На всю оставшуюся жизнь (СИ)

— Они не по мне скучают, — выдавил он, так и не дождавшись насмешек и подначек, — а по малому, которого я даже не помню.
— Угу, — Уизли кивнул. — Вот только от этого не легче. Мы все к тебе привыкли, знаешь ли.
Драко повернулся к собеседнику и едва не ткнулся носом в конопатую физиономию: Рон смотрел на него, придвинувшись почти вплотную. Самое время было заорать на рыжего придурка, как-нибудь обозвать, подорваться и смыться, как Драко поступал до этого семь лет. Но он только отодвинулся и опустил взгляд на учебник.
— Уизли, это нелепо. Как ты себе это представляешь? «Здрасьти, я пришел дослушать сказочку»? Да после такого не то что весь Хогвартс — я бы сам над собой смеялся всю оставшуюся жизнь.
Рон криво усмехнулся, накинул на плечи Драко свою мантию, которую все это время держал в руках, и поднялся. Малфой недоуменно захлопал на Уизли глазами.
— Если тебе нужен повод, чтоб зайти в гости, вернешь мне мантию, — сказал Рон. — Не бойся, она чистая, только что из стирки. Но вообще-то ты ее все-таки надень, а то если простынешь, Гермиона нас всех съест.
Драко свел брови над переносицей, отказываясь верить в реальность происходящего. А Уизли, кажется, решил его все-таки добить. Он заявил:
— Мы все, знаешь ли, привыкли о тебе заботиться, Драко.
Рыжий неторопливо ушел, а Драко остался на скамейке с гриффиндорской спортивной мантией на плечах и полнейшей кашей в голове.
Что это сейчас такое было?!
Комментарий к 8. Дом, милый дом
* заклятие, вызывающее чесотку.
** Колоно́к, или сиби́рский колоно́к (лат. Mustela sibirica), — вид хищных млекопитающих семейства куньих из рода ласок и хорей. Шерсть у колонка зимой рыжевато-жёлтого, летом рыжевато-красного цвета.
========== 9. Ночные бдения ==========
Над Хогвартсом бушевала гроза. Ветер выл с такой силой, что слышно было даже в подвале. Школьное озеро бурлило от мощи водных потоков, обрушивающихся в него с мрачных небес. На короткий миг Драко, замершему перед аквариумным окном в его комнате, показалось, что в мутной толще воды мелькнул знаменитый кальмар, и что глаза у него слегка выпучены от испуга. Драко попытался вспомнить, есть ли у головоногих глаза в принципе, понял, что надо лезть в специальную литературу, и с раздражением задернул занавеску. Вторую ночь подряд он не мог уснуть.
Ближе к полуночи Драко капитулировал перед бессонницей, тихонько выбрался из подземелья и отправился бродить по темным коридорам Замка. Был небольшой шанс, что поздняя прогулка утомит в достаточной степени, чтобы по возвращении в комнату отрубиться. Он сам не понял, как очутился перед портретом Полной Дамы. Стражница Гриффиндора окинула ночного бродягу любопытным взглядом, выгнула тонкую бровь и поинтересовалась, почему милое дитя до сих пор не в кровати. Драко поморщился. По магическим законам он был совершеннолетним, и даже маггловские возрастные нормы через пару недель перестанут относить его к детям. Однако спорить или огрызаться не хотелось, тем более что старинному портрету объяснять тонкости этапов взросления было совершенно бессмысленно. Драко извинился сквозь зубы и ушел, так и не решившись попроситься в гриффиндорскую гостиную.
Он устроился на широком подоконнике в коридоре неподалеку от Большого зала, обхватил согнутые колени руками и опустил на них голову. Надо было подумать о начинающейся учебной неделе, об ускоренной программе, которой нужно будет следовать, чтобы наверстать упущенное, о скорых экзаменах. Вместо этого Драко думал, как, не теряя достоинства, заманить к себе в комнату Гермиону Грейнджер и выклянчить ласковые обнимашки, без которых, похоже, он отвык засыпать. У него было полдня после разговора с Уизли, чтобы понять: в Гермионе нуждался не только маленький Драко, но и Драко большой.
— Что вы здесь делаете, юноша? — сварливо осведомились у него, и Драко поднял голову.
Недовольный Филч стоял в шаге от окна и взирал на нарушителя распорядка с брезгливым осуждением. Драко пожал плечами и снова пристроил гудящую голову на колени.
  
— Нет, так не пойдет! — обиделся завхоз. — Что это вы мне тут устраиваете? Немедленно идите к себе и ложитесь спать!
— Не могу, — честно признался Драко. — Не спится.
— Ну вот еще… — уже не таким вредным тоном пробормотал Филч. — Водички попейте.
— Я лопну, столько я ее выпил. Не помогает! — он посмотрел на старика и грустно спросил: — Мистер Филч, а вы как от бессонницы спасаетесь?
Завхоз покрутил носом, пожевал губами и со вздохом ответил:
— Гуляю по Замку.
— А-а-а, — протянул Драко.
Они замолчали. Молодой человек сидел неподвижно, надеясь, что в висках не начнет ныть. Старик пошмыгивал носом, но уже не пытался его прогнать. Минут через пять он предпринял следующую попытку:
— Ну в самом деле, юноша, ступайте к себе! — как-то просительно сказал он. — От сидения здесь утром вам легче не будет. И мне спокойнее, а то еще задремлете да и свалитесь с подоконника.
— Хорошо, сейчас уйду, — покорно согласился Драко и не пошевелился.
— Мистер Филч, я его забираю, — раздался голос из-за спины завхоза. Тот развернулся, хмурясь. А Драко вскинул голову, боясь поверить собственным ушам.
— Что вы тут делаете, юная леди? — строго проскрипел Филч. — Вам давно надлежит быть в кровати и видеть десятый сон!
— Ищу вот этого гулёну, — весело отозвалась девушка, глядя на Драко. — Вот сейчас отведу его в комнату, прослежу, чтобы уснул — и сразу сама выполню ваше распоряжение.
Филч сузил глаза, заподозрив в словах студентки насмешку над собой. Но та смотрела только на молодого человека и улыбалась.
— Гермиона! — Драко спрыгнул с подоконника, сам не замечая, что сияет как начищенный чайник. — Ты чего тут?..
— Идем, — Гермиона взяла его за руку, как маленького. — Наш завхоз прав: нечего ночью в коридоре делать. Идем, идем, — она потянула его за собой. — Спокойной ночи, мистер Филч.
Филч наблюдал, как юноша и девушка уходят в сторону Слизерина, хмурился, выискивая подвох, но возразить было нечего. Студенты-то послушались! Он проследил за ними до самого входа в подвалы, постоял минут десять за поворотом, опасаясь, что без присмотра они опять выползут наружу. Не дождался ничего, кроме нового раската грома, и пошел бродить дальше. Больше этой ночью завхозу не встретилось никаких нарушителей, и он негромко вздыхал: поговорить хоть с кем-нибудь хотелось зверски!
В комнате Драко внезапно охватило смущение. Он с сомнением покосился на Гермиону и заметил, что и она выглядит растерянной — теребит рукав мантии, опустив глаза. Надо было предложить ей какое-нибудь угощение, он же вежливый хозяин, в конце концов! Драко задумался на секунду, потом достал большое зеленое яблоко и молча протянул гостье. На более радушный прием его не хватило.
Гермиона яблоко приняла, но есть не стала. Зато наконец подняла на него взгляд и смущенно улыбнулась.
— Мог сразу к нам зайти, — сказала девушка. — Зря застеснялся.
— Не мог, — буркнул Драко и с любопытством уставился на Грейнджер. — А ты как в коридоре оказалась?
— А меня Полная Дама отправила. Заявилась в пейзаж на стене и громогласным шепотом сообщила, что ты бродишь по Замку неприкаянный. Девочки выставили меня вон, чтобы я тебя нашла.
Драко растерянно покивал, совершенно не зная, что сказать.
— Надо поспать, — со вздохом продолжила Гермиона, кладя яблоко на край стола. — Давай я с тобой посижу, пока не заснешь. Я же знаю, тебя гроза беспокоит…
Драко присел на край кровати и задумчиво провел рукой по одеялу.
— И что, ты потом среди ночи пойдешь в свою башню? Одна? Филч будет счастлив! Да и мне как-то неловко, что я тебя не провожу. Давай ты лучше останешься?
Гермиона выгнула бровь, но с упреками в гнусных намерениях не накинулась, и Драко решил развить успех:
— Мы же ничего плохого делать не будем, просто поспим! И будильник поставим на пораньше, чтобы ты успела утром собраться на занятия.