Королева Червей (ЛП)
Это была угроза, объяснение и признание в любви в истинном стиле Ксавьера.
Мои губы растворились в его, и по какой-то странной причине я наконец почувствовала свободу от гнева, который держала на него.
— Больше никогда никого не будет, обещаю, — я поцеловала его снова. — Я тоже тебя люблю.
Ближе к вечеру Ксавьер запустил генератор, о котором я не знала, и у нас появилось электричество.
(Слава богу за это!)
У нас была горячая водопроводная вода, что означало горячую ванну, и немного света от одинокой лампочки.
Поздно вечером мы оба долго отмокали в единственной старинной ванне, пока вода не стала теплой.
У Ксавьера хранилась кое-какая старая одежда в металлическом сундуке.
Его длинная толстовка мне вполне подошла, и она сгодится, пока мы не достанем нормальную одежду.
Мы ели хлеб и сыр перед маленьким камином, и компанию нам составляли лишь звуки птиц в гнезде неподалеку да ночные насекомые, жужжащие снаружи.
Интимная тишина, которую мы делили, была идеальной.
Я прислонилась к Ксавьеру и прижала одеяло к нам:
— Как твое плечо?
Он улыбнулся:
— Болит, блядь, адски, но я выживу.
Его пальцы задержались на кончиках моих волос.
— Они не знают, что ты всего лишь ранен, ты в курсе?
Пальцы Ксавьера накрутили прядь моих волос:
— Что это значит?
Я переключила внимание на него:
— Тео не знает, что ты жив. Твоя кровь там, вероятно, повсюду, и этот идиот не видел, как мы выбрались.
Его глаза сверкнули в свете огня:
— И?
— И они не знают обо МНЕ.
Улыбка появилась на его красивых губах, пока его пальцы продолжали нежно перебирать кончики моих волос.
— Моя умная маленькая Клео. Я вижу, к чему ты клонишь, но ответ — нет.
Я высокомерно шмыгнула носом и перевела взгляд обратно на пляшущее пламя.
— Я все решила.
Я снова повернулась к нему, и наши взгляды встретились.
Теперь я понимала, что имел в виду Ксавьер, когда говорил, что мы больше похожи, чем я осознаю.
— Я твердо намерена довести это до конца, с тобой или без тебя.
Он рассмеялся, несмотря на мой нарастающий гнев:
— Каков твой план, дорогая?
Я наклонилась, и мои губы задержались над его губами.
Мое тело пульсировало от неоспоримой потребности в нем прямо сейчас.
— Это на потом, Папочка. Как ты себя чувствуешь?
Честно говоря, я была чертовски возбуждена после всего этого насилия.
Я застонала, когда наши губы покусывали друг друга, и моя рука скользнула к переду его шорт.
— М-м, Ксавьер.
О да, он был твердым как камень.
Он улыбнулся:
— Как ты можешь чувствовать, Пуговка, у меня все довольно неплохо.
Я быстро переместилась и оседлала его, а затем сбросила одеяло с плеч.
Тепло от огня разлилось по моей спине.
Я наклонилась к нему, и наши губы слились в знойном влажном поцелуе глубокой срочности.
— М-м, Папочка, — я начала тереться киской о твердый бугор, который создавал его член. — М-м, я так возбуждена.
Ксавьер хмыкнул, и я схватила его шорты спереди и стянула их вниз, ровно настолько, чтобы добраться до его члена.
Я жадно обхватила его, и мои пальцы массировали и терли его вверх и вниз.
— М-м, можно я поскачу на тебе?
Прошептала я ему на ухо, как раз когда его пальцы скользнули под мою слишком большую толстовку и по моей голой заднице.
— М-м, без трусиков, Пуговка?
Я хихикнула, проводя губами огненную дорожку поцелуев по его подбородку:
— Прости, забыла упаковать.
Ксавьер снова застонал, и я (очень осторожно) приподнялась и впустила его член в себя.
Невероятный горячий отклик моей киски тут же подсказал мне, что я слишком амбициозна.
— Ох!
Скользкие мышцы моей киски восхитительно сжались вокруг него.
Ксавьер прижал меня к себе, и я начала скакать на нем почти сразу же.
— О да, м-м, Папочка.
Его безжалостные пальцы сжали мои ягодицы, и я прибегла к трению киской о него, чтобы ускорить процесс.
Огненные поцелуи Ксавьера переместились с моих губ на плечо:
— Блядь, да, трись, детка!
Мои бедра двигались быстрее и жестче, наши губы встретились и замерли, пока неизбежный финал приближался, и быстро.
Я толкнула бедрами сильнее, сделав еще несколько выпадов, и как только я кончила, Ксавьер крепко удержал меня.
Наш оргазм был интенсивным и сокрушительным.
— Блядь! — его дыхание ревело мне в ухо, пока моя пульсирующая киска сжимала его член.
Идеально, как всегда.
— Вот дерьмо, — я заметила растущее красное пятно на его повязке. — Папочка, ты кровоточишь.
Его хватка на мне сохранилась, пока он целовал мою шею после бури.
— Я выживу, бывало и хуже. Единственное, что меня убьет, — это потеря тебя.
Мое сердце загрохотало от его слов.
Я соскользнула с него и долго смотрела на него.
— Тот факт, что мы чуть не умерли, вдруг сделало тебя мягкотелым?
(Не то чтобы я возражала)
Он рассмеялся и подтянул шорты:
— Блядь, нет. Просто напоминание: если мне не понравится твой план, то его не будет.
Я рассмеялась:
— Понравится. В конце концов, я в этом неплоха. Меня тренировал один парень по имени Ксавьер.
Мы провели ночь в сговоре при тусклом свете мерцающих ламп, словно два разбойника из викторианского романа.
Я говорила вполголоса, а Ксавьер слушал, пока мы оба потягивали восхитительный бренди.
Когда я закончила, он выглядел весьма довольным.
— Хорошая девочка. Нужно немного подправить, но совсем неплохо.
Он накрыл нас одеялом:
— У мистера Тейна в доме есть городской и спутниковый телефоны. Утром я позвоню Моргану. Он привезет нам одежду и вещи, которые нам понадобятся, и тогда мы сможем запустить план в действие.
Что-то внутри меня вспыхнуло к жизни и разгорелось, как бушующий ад, за последние несколько дней.
Иногда худшие события могут выявить в человеке лучшее.
Раньше я всегда убивала по указке и только ради денег.
Но на этот раз я вооружена чем-то гораздо более смертоносным, чем мои навыки.
И это — цель!
Глава восьмая
Я спала очень хорошо в ту ночь, и удивительно, что хорошая еда и крепкий отдых могут сделать с человеческим телом и разумом.
Ксавьера не было в постели, когда я проснулась, и я заподозрила, что он позволил мне поспать подольше.
Я зашевелилась, услышав голоса снаружи, но мгновение спустя с облегчением вздохнула.
Похоже на Моргана и Маркуса.
Должна признать, я была отчасти рада знать, что они все еще рядом.
Они были продолжением Ксавьера еще до того, как появилась я.
«Камаро» с ревом ожил, и я подбежала к окну и выглянула.
Морган и Маркус уехали на нем, оставив вместо него черный внедорожник «Форд» с затемненными окнами.
Ксавьер направился к коттеджу, вооруженный двумя черными сумками и широкой улыбкой, когда я открыла ему дверь.
Его глаза сверкали злобой.
О да, началось!
Я затянулась сигаретой, слушая гудки.
Раздался щелчок, а затем:
— Алло, кто это?
Жестокая ухмылка очертила мои губы, и дым вырвался клубами.
— Очень благодарный друг, мистер Ферн.
Сначала тишина.
Мой тон был кокетливым, но именно так я расставляю свои сети для бедных ублюдков, что попадались мне на пути все эти годы.
— Простите, кто это?
О да, я услышала это. Легкая дрожь в его голосе в конце.
Он уже нервничал.
— Я слышала, что вы отчаянно пытались связаться со мной, Тео.
Послышалось шуршание бумаг:
— Подождите минутку, пожалуйста.
Он со стуком отложил свой мобильный телефон, а затем: «Выйдите, пожалуйста, мне нужно уединение».
Я затушила сигарету, прислушиваясь к слабому звуку шагов, а затем закрываемой двери.
Тео откашлялся:
— Это та, о ком я думаю?
Я рассмеялась:
— Да, но без имен, пожалуйста.
Я сузила глаза и уставилась в прекрасные глаза Ксавьера: