Снегурочка (СИ)

— Зой, что с твоими хлопцами? — спросил я у нашей некромантки, вспомнив, что её бойцы приняли один из первых ударов и понесли большие потери.
— Не очень, — грустно ответила она, — в строю около тридцати человек… ребят осталось. Так-то я и порубленными могу управлять, но это сложно. Они медленно двигаются, ограничены в движениях… приходится бросать самых пострадавших.
— Ничего! — сказал я, — ты к ним сильно не привязывайся, они же расходный материал. Сколько уже их сменилось, даже пока мы с тобой вместе? Множество ведь!
  
— Да, — ещё печальнее сказала Зоя, — только вот чтобы попасть в мой отряд, кто-то должен для этого умереть. Если у меня появляются новые бойцы, значит, люди рядом умирают. А это особой радости не доставляет.
— Если умирают враги, то нормально, — сказал я, — их жалеть не нужно. Потому что либо мы, либо они.
— Я это всё понимаю, — тяжело вздохнула Зоя, — только вот, всё равно грустно…
— Холодно! — сказала Фая, пододвигаясь поближе к костру.
— Надеюсь, что долго мёрзнуть нам здесь не придётся, — сказал я, — потому что возможно, уже завтра всё решится. Мы схлестнёмся с тем, кто засел в Сокольниках, и либо убьём его, либо прогоним отсюда. А это в любом случае приведёт к перемене погоды, ведь сейчас на улице лето, хоть и позднее.
— Экий ты оптимистичный! — усмехнулась Сирин, — а если он нас?
— Если идти с таким настроем, то лучше даже не начинать. Помнишь, что я минуту назад говорил про высокий моральный дух? Мозги выключать не нужно, действовать нужно аккуратно, осторожно, с подстраховкой… но всё равно решительно и смело. Иначе враг почувствует, что мы его боимся, и мораль будет на его стороне. А нам такое зачем?
— Нет, нам такое не нужно! — с лёгкой иронией сказала Сирин, — но летать я больше, пожалуй, не буду. А то тучка стреляющая сосульками это… это…
— Опасно? — подсказал я.
— Да не в этом дело! — махнула рукой Сирин, — всё, что мы делаем, опасно. Я хочу сказать, что я не могу блокировать такой удар. Не могу от него защититься. У меня нет средств против него.
— А если бы ты снова произвела акустический удар навстречу летящим сосулькам, они бы разрушились или нет? — задумчиво сказал я.
Сирин выпучила на меня глаза.
— Наверное, разрушились бы! — потрясённо сказала она.
— Ну вот, а говорила, что средств у тебя нет против такого оружия, — улыбнулся я, — твой боевой дар, против ледяных прибамбасов, один из самых эффективных, ты их в ледяную пыль на раз-два обращаешь. Так что, не тебе жаловаться!
— Блин… — пробормотала Сирин и погрузилась в свои мысли.
— Я могу первый подежурить, — сказал Боря.
— Хорошо, — кивнул я, — но дежурить будем по двое или по трое, так надёжнее.
— Я могу тоже подежурить, — не очень уверенно сказала Фая.
— Составишь Боре компанию, — тут же согласился я, — чтобы ему не скучно было. Через два часа разбудите Топора и Сирин, под утро будем дежурить я и Амина. Остальные отдыхают.
— Почему? — удивилась Зоя, которой дежурство не досталось.
— Потому что ты и так всегда одним глазом на посту и контролируешь своих ребят, куда тебя ещё больше нагружать-то? А Рома пусть за Викой следит, они тоже, скорее всего, не всю ночь спать будут, но пускай сами своим временем распоряжаются, — ответил я.
— Спасибо! — сказал Роман, которому, в самом деле, не хотелось отвлекаться на дежурство и оставлять Вику без присмотра.
— Кто не занят на дежурстве, рекомендую отдыхать, не откладывая на потом. Ночь не такая длинная, часть её уже прошла, с учётом дежурств, времени на сон остаётся не так уж и много. Всем бай! — сказал я, в конце даже слегка прикрикнув. Но это было в шутку, разумеется.
Все снова принялись размещаться возле костра, устраиваясь поудобнее, чтобы получать максимум тепла. Финские свечки, как и обещал Топор, продолжали функционировать, только сейчас выходя на «проектную мощность». Щели начинали потихоньку прогорать, и жар из них стал идти более интенсивно.
Возможно мне это только казалось, но после того, как мы прогнали облако, снова стало немного теплее. Близость этого колдуна сама по себе понижала температуру воздуха в округе…
Почему колдуна? Это ведь могло быть что угодно! Даже не человек, а некая магическая субстанция… хотя нет, сознательное и волевое начало во всём этом чувствовалось. Да и ледяными ублюдками тоже кто-то должен был управлять. Нет, кто-то за всем этим стоит.
Ночь прошла, можно сказать, спокойно. По крайней мере, без происшествий. Все по очереди отдежурили, и я в том числе. Рома с Викой несколько раз перевоплощались туда и обратно, устраивали пробежки по округе и тоже вроде как ничего не заметили. Я не забывал подпитывать «волчицу» маной, потому что она у неё тратилась на восстановление организма. Пусть и не критично, но мне нетрудно держать «сосуд» полным, пусть выздоравливает.
Впрочем, подпитку маной я устраивал для всех. Старался, чтобы моя команда всегда была полной под завязку. Только странный дар Топора маны не требовал, а всем остальным она была нужна. Например, во время боя Сирин поиздержалась, потому что активно использовала свой дар. Амина тоже слегка потратилась. Всем им я восполнил запас практически сразу.
Надо сказать, что уже все к этому привыкли и принимали как должное, хотя я и ловил на себе в момент зарядки благодарные взгляды.
Проснувшись, мы позавтракали, потому что день обещал быть сложным и когда появится следующая возможность поесть неизвестно. Так что ели от души и даже немного через силу, чтобы загрузить организмы калориями. Потому как — не маной единой!
Затолкав излишки дров в вездеход, мы двинулись дальше. Сразу за роддомом оказался стадион.
— Я раньше никогда даже подумать не мог, что в Москве столько стадионов. Последние дни у нас весь маршрут от одного стадиона до другого, — сказал я Топору.
— Они всегда были на этих местах, — усмехнулся Топор, — просто сейчас мы на них внимания больше обращаем, потому что постоянно с ними какая-то активность связана. Или они как ориентир служат. А что, сооружения приметные, даже когда сам стадион небольшой. Домов много, их можно перепутать по описанию, а вот стадион, уже хрен с чем спутаешь.
— Может быть, ты и прав. Я и не говорю, что в этом есть что-то сверхъестественное. Просто обратил внимание, что в последнее время постоянно на них натыкаюсь. Это было ещё до тебя. Сплошные стадионы, стадионы, стадионы…
— Москва — спортивный город! — улыбнулся Топор.
Через стадион мы вышли на дорогу и по ней двинулись к метро «Сокольники», которое было уже отсюда в двух шагах.
— Смотрите! — воскликнула Фая.
Сразу мы этого не заметили, но зрелище было, в самом деле, удивительное.
Прямо по курсу находилось высокое здание, стоящее прямо возле метро. Оно было переменной этажности и шло горкой, постепенно понижаясь слева направо. Дом был сильно выгнут дугой, он имел форму полукруга. Но удивительно было не это, таким его и построили. Удивительно было то, что прямо в середине этого дома зияла огромная сквозная дыра. Причём эта дыра не привела к разрушению всей постройки. Даже этажи, что находились над дырой, не обрушились.
Сама дыра имела практически идеальную форму круга, а внутри неё, наподобие того как паук плетёт паутину, находилась некая конструкция изо льда, которая была не чем иным, как изображением снежинки.
— Это что, мать его, за логотип? — пробормотал Топор.
— Снежинка! — озвучила очевидное Зоя.
— Я вижу, что снежинка, но зачем? Это же не случайно там намёрзло, видно, что кто-то специально постарался соорудить эту хрень! — сказал Топор.
  
— Да, с тем, что это сделано специально, не поспоришь. Слишком точная и аккуратная работа. Кто-то обозначил начало своей территории, — сказал я.
— А если здесь начало его территории, то почему он нападал на нас далеко отсюда? — задала резонный вопрос Сирин.
— Бил на дальних подступах, — сказал я, — когда враг у ворот, бывает, что драться с ним уже поздно.