40 способов сказать «Прощай» (ЛП)

— Наш народ жив. Я до сих пор ни о чем не жалею, — сказал Конн.
— Как ни странно, я тоже, — сказала Лилит, улыбаясь ему. — То, что я сделала, было единственным способом узнать истинную цену твоей жертвы. Я не смогла стать той женщиной, которая тебе была нужна. Ты наконец встретил подходящую демоницу?
Прежде чем Конн успел ответить, Мулан подошла поближе, чтобы взглянуть на женщину с расстояния в два фута.
  
— Знай, что я могу взять его в любовники и я не привыкла делиться.
Лилит попыталась рассмеяться в ответ на угрозу, но в конце концов схватилась за живот от боли.
— Коннландер, безусловно, заслуживает тебя, Могущественная Ву. Я также приношу ему свои соболезнования.
Демонический хохот Конна сотряс комнату и разбудил спящих демонов. Они посмотрели на свою королеву, которая держалась за свой выпирающий живот, а затем поняли, что на них смотрит гигантский Конн. И остались на полу, вероятно, не зная, что делать.
Я понимала их замешательство. Мое было таким же великим, но совсем из-за другого.
Конн свободной рукой ударил нападавшего по голове. Мужчина обмяк в кулаке Конна. Он больше не сопротивлялся, и мы могли, наконец, поговорить с Лилит так, чтобы он нас не услышал.
— Приятно познакомиться, — сказала я ей. — Ты знаешь, кто этот человек, который напал на Расмуса?
Она перевела взгляд на Расмуса.
— Он должен его узнать. Он такой же, как и этот человек. Они называют себя хранителями. Они хотят моего ребенка.
— Почему? Это гибрид человека?
Она опустила взгляд в пол.
— Я не знаю, кто отец ребенка.
Она знает. Эта уверенность пронеслась у меня в голове. Чем крупнее был Конн, тем громче он выражал свои мысли. Если бы я была на ее месте и смотрела на старого любовника, который все еще злился, я бы, наверное, тоже солгала.
Я оглянулась и увидела, что Расмус медленно поднимается на ноги. Мулан, предъявив свои права на Конна, подошла к нему, чтобы он мог воспользоваться ее посохом в качестве опоры.
Затем я поняла, что в другой руке она держит изогнутый меч хранителя. Я не знала, смеяться мне или бояться. Предмет был в половину ее роста, а кончик волочился по ковру.
— Ты все это слышал? — спросила я Расмуса.
Он кивнул, поморщившись от боли, которую причинило ему движение головы.
Лилит протянула ко мне руку.
— Помоги мне до него дойти, — приказала она.
Демоны на полу ахнули, когда я взяла ее за руку. Я им улыбнулась.
— Я не причиню Лилит вреда. Я пришла только для того, чтобы найти ответы на свои вопросы и убедиться, что никто не забрал ее ребенка.
— Я слышала, как ты защищала меня перед хранителем, который напал, — сказала мне Лилит, пока мы медленно приближались к Расмусу и Мулан.
— Твоя подпись была на одном из принуждений Расмуса в очень чувствительном месте. Я обнаружила это, когда проверяла его на наличие меток. Конн тебя узнал… и вот мы здесь.
— Кем для тебя является этот запутавшийся хранитель? — спросила Лилит.
— Мучителем. Моя жертва похищения. Возможно, мой друг. Мы прорабатываем детали.
— Он не отец моего ребенка. Я никогда с ним не спала, — сказала Лилит, обращаясь ко мне, а не к Расмусу. — Мне заплатили за то, чтобы я солгала, и я это сделала. Мне заплатили за то, чтобы я применила принуждение. Мне также заплатили за то, чтобы я лгала твоему бывшему мужу, чьи руки не чище моих. Он притворяется охотником на демонов, но работает на хранителей. И стремится стать таковым.
— Кто такие хранители? И чем они занимаются? — спросила я, по-настоящему сбитая с толку своей неосведомленностью.
— Это группа необычных людей, которые планируют править всеми существами. Они убили многих из моего народа таким образом, что им потребуются столетия, чтобы возродиться. Хотя мы сами остаемся непростыми деловыми партнерами, но я не понимала всей глубины их порочной натуры. Теперь я прячусь от них, чтобы защитить своего ребенка. Хранитель, которого вы захватили, за нами шпионил.
— Учитывая, как неразумно повел себя этот человек, когда нас увидел, я понимаю, почему ты скрываешься. Он был здесь, чтобы сообщить о твоих родах?
— Да. — Мы остановились рядом с Расмусом. — Наклонись, страж. Я вылечу твою шею. Твоя кровь заливает пол.
Расмус посмотрел на меня, и я кивнула. Он наклонился, и она убрала его пальцы от раны.
— Стисни зубы, чтобы терпеть боль, — посоветовала она.
Через несколько секунд комнату наполнил запах горящей плоти. К чести Расмуса, он только хмыкнул.
— Готово, — объявила она, убирая пальцы.
— Ты знаешь что-нибудь еще о хранителях? — спросила я.
Лилит пожала плечами.
— Я слышала, что некоторые из них подобны богам, но я не знаю источника их силы.
Я взяла ее за руку обеими руками.
— У Расмуса есть по крайней мере одно внушение, которое я не смогла преодолеть. Нам нужно, чтобы ты освободила его от этого, пожалуйста.
Лилит проигнорировала мою мольбу и посмотрела на Расмуса.
— Воспоминания не принесут тебе того, к чему ты стремишься, хранитель. Это унесет прочь все мирное из твоей жизни.
Расмус нахмурился, глядя на нее сверху вниз.
— Любое знание лучше, чем ничего не знать.
Лилит фыркнула.
— Твоя энергия отличается от других. Я не думаю, что ты когда-либо был полностью одним из них, но я знаю только то, что мне рассказывали. Они сделали что-то, чтобы ты забыл кем был в прошлом. А бывший муж Аран стал твоим опекуном.
То, что Джек был его опекуном, имело для меня большой смысл, но я знала, что Расмусу все еще трудно поверить в то, что Джек его предал.
— Освободи его, — сказал Конн.
Когда я взглянула на Конна, хранитель безвольно висел в его руках.
— Ты его убил? Я думала, мы собирались его допросить.
— Он не умер, пока что. У нас нет клетки. Так было бы проще всего.
Я посмотрела на Лилит.
— Мы заберем твоего шпиона-хранителя с собой, но они, вероятно, пришлют другого на его место, как только об этом станет известно.
— Забери его, и я сделаю то, о чем ты просишь.
Я посмотрела на Расмуса.
— Мы хотим, чтобы ты избавила его от принуждения.
Лилит посмотрела на Конна.
— Ты простишь меня, если я помогу запутавшемуся хранителю?
— Мое прощение — недостойная цель для королевы демонов. Делай то, что должна, Лилития из Фир Болг. Тогда ты сделала свой выбор. Сделай сейчас выбор лучше, чем тогда.
Лилит кивнула. Я могла бы сказать, что из того, что сказал ей Конн, она поняла что-то, что выходило за рамки его слов. Я никогда не спрашивала о подробностях, а Конн никогда мне не рассказывал. Я позволила ему сохранить конфиденциальность такого уровня. Я действительно воспринимал его как члена своей семьи. Это всегда было связано с доверием. Но Джек никогда этого не понимал.
— Я избавлю запутавшегося хранителя от принуждения, но не здесь. Нам для этого нужно больше места. Встретимся в парке Гэллоуз-Хилл в девять. На нем много принуждений, и отказываться от них будет неприятно. А еще есть то, что ему сделали такие, как он, и я не могу этого исправить. Не уверена, что его разум сохранится.
Я посмотрела на Расмуса, ожидая подтверждения того, что он все еще хочет, чтобы их удалили, и получил короткий кивок.
— Мы были бы вам очень признательны, — сказала я ей.
Лилит поймала мой взгляд и выдержала его.
— Я исправилась задолго до твоего рождения, дочь Дагды. Мой народ хочет жить в мире, без войн и регенерации. Мы служим человечеству в обмен на то, что нас оставят в покое. Разве не такого мира хотели между нами боги?
— Да. Этого хотел Дагда. Вероятно, этого же хотела и богиня Дану.
— Но чего хотят люди? — спросила меня Лилит. Она жестом приказала распростертым демонам подняться и помочь ей. — Они совершили такие зверства, от которых содрогаются даже демоны.
  
— Если ты хотела напугать меня, тебе это удалось, — сказала я ей, потому что она не ошиблась.
— Я не думаю, что ты сильно боишься, — сказала она.