40 способов сказать «Прощай» (ЛП)

— Почему ты к нему побежала? Он мог тебя убить.
Я протянула руку с кольцом.
— Он собирался причинить боль Лилит, а я не могла позволить ему этого сделать. Его остановило кольцо отца, Конн. Думаю, он кольцо узнал.
Конн посмотрел на него.
— Этот серый камень магический?
— Это замаскированная священная реликвия, — прошептала я.
Конн покачал головой.
— Нет, Аран, посмотри на него. Кольцо с обычным камнем, и ты, наверное, в шоке. Я видел, как ты целовалась с Расмусом на кухне. Я понимаю, что ты, должно быть, чувствуешь, теряя его. Его полное превращение в это существо стало жестоким концом вашего флирта.
  
Я понимала, что не смогу убедить Конна… по крайней мере, не сегодня. И как только я это сделаю, он только встревожится, узнав правду о кольце, которое я носила, и о том, как оно скрывалось. В который раз кольцо снова решило спрятаться от всех демонов, которых я знала. И все же оно проявилось перед существом, в которое превратился Расмус. Это должно было что-то значить. Мне просто нужно было выяснить, что именно.
— С Лилит все в порядке? — спросила я.
Конн кивнул.
— Она слаба от потраченной магии, но в порядке.
— Есть какие-то идеи, что это было за существо, Конн? То, во что превратился Расмус, было похоже на ангелов, о которых всегда рассказывала Ма.
— Ты никогда не была тормозом, — уклончиво заметил Конн, не ответив на мой вопрос.
Я подошла к Лилит.
— Я не знаю, что произошло, но я ценю, чего тебе стоило освободить Расмуса от оков. Позвони мне, если охотники на демонов или хранители вернутся. Мы с Конном приложим все силы, чтобы тебя защитить.
Демонесса посмотрела на Конна.
— Ты видел, во что он превратился. Если то, что мы видели, правда, ты знаешь, что сделали люди. Расскажи дочери Дагды все, что знаешь, Конн. У нее другие боги. Она может никогда не догадаться.
Я перевела взгляд с одного на другого.
— О чем ты говоришь?
Конн посмотрел в том направлении, куда улетел крылатый Расмус.
— Возможно, люди поймали в ловушку нефилима, который является гибридом человека и ангела. Возможно, они приготовили сыворотку из его крови, которая придает им силы. Это объяснило бы почти безумное поведение фальшивого хранителя-человека, угрожающего касте Лилит. Люди не созданы для того, чтобы обладать таким уровнем силы, Аран. Большинство нефилимов сами не смогли с этим справиться. Они поддались безумию и были убиты.
Я покачала головой.
— Расмус никогда не вел себя как сумасшедший. Его реакция на произошедшую с ним перемену больше походила на полное замешательство.
Не соглашаясь со мной Конн покачал головой.
— Расмус, которого ты знала, был лишь оболочкой для его истинного облика. Мужчина, которого мы знали, никогда не был настоящим.
Я отказывалась верить, что Расмус, которого я знала, был не более чем оболочкой, в которой обитал магический призрак. Как и большинство паранормальных и сверхъестественных существ, нефилимы когда-то существовали на нашей планете, но они вымерли во время великого потопа.
Но тогда, что же такое хранители?
Существо, которым стал Расмус, казалось, было чем-то гораздо более загадочным, чем гибрид человека и ангела. Я чувствовала это всем своим существом.
* * *
Лилит ушла, чтобы вернуться к себе домой, а один из демонов отвез нас обратно в арендованный дом. Я не могла перестать думать о том, что произошло. От Расмуса были одни неприятности, но я буду очень по нему скучать.
Нас встретили пожарные машины и полицейские патрули. Кто-то — или что-то — подожгло дом и сорвало большую часть крыши.
Конн отошел, чтобы выяснить, все что можно. Я уставилась на беспорядок и мысленно составила список всего имущества, которое сгорело дотла. Прошло совсем немного времени, прежде чем Конн появился снова.
— Когда они прибыли, в доме никого не было. Ненастоящий хранитель, которого мы захватили, исчез вместе с наручниками и всем остальным. Они говорят, что на чердаке взорвалась печь. Это единственный ответ, который показался им разумным, учитывая все обломки, разбросанные вокруг. Хранитель, напавший на нас, либо сделал что-то, что стало причиной этого, либо его спасли другие представители его вида.
Я рассеянно кивнула. По крайней мере, Конн не пришел к выводу, что сюда прилетел Расмус и освободил его. Я думаю, мы оба верили, что измученное существо, в которое, как мы видели, превратился Расмус, было слишком сбито с толку своей болью, чтобы решиться на такой поступок.
— Ну, не то чтобы мне было что терять. Я, конечно, буду скучать по своему ведьмовскому набору, но это все заменимо. Единственной настоящей потерей для меня сегодня был Расмус. И я все еще надеюсь, что он каким-то образом пережил свое странное превращение.
Конн протянул руку и погладил меня по макушке.
— Твоя наивность бросается в глаза, но я позволю тебе продолжать отрицать реальность. Ты заслужила это после всего, что сегодня случилось.
— Я не теряю надежды, Конн. Пойдем со мной. Мне нужно тебе кое-что показать. Я взяла Конна за руку и повела его во дворик, сбоку от дома.
— Посмотри вниз, — приказала я, опуская взгляд на землю. От передней части дома к заднему двору тянулся след из перьев. — Я думаю, Расмус все еще трансформируется. Возможно, он еще не пришел в себя.
— Не имеет значения, помнит ли он, что был человеком, или нет, Аран. У нефилимов нет чувств и эмоций, как у людей. Это часть того, что делает их огромную силу такой разрушительной. Боги объявили их создание вне закона ради блага мира.
— Ты хочешь сказать, что Расмус — это какой-то монстр Франкенштейна?
— Я хочу сказать, что если Расмус нефилим, то он — дитя отношений между ангелом и человеком. Это самые запрещенные отношения во всем творении. Много веков назад их существование побудило богов уничтожить все человечество, просто чтобы от них избавиться. Хранители, кем бы они ни были, играют с вещами, которые могут снова положить конец всей жизни на Земле.
— Но мы не знаем его историю наверняка. Сам Расмус сказал мне, что ничего не помнит о своем прошлом.
Конн прищурился.
— Перестань, милая. Тебе не спасти это существо. Ты пыталась спасти сосуд, в котором оно обитало, и это не сработало. Ничего не добьешься, если будешь желать другого исхода. Ты же знаешь, я бы никогда не солгал тебе о чем-то настолько важном.
Мой вздох был достаточно громким, чтобы заглушить вой сирен. Ближайшая пожарная машина все еще перекачивала галлоны воды на крышу дома.
Я кивнула, давая Конну понять, что действительно услышал его лекцию и усвоила ее.
— Мне больше нравилось, когда все, о чем нам приходилось беспокоиться, — это о тролле-скряге, крадущем овец у местных фермеров себе на ужин. Тогда жизнь была простой. Ирландия была простой страной. Почему в Америке все так чертовски сложно?
Конн улыбнулся в ответ на мои жалобы.
— Пойди поговори с владельцем арендуемой квартиры. Она хочет знать, что с нами обоими все в порядке. Я сказал ей, что весь вечер нас не было дома, а вернувшись, мы обнаружили, что дом горит.
Я кивнула, прежде чем Конн ушел.
Когда он больше не мог меня видеть, я остановилась, чтобы поднять перо. Оно блеснуло серым в моей руке и на моих глазах стало белым. Очарованная, я остановилась и подобрала еще несколько. Все они делали то же самое, когда я к ним прикасалась.
Я могла бы использовать их, чтобы искать Расмуса и следить за существом, в которое он превратился. Будет ли это считаться преследованием? Стал бы Конн на меня ворчать из-за этого? Ответом на оба вопроса было «да», но я чувствовала себя бунтаркой.
  
Я собрала все перья, которые смогла найти, пока не забила ими все карманы на моей одежде.
Когда я повернулась, чтобы вернуться к фасаду промокшего насквозь дома, я почувствовала, как ветер треплет мои волосы — только ветер не дул.
Обнаженный мужчина с горящими голубыми глазами и темно-серыми крыльями плавно опустился на землю и остановился прямо передо мной. Его волосы были длинными и черными с проседью на висках. Он слегка склонил голову передо мной. Физическое тело нефилима — если Конн был прав — выглядело достаточно похожим на человеческое, чтобы быть его кровным братом.