-ха-ха-ха, — заржал я, сотрясаясь всем телом, вводя в ступор Годзиллу.
Нет, серьезно?
Идиот решил напугать меня этой зуботычкой? Ничего глупее не мог придумать?
Я сейчас хоть не в той кондиции, что был в прошлой жизни, до нее мне как пешком до Китая — пилить и пилить, но с этим напыщенным балбесом справлюсь однозначно.
К тому же, несмотря на слабые магические способности, Влас не был лентяем и не чурался тренировок. Тело у парня оказалось подтянутое, спортивное, мышцы и связки разработаны прекрасно… Еще бы… Как-то ведь надо было противостоять ублюдкам-родственникам, которые делали жизнь Власа почти невыносимой.
Вскинул руку, перехватывая запястье брата, и резко вывернул.
— Аа-а-а, — завопил тот, как потерпевший.
Клинок вылетел из рук и упал на одеяло. Я сразу же его подхватил, и резко поднявшись, дернул братца на себя, приставляя нож к горлу.
— Вот теперь поговорим, отрыжка скунса. Что, не нравиться? — ухмыльнулся во все лицо.
— Пусти, а то пожалеешь, — прохрипел Годзилла, но я еще сильнее прижал клинок к горлу, немного надавливая и выпуская тонкую струйку крови.
Петр вскинул покалеченную руку и попытался создать заклинание, только хрен там…
— Обло-о-м, однако, — довольно протянул я, — Не рыпайся, придурок, а то и правду ненароком прирежу. А теперь запоминай, дрогой братец, еще раз попытаешься меня задеть, будешь с горящим задом бегать по особняку или кидаться на каждую встречную женщину с желанием оттрахать. Ты же у нас любишь девочек портить? Любишь. Всех служанок в имении поимел. Представь, что случится, когда ты не сможешь устоять и вместо прислуги накинешься на княжну Заречную или графиню Аранову. Поверь, я смогу это устроить.
Глаза парня с каждым моим словом расширялись все больше и больше. Сначала он не воспринимал их всерьез, но глядя на мое уверенное лицо с пугающе-насмешливым взглядом, предвещающим все муки ада, потихоньку начал сдавать.
— Ты не посмеешь.
— Что, я? Еще как посмею, кусок ты дерьма. Думаешь, как папенька отреагирует на подобную проделку? Погладит по голове? Не-а… Сошлет в ссылку и лишит обеспечения.
— Скотина, — прогундосил Годзилла, трясясь от злости, но в его глазах я отчетливо заметил страх, — Тебе это с рук не сойдет.
— Сам такой, засранец.
О-о, точно, почему бы и нет? Банально, по-детски, может немного глупо: но кто я сейчас есть?
Правильно, всего лишь восемнадцатилетний пацан… А то, что внутри этого тела поселилась древняя сущность, так это делу не мешает. Я и раньше любил победокурить — такое вытворял, что страшно вспомнить.
Потянул немного маны, сформировал маленькую черную жемчужину и вложил в нее посыл:
— «РАСЩЕПЛЕНИЕ».
А затем, направил прямо в тело братца, в аккурат в район прямой кишки.
Годзилла дернулся, чем еще сильнее распорол кожу на горле. Пришлось немного отодвинуть лезвие, а то ведь реально «секир-башка» идиоту сделаю, а это пока не входит в мои планы: как-то слишком быстро. Врагов надо гнобить долго и со вкусом, а то, что Петр мой враг — я знал точно.
— Бр-р-р, буль-буль, — раздалось рядом.
Я наклонил голову, с ехидством уставившись на живот брата.
— Это что? — Годзилла съёжился, в ужасе обхватывая себя руками, — Ууу-у, сука! Больно! Что ты сделал, урод?
— Я? — состроил невинные глазки, — С чего ты взял? Как я могу что-то сделать, я же бездарность. Магичить практически не умею…
— Но практикую, — хотелось добавить.
Еле себя сдержал.
— Пр-р-р, фью-ю-ть, — теперь уже послышалось снизу.
— Ты чего делаешь? — насупил я брови, — Зачем воздух портишь?
— Аа-а-а, пусти!
— Да я вроде тебя не держу, — развел руками.
Годзилла вскочил с кровати, но тут же согнулся и свел ноги вместе.
— Ты мне здесь не перди, засранец, — с трудом сдерживая смех, погрозил парню.
Петр, не обращая внимания на мои слова, бросился к выходу, зажимая здоровой рукой задницу.
Ага, как будто это поможет, держи карман шире… Хотя, шире уже некуда.
Теперь братец будет гадить, дальше — чем видеть.
Подскочил с кровати и выглянул ему во след. Годзилла бежал по коридору к ближайшему туалету, но явно не успевал, из штанины полилось что-то темное и вонючее.
Я даже отсюда почувствовал запах.
Самое смешное, что коридор не был пуст: рядом с лестницей стояли две девушки из прислуги, а из дальней комнаты вышел еще один брат вместе дядькой.
— Петь, ты чего бежишь, как на пожар? — поинтересовался Илья.
Годзилла вскинул голову на брата и тут же поскользнулся на своем дерьме, плюхнувшись на задницу.
— Уа-а-а, — завопил он.
— Ха-ха, — заржал я, закрывая рот ладонью и нырнул обратно в комнату, так как меня засекли, а значит, скоро пожалуют остальные родственники справиться о здоровье или скорее уточнить, почему я не сдох.
Вообще, пока «общался» с братцем, успел структурировать воспоминания Власа и теперь все стало абсолютно понятно. Даже удивляться не стоило, почему парня хотели изжить со свету.
У Власия, а значит — теперь и у меня, насчитывалось восемь сестер и шесть братьев. Все по отцу. Петр, кстати, был моим одногодком.
Глава рода Потемкиных, Лев Алексеевич, имел на данный момент семь жен. Моя мать была третьей по старшинству: именно что — была. Я ее никогда не видел — умерла при родах, так что материнской ласки я не знал. Другие жены отца относились ко мне холодно, иногда даже враждебно.
Причина оказалась банальна и проста.
Маменька, последняя в роду, получила от отца не хилое наследство.
  
Очень не хилое… Я бы даже сказал — ОГРОМНОЕ, и по документам оно должно было перейти ко мне после совершеннолетия.
Сейчас же, всеми моими активами распоряжался отец.
Будь я сильным одаренным, мог пригодиться роду, а бездарность никому не нужна, это как пятое колесо в телеге, вроде бы ценность имеет, а пристроить некуда. От таких как я обычно избавлялись и причем делали это очень грамотно. Вариантов устранения проблемы было много, но мои родичи выбрали самый простой. Непонятно, кто именно решил меня убрать, может даже батя приложил руку к попытке убийства своего сына.