Твой пока дышу (СИ)

– Угу, – мычит, не разжимая губ, таращась на меня во все глаза.
– Думай что хочешь, – повторяю мягче, – только помоги мне его найти.
– Конечно, милая, – старательно вытягивает уголки губ, изображая улыбку. – Конечно. Как скажешь. Моте наберу, сходит к нему, вдруг просто дома спит? А мы тут разводим… всякое.
Хожу вокруг неё кругами, пока звонит.
Хожу после, пока Матвей заглядывает по-соседски.
Выхватываю телефон из её рук, когда он перезванивает.
– Короче, нет его, – сообщает Матвей, – как там Линда?
– Порядок, – отвечаю поспешно и тараторю: – Можешь до нас доехать и…
– Линда, он просто занят, – перебивает уверенным голосом. – Не паникуй. Разрулит что он там разруливает и сразу к тебе. Первым делом к тебе, что хочешь на отсечение дам. Всему есть объяснение, просто поверь, всему!
– Да не обо мне сейчас речь! – рявкаю, не выдерживая, и поворачиваюсь к вернувшейся Лиле: – Присмотришь за Надюшей? Если напряжно, я Веронике Павловне позвоню…
– Чего городишь? – обижается Лиля и бубнит: – Конечно, присмотрю. Как за своей.
– Ключи, – разворачиваюсь обратно к Лене и раскрываю ладонь.
– Сама поведу… – ворчит подруга. Спешно переодеваюсь, хватаю рюкзак, и сразу же выезжаем. – Куда мчим-то?
– К нему, – поясняю, теребя в руках ключи. – Зайдём, убедимся, что его нет.
Вряд ли можно передать всю степень моего отчаяния, когда я не смогла даже вставить свой ключ в замочную скважину. Наполовину входит, а дальше точно что-то мешает. Как будто застряло что-то! По ощущениям, ёж в горле.
– Это точно тот ключ?.. – выражает сомнение Лена, забирая связку из моих поникших рук и придирчиво разглядывая нужный. – Похож на мой… Миша нам всем замки ставил, самые надёжные. Он же фирму свою открыл, завода ему мало как будто… совершенно неугомонный! И так всё у него легко получается, знаешь, прям играючи… в газетах даже писали… предприниматель года…
– Зубы мне не заговаривай, – перебиваю хмуро.
– Ключ тот, – брякает Лена. – Но он не подходит. Сменил личину, чтобы…
– Чтобы я не вошла? – подсказываю охотно, и она понуро опускает голову:
– Выходит, что так. Может, в самом деле дома, просто отсиживается. Боится, что свои же раскатают.
– Раз Миша ставил, Миша и откроет, – режу безапелляционно. – Звони.
– Линда… если он там, ему крышка. Я сама его грохну, клянусь, своими руками придушу, даже ты меня не остановишь.
– Он может и кобель, но уж точно не трус, – выкатываю решающий аргумент и Лена тут же достаёт мобильный, набирая Чекалину и включая громкую связь.
В разговор я не лезу: на лоб лезут мои глаза.
Леночка сбивчиво тараторит, пытаясь уместить в одно предложение все события и все свои эмоции, Миша то радуется, узнав, что я в городе, то негодует над просьбой, пытаясь вставить хоть слово и что-то втолковать, и, судя по звукам, куда-то сильно торопится, пока не обрубает решительно:
– Стойте, где стоите.
– Ничего не понимаю! – злится Лена, убирая мобильный в сумочку. Театрально взмахивает руками, драматично прислоняется спиной к стене, намереваясь сползти вниз, но тут же брезгливо морщится и отлипает, нервно отряхивая несуществующую грязь. – Чёрте что!
– Думаю, он едет сюда, – комментирует появившийся из ниоткуда Матвей. – Иди сюда, истеричка моя, весь дом на уши подняла…
– Ой, да кому тут подниматься! – визгливо возмущается Лена, но к мужу семенит. – Четыре квартиры в подъезде, одна вообще пустует, Сеня в клубе, считай, живёт, Куманов чёрте где… тебе, что ли, помешала?!
– Чш-ш-ш… – только и шелестит Матвей, прижимая к себе и поглаживая по спине.
Улыбаюсь за её спиной. Нашёл подход. Приручил шальную. Самого себя под неё перекроил, но справился. Странно даже, учитывая, что его предложение было больше похоже на стёб, а её согласие – на откровенную провокацию. Но… его печатка с мизинца до сих пор на её большом пальце, а я караулю отца своего ребёнка на лестничной клетке. Странные дела творятся в этом городе.
– Я правильно поняла, что уехал он вчера не один? – обращаюсь к Матвею и он хмуро кивает.
 
– Да, но выводов с этого я бы не делал. Мало ли куда они?
– Да как-то не сильно разница есть… – пытаюсь быть насмешливой, чтобы не быть жалкой.
– Я успел пообщаться с консьержем и восстановил хронологию событий. Кума приехал около одиннадцати. Запросил видео со всех камер на доме, узнал, что его ожидают, поднялся, спустился вместе с Леркой через полчаса, не больше. При этом до того, как выключил сотовый, успел раздать указаний Михе.
– Что ты пытаешься сказать? – Лена отпрянула от него и задрала голову.
– Только то, что сказал, – пожимает плечами Матвей. – Она прождала его часа четыре, судя по записям в журнале. Учитывая смену замков, думаю, прямо в квартире.
– Это говорит лишь о том, что у неё были ключи, – бубнит подруга недовольно.
– Не обязательно, что он сам ей их выдал. Надо быть полным дебилом, чтобы дать доступ в свою хату сразу двум женщинам. Если, конечно, они все не собирались жить одной большой дружной семьёй.
– Она дождалась его, они поговорили, он сменил замки, – подытоживает Лена. – Вышел с ней в обнимку и сменил чёртовы замки! Отключил телефон и занимается с ней чёрте чем!
– Рано делать выводы, – упрямится Матвей.
– Ни одного ещё не сделала! А ты просто прикрываешь потаскуна! Просто, потому что он твой друг!
– Да, друг, – жёстко отражает Матвей. – А ты – жена моя. Замужем за мной, соображаешь? То, что я взял твою фамилию – всего лишь жест. Я на многое готов пойти, но, если ты не завалишь, любовь моя, я заткну тебе рот. Прямо тут. Подсказать чем?
– Хамло… – ненатурально обижается Леночка, просовывая пальчики под его ремень на брюках.
– О, да тут целая вечеринка, – неожиданно появляется с ремаркой Панфилов на пару с Мишей.
– Я первый, – отталкивает его последний, дурачась, и со своей роскошной улыбкой расставляет руки в стороны, принимая меня в объятия.
[1] История в книге «У меня проблема. Ты».
  
Глава 23
 
Не мой пусть, чей угодно пусть, пусть даже с дочкой наигрался уже, пусть из-за меня замки сменил, что угодно. Лишь бы жив был… 
© Линда Силина
– В бар к Грише, – отбиваю в мобильный, зарядившись от Миши энергией и жизненными силами. – Мы выезжаем.
– Линда… – очень тяжело выдыхает Эмир. Очень.
– Я вызвала Веронике Павловне такси, будет у вас через полчаса, Лиле написала, она встретит, – продолжаю чеканить. – Ты – в бар.
– Линда! – прикрикивает моё имя, но меня так просто не проймёшь.
– В бар, – режу коротко.
Отключаюсь, окидываю взглядом кортеж у подъезда.
Три чёрных как мой внутренний мир внедорожника, поблескивающие наполированными боками, и алая как моё глубокое безответное чувство «Ауди» Леночки, явно не осознающей, что она остаётся.
– Мот… – выдыхаю, кивая на неё.
– Домой, – приказывает жене.
– Вот тебе! – подруга формирует фигуру из трёх пальцев, поднося её к его носу.
– Умру, если с тобой что-нибудь случится… – шепчет Матвей проникновенно. Медленно раскладывает фигу и прикладывается губами к тыльной стороне ладони.
– Тронута, – кривляется Лена.
– Блядь, жена! – рявкает, кардинально меняя подход. – Это бар! Бар! Пиво, вонючие мужики, трехэтажный мат и десятки рук, тянущиеся к твоему роскошному ухоженному телу!
– Позвоните, когда будут новости, – пищит Леночка и снимает машину с сигнализации. – Я в салоне. Надюше платье шью…
– Линда! – окликает меня, завороженную чужими страстями, Миша.
Оборачиваюсь и вижу свою машину, которую Кошелев паркует за остальными.
– Клещи?! – громыхает Дима возмущённо, шваркая дверцей. – Клещи, Линда?! Детское кресло на заднем сиденье?! А, блядь, заехать поздороваться?! Ты совсем ахренела?! Совсем?!
– Скучал, что ли? – фыркаю, но уже ему в грудь, обвив руками.