40 способов сказать «Прощай» (ЛП)

Кофейня была недалеко, и я часто туда захаживала. И подумать только, шаманка Ву управляла бизнесом так близко от нас, а мы даже не подозревали об этом. Или, по крайней мере, я не знала. Однако, я подозревала, что Конн все-таки знал. Он, вероятно, присматривал за Мулан со дня их знакомства.
Когда я вошла в салон, она была с пожилой клиенткой. Я помахала ей рукой, когда она меня увидела, и присела. Через десять минут на волосы женщины были намотаны бигуди и ее переместили под сушилку. Когда Ма сюда приходила, то делала так же. Ма нравились пышные укладки на бигуди, которые, по ее словам, «надолго сохраняли локоны», в то время как я предпочитала сушку феном еще влажных волос.
  
При той длине, которая была у меня сейчас, я большую часть времени вообще не утруждала себя укладкой. В особых случаях я пользовалась щипцами для завивки или просто накручивала их наверх. Ежедневная укладка волос отнимала слишком много времени. А я была не из тех женщин, кто постоянно этим занимается.
Моя дочь, однако, была такой же женственной девушкой, как и ее бабушка. Она часами возилась со своими прядями, пока не убеждалась, что они выглядят искусно уложенными. Она укладывала волосы гелем, а затем наносила на них что-то под названием «замораживающий спрей», чтобы они оставались в форме.
Я часто задавалась вопросом, что бы сделала Фиона, обладая такой силой, как у меня. Отказалась бы она драться, если бы это испортило ей прическу? Эта мысль заставила меня улыбнуться.
— Где сегодня находится моя самая большая неудача? — спросила Мулан в качестве приветствия.
Я намеревался научить эту женщину правильно здороваться, даже если это убьет нас обеих.
— Если ты имеешь в виду Расмуса, то он пьет кофе дальше по улице. Я пришла одна, чтобы кое о чем тебя спросить. Из-за того, что у него все еще остаются в области паха печати принуждения, я Расмусу не доверяю и не хочу, чтобы он услышал этот разговор.
— Я больше не работаю шаманкой Ву. Это только парикмахерская. Тебе нужен шампунь и набор для укладки волос? Или уроки укладки для твоих непослушных локонов?
Я указала на дверь салона и на улицу. Шаманка Ву тяжело вздохнула, но кивнула, прежде чем последовать за мной.
— Я думаю, ты знаешь, почему я здесь, Мулан. Мне нужны твои услуги шаманки Ву.
— Нет. Я неудачница. Найди другую, кто добивается успеха.
— В этой стране нет другой шаманки Ву, не говоря уже о Сейлеме.
— Здесь нет шаманки Ву. Есть только бывшая Шаманка, которая должна с позором уйти.
Я скрестила руки на груди и сердито на нее посмотрела. Если я не дам Мулан повода почувствовать что-то большее, чем жалость к самой себе, она не станет мне помогать.
— Тебе нужно перестать ныть о том, что случилось с Расмусом, что все еще необъяснимо, и помочь мне разобраться с его большими проблемами. Для этого мне нужно найти касту демонов и сдержать их, если они начнут со мной драться. Конн слишком скомпрометирован, чтобы от него была какая-то польза, вот почему я так отчаянно в тебе нуждаюсь.
Каким бы невероятным мне это ни казалось, Мулан нахмурилась еще сильнее. Это было похоже на полное затмение ее человечности. Мрачное выражение лица шаманки Ву напугало меня, а напугать меня было нелегко.
— Что не так с высшим демоном? — спросила Мулан.
— Высший демон? — спросила я, улыбнувшись этому термину.
Мулан отмахнулась от моего вопроса.
— Так мой народ называет короля демонов.
— О, — сказала я. — Ну, королева касты демонов, которую мне нужно найти, — старая подружка Конна. Кажется, он позволяет ей ускользать из его поля зрения. Может, он делает это нарочно, а может, и нет. Я не могу сказать наверняка, потому что он впадает в депрессию при упоминании ее имени. Я знаю, что Конн неравнодушен к тебе, и я надеялась, что ты сможешь его отвлечь.
— Высший демон неравнодушен ко многим женщинам. В его глазах я ничтожество.
— Это правда, что они ему нравятся, — сказала я, потому что это было правдой. Конн не соблюдал обет безбрачия. — Но ты ему искренне нравишься, Мулан. Он тебя уважает. Он был женат один раз, и это длилось сто лет. Он верный любовник, когда у него есть на это мотив. Я думаю, ты могла бы заставить его забыть о давнем интересе к Лилит.
— Эта Лилит теперь королева демонов? — спросила она.
Я кивнула.
— И она беременна, возможно, первым за несколько тысячелетий гибридом демона и человека.
— Кто этот человек, отец ребенка?
Я выдохнула.
— Расмус. По крайней мере, так ему сказали.
Мулан потерла лоб.
— У такого ребенка будут права в обоих мирах — возможно, власть над обоими. Возможно, злодеи планируют использовать ребенка-демона для больших злодеяний.
— Все это может быть правдой, но здесь происходит нечто большее.
— С тобой все не так просто.
— Ты не ошибаешься, — сказала я, улыбаясь ей. — Я подозреваю, что ребенка хотят украсть охотники на демонов. По крайней мере, я так думаю. Королева демонов так же стара, как Коннландер из Фир Болг, но не так могущественна, потому что отказалась выполнять условия сделки, заключенной с Конном.
— И какой план?
Я покачала головой.
— Пока не знаю. Я знаю только, что мне нужно изменить то, что я знаю, даже если я не понимаю, что это значит.
Мулан покачала головой.
— Ты и говоришь также сложно.
Ухмылка была неизбежна. Немногие смогли бы справиться с той жизнью, что я живу.
— Я также думаю, что они используют Расмуса, чтобы выследить меня. Думаю, они хотят, чтобы я привела их к Лилит, поэтому они меня и выпустили.
Мулан опустила руки и серьезно на меня посмотрела.
— Ты собираешься спасти дитя демона?
— Да… и мать тоже. Проблема в том, что Лилит поработила группу охотников на демонов по причинам, которые я пока не понимаю. Поэтому я должна их освободить. Ты могла бы сказать, что во всем этом нужно разобраться, и была бы права. Пока даже не ясно, кого нужно наказать, а кого уничтожить. Кроме того, в группе охотников на демонов существует определенный уровень коррупции. И мой бывший увяз в этом по уши.
У нее отвисла челюсть.
— У тебя очень сложная жизнь. Ты вообще, как по ночам спишь?
Я усмехнулась и пожала плечами.
— И последнее. Охотники на демонов посадили меня на семь лет в тюрьму, чтобы я не путалась под ногами. И выпустили меня как раз к рождению этого ребенка-демона. Я не верю, что их выбор времени был простым совпадением.
Мулан повернулась ко мне спиной и принялась расхаживать взад-вперед. Люди, идущие нам навстречу, увидели ее и перешли улицу, вместо того чтобы пройти мимо. У шаманки Ву в этом районе, должно быть, та еще репутация. Почему, узнав об этом, я улыбнулась?
— Кто платит за эту работу?
Я выдохнула.
— Никто. У меня нет клиента.
— Расмус — твой клиент.
— Нет. Он всего лишь пешка в игре, — сказала я.
— Тогда ты мой клиент. Или, может быть, Коннлендер из Фир Болг — клиент.
Я расхохоталась. Выражение лица Конна было бы бесценно, если бы я объявила, что Мулан считает его своим клиентом.
— Учитывая, что я хочу, чтобы ты отвлекла Конна от его бывшей девушки, я думаю, что Конн в некотором роде твой клиент. Лично я буду считать тебя своим сообщником в преступлении.
— Шаманки Ву не совершают преступлений, но я не буду возражать против временного сотрудничества с такой могущественной ведьмой. Но, если будет прибыль, мы поделим ее поровну. Ты согласна с моими условиями?
Я не могла себе представить, какую выгоду можно извлечь из того, что я должна была сделать, но если это может быть полезно, для того, чтобы Мулан поддерживала мои планы… так тому и быть.
  
— Если будет прибыль, мы разделим ее на четыре части.
Мулан решительно покачала головой.
— Расмус как жертва в этом деле, получает только десять процентов, не больше.
Мне ужасно хотелось снова рассмеяться, но я не осмелилась. Шаманка Ву слишком серьезно относилась к деньгам.