Проиграй мне себя (СИ)
Это еще что за новости? Под кайфом, что ли? Вот этого еще не хватало! В тихом омуте черти водятся, да, хорошая девочка?
Присмотрелся. А, нет, просто сильно нетрезвая. На столике красовалась одна уже пустая и одна полупустая бутылки мартини. И что это у нас такое? Мадмуазель изволит кутить? А вот о закуске что-то и не позаботилась. Оливки в тарелке в этой роли так себе. Не умеешь ты правильно напиваться, малышка. Правда, это и хорошо. Откуда знать о таком правильной девочке в двадцать с копейками.
— Будешь? — Кира протянула стакан с мартини.
Да, именно так — большой граненый стакан. Еле сдержал смех. Тара, как для настоящего алкоголика лет тридцать назад.
— Нет, спасибо, — конечно, отказался. Почему девушки любят эту сладкую гадость со вкусом микстуры от кашля из детства, я не понимаю. — По какому поводу гуляем?
— Задлоб… заблод… Щас, — сделала глубокий вдох, а я снова еле удержался от хохота. — Задолбали вы меня все! Вы — это мужики. Вот! — гордая собой, что выговорила, отхлебнула из стакана, следом потянулась за оливкой.
Только и смог, что удивленно поднять брови. Ну, да, выиграть девочку и не отказаться от выигрыша — не самый мой красивый поступок в жизни. Так и она не ромашка трепетная. Никто не принуждал. Сама согласилась. Правда, я до сих пор не могу понять, как и зачем? Я был уверен, что такую, как Кира, уговорить или заставить невозможно.
— Вот скажи мне, Ян… А… Щас, — Кира снова вдохнула, подняла указательный палец вверх, сосредотачиваясь, — Александрович, — выдох. — Какого хрена ты ко мне привязался, а? — кажется, кого-то потянуло на пьяную демагогию. Не дожидаясь ответа, продолжила: — Тебе доступных девок мало, что ли? — снова отхлебнула свое пойло из стакана. — Жила вот я себе жила, замуж собиралась. А тут ты! — обличительно ткнула в меня пальцем. Нет, спорить с пьяными девушками — себе дороже. Секса сегодня явно не будет. Эта красотка регулярно умудряется меня обламывать, и так уже неделя прошла. Но послушать интересно, люди в таком состоянии врать не способны. — Я Ника люблю, понимаешь? Много лет люблю. Он мой первый и единственный мужчина. Был.
Не врал мажорчик, влюблена девочка по самые свои красивые ушки. Повезло ж тваренышу. Кира еще отхлебнула сладкой гадости и откинула голову на спинку кресла, прикрыла глаза. Красивая же девушка, будущий ветеринар, в клинике её знают, зоозащитник. С такой внешностью ей бы в Москву перебраться. Нормально бы устроилась там. Мужа нашла бы себе хорошего. Или карьеру бы построила. Характера же хватает. Резкая, дерзкая, умная. Еще и чувственная. И любит такого мудака, как Ник. Чем себя и губит. Мда, слов нет.
— Так вот, — снова заговорила, не открывая глаз. — У нас свадьба должна быть скоро. Правда, дату еще не назначили. А тут ты… Взрослый. С бабками. Развел моего Ника, как шулер. Убить угрожал даже. Зачем? — и резко распахнула глаза, глядя на меня в упор.
Я немного подофигел от таких новостей? Убить? Так вот что этот сученыш ей наплел и как смогу убедить. Ну не ублюдок ли?
— Не стыдно в твоем-то возрасте?
— Ну, ты меня в старики не записывай, — усмехнулся ехидно. — Мне всего тридцать два. Кроме того, ты уверена, что все именно так, как тебе рассказал Ник?
— Аааа… Ну ладно, — что ей ладно, я так и не понял. А комментарий про Ника не услышала или не захотела услышать. — Но зачем? Не пониманию я мужиков, — она пожала плечами и резко поставила стакан на стол, едва не пролив мартини. Наклонилась, подперла щеку рукой. — Все меряетесь. Членами. Бабами. Тачками. Бабками. Меня вот… выиграл, — одинокая слезинка потекла по щеке девушки. О, начинается… — А он проиграл, — уже всхлипнула. Точно. Сейчас будет пьяная истерика. — Проиграл, представляешь? — осушила стакан и снова потянулась за бутылкой. — А я вчера п-попросила помочь… а он… он отказал! Первый раз попросила! Всегда сама! А тут моя машинка в ремонте… А там, знаешь, как темно и страшно было? И собачка умирааааеееет… — слезы уже не переставая катились по ее щекам. Ну куда ей с такой нервной системой в ветеринары? Рыдать же будет над каждой прививкой.
— А Ник… орет… Машину побоялся замарать, — всхлипнув, размазала слезы по щекам, продолжила. — А ты приехал. А ему машинууу жалкоооо…. а меня неееет… Но он же жених, а ты — совершенно посторонний мужик. А он нет, но не приехал, — в ее голосе звучало столько боли и обиды от разочарования в любимом человеке, что даже меня зацепило. Эх, Кира, Кира. Знала бы ты, как на самом деле глубоко ошибаешься в своем парне. Не стал перебивать, пусть выговорится. Девочка явно в стрессе. Только вот после секса со мной или из-за раненной собаки?
Резко перестав плакать, Кира снова наполнила стакан и выпила мартини, ничем не разбавив.
— А мне себя тоже жалко. Он у меня первый. Был. И единственный. А тут ты. Козел! — О, и мне прилетело. — Почему я должна трахаться с чужим мужиком, а? Потому что тебе сперма в башку стукнула? Я животных люблю. Они хорошие. И беззащитные. Из-за тебя на практику не вышлаааа… Зачем, зачем ты влез в мою жизнь? Я его люблю, — махнула рукой куда-то в сторону.
— Как ты познакомилась с Ником? — на кой черт я это спросил? На хер мне не уперлась эта информация.
Кира подняла на меня взгляд, в глазах промелькнуло непонимание и удивление. Хотя, откуда бы ему взяться в таком состоянии?
— Мы в одном дворе жили, — заговорила тихо, пришлось наклониться ближе. — Я высокая такая была. Ужас. Тош… Тощ… тощая. Меня дразнили. А Ник… он меня всегда защищал, — девушка уже не видела меня, была в своих воспоминаниях. — Для тиранд… тринад… Короче, тринадцать мне было. Вот. А он старше. На трррри года. Защищщщщал, — уточнила в очередной раз. — Котенка с ветки снял. Обзывать меня запрещал.
Ага, так Колька у нас благородный рыцарь. Кто бы мог подумать! Вот что-то у меня этот образ никак не вяжется с тем впечатлением, которое пацан произвел за игрой. Испоганился? Или такой хороший актер?
— Любовь с первого взгляда? — саркастически ухмыльнулся. В такую чушь я не верю.
— Да, — пьяно кивнула Кира. — Только он меня не замечал. Обидноооооо… было очень. Вечно лахудры с ним были.
Вот те раз? Ревнует?
— А дальше… — мягко подтолкнул к продолжению.
— Уехали. Они… ну, Ник с родителями, уехали. Вернулись через четыре года. Он еще красивее стал. И меня поцеловал. Сказал, что я самая красивая вообще. Вот, — и расплылась в довольной улыбке.
Судя по всему, за четыре года девушка превратилась в красавицу. И только такая дурочка, как Кира, могла хранить образ рыцаря этого паршивого все эти годы. Вот мажорчик и подсуетился. Девочка-то тоже не из бедной семьи.
— Мама только запрещает жить с ним до свадьбы, — огорченно произнесла. — Потом меня заставили поступить на экономфак. Ненавижу! Бросила через год. Ветеринаром буду! Буду?! — не то спрашивает, не то утверждает.
— Будешь. Обязательно будешь, — успокоил девушку, мягко улыбнувшись. Забавная.
— И Ник говорит, что буду. Только в обычной клинике говорит, чтобы не работала. Почему? — спросила с искренним удивлением в глазах. — Не хочу в элитную. Там всего хватает. Я животным помогаю. Кошки. Собаки. Хомяки. Один раз даже попугай был. Погоди, — и она закопошилась в поисках чего-то. — Да где же телефон… Надо позвонить, узнать, как там наш лабрадор.
— Все с ним нормально, — тут же ее успокоил, продолжая внимательно разглядывать. Заинтересовала меня эта девочка. Больше, чем должна была бы.
— Да? А ты откуда знаешь? — спросила недоверчиво.
— Звонил, узнавал, — ну, да. Сам удивился, что мне не все равно. Жалко как-то стало зверушку.
— Ааааа… — протянула многозначительно. — Сп-сиба.
Вдруг резко выпрямилась и посмотрела прямо на меня.
— Он вчера не приехал, — снова завела старую пластинку. — Я всегда на своей машине. А тут… Кинул меня одну. Все мужики — сволочи. И ты тоже! — резко выкрикнула. О! Ну все. Сейчас пойдет в разнос. — Ты сломал мне жизнь!
Кажется, в пьяном мозгу что-то заклинило. Кира вдруг стала очень агрессивная. Напряглась, как кошка перед броском. Лицо злое, аж скулы заострились.