Мастер Трав V (СИ)

Прежде чем выбраться, я аккуратно сорвал с десяток нитей и положил их на берег. Попытаться вырастить их дома всё равно стоило, даже если шансы были невелики. А ещё надо попробовать использовать в варке, чтобы понимать, нужны они мне вообще, или нет.
Выбравшись из воды я отряхнулся, вздохнул от холода и огляделся.
Овраг тянулся вглубь скал, извиваясь и сужаясь. Где-то здесь должен быть источник водной живы — то, что питало родник и заставляло всё вокруг светиться.
  
Грэм снял обувь и погрузил усталые ноги в холодную воду, явно наслаждаясь процессом. Седой пару раз прикоснулся к холодной воде и отпрянул — вот ему она точно не понравилась. Сверху за нами продолжали следить десятки янтарных глаз.
Я двинулся вдоль русла, прислушиваясь к живе. Она была везде: в воде, в камнях и в самом воздухе. Но где именно её источник?
Закрыл глаза и сосредоточился.
Жива текла… откуда-то снизу, глубоко под камнями. Я был уверен, что она тут есть, но… определить точное место не мог.
Ладно, есть у меня один симбионт, который хорошо ищет под землей. Я достал из корзины старшего корнечервя и выпустил в более менее мягкую почву у родника.
ИЩИ. ИСТОЧНИК. ЭНЕРГИИ.
Подкреплял все это образами, и этого хватило.
Корнечервь углубился в землю и начал копать, а я внимательно прислушивался к нашей связи. И довольно скоро понял, что особо тут корнечервю не развернуться: под слоем земли была сплошная скала и корнечервь банально не мог ее прогрызть. Так хуже того — почва была еще и не везде.
Печально.
Я вздохнул и уже хотел его отозвать, но вдруг понял, что корнечервь продолжает рыться, словно что-то учуял в земле. Я ему не приказывал больше, а дал свободу и он продолжил искать, перекапывая землю. И наконец-то он что-то нашел, что-то небольшое.
Через полминуты он вынырнул возле моих ног, держа в пасти… небольшой камешек?
Я осторожно забрал его и присмотрелся. Корнечервь умное существо, оно никогда ничего бесполезного не притаскивало. Если он принес этот камешек — значит, он не простой. Да это не камень, это семя! Я ощупал овальное, с фалангу пальца семя с твердой как камень серой поверхностью. Оно будто в прямом смысле окаменело.
Я намочил его в воде, смыв грязь, и только после этого на нем проступили едва заметные прожилки, теперь никаких сомнений не было. Ладно, несколько применений Анализа у меня сегодня еще есть.
[Анализ объекта: Невозможен
Причина: Объект законсервирован. Жизненные процессы полностью остановлены.
Рекомендация: Требуется пробуждение для восстановления активности и проведения Анализа.]
Я повертел семя в пальцах. С подобным я еще не сталкивался. Мертвые семена — да, их я умел пробуждать. Но это… это было другое. Не мертвое, а именно законсервированное. Словно кто-то специально «нажал на паузу» и остановил время для этого крошечного зародыша.
— Что там? — спросил Грэм и, отряхнув ноги от воды, ступил на твердую поверхность.
— Нашёл кое-что странное. Окаменевшее семя.
Грэм подошел ко мне.
— Покажи.
Я повертел семя в пальцах.
— Никогда такого не видел. — честно сказал он.
А я кивнул. Еще бы.
— А как вообще такое место в лесу могло появиться? — спросил я глядя на каменные стены оврага.
Грэм посерьезнел.
— Старые охотники говорили… — он замолчал, собираясь с мыслями. — Есть мнение, что такие места в лесу образовались вследствие того, что здесь когда-то проходили корни Древа Живы — выходили на поверхность. И когда они исчезли, то остались вот такие места, где они уходили обратно вглубь.
Я посмотрел на Хрустальный Лог новым взглядом: извилистый, длинный овраг между скал, стены, покрытые кристальным лишайником и родник с водной живой.
И правда, если представить, что когда-то здесь пролегал гигантский корень, то всё как будто вставало на свои места, а источник водной живы был каким-то остаточным воздействием живы Древа.
— Думаешь, это возможно?
Грэм пожал плечами.
— Кто знает? Древа огромны. Их корни уходят глубоко и далеко во все стороны. Почему бы одному из них не выйти здесь когда-то?
Я кивнул, а сам вернулся к ледяной нити и вместе с окаменевшим семенем положил ее в корзину. Оставалась вода. Ее проанализировать я тоже хотел, уж она-то тут точно непростая.
[Анализ объекта: Вода из источника водной живы
Свойства: Повышенная чистота. Частицы водной живы. Естественный стабилизатор алхимических реакций.
Применение: Использование в качестве основы для отваров повышает стабильность смеси и улучшает усвоение компонентов. Особенно эффективна при работе с ингредиентами, требующими тонкого температурного баланса.]
Вот как! Я ожидал, что она может быть полезна, но что это идеальная вода для варки — не ожидал.
Я медленно наполнил водой из источника первый бурдюк, потом второй и третий.
Больше бурдюков у нас не было. Придётся вернуться сюда еще раз, если свойства воды подтвердятся на практике.
Ладно, с делами в овраге было закончено, оставались мурлыки. Думаю, запах едкого сока они уже учуяли и теперь ждут. Я подозвал корнечервя, который все это время продолжал поиски, и положил его обратно в корзину.
Подъем дался тяжело, все-таки поднимался я нагруженный водой. Седой выпрыгнул из корзины и важно расселся на камне у края обрыва. Его бывшие сородичи высыпали из нор и расположились на уступах, наблюдая за происходящим десятками янтарных глаз.
Рыжий, — новый вожак, — сидел выше всех, он не шипел, а просто наблюдал и ждал.
Я достал кувшин с едким соком и поставил его на землю.
Мурлыки тут же оживились и радостный писк разнесся по оврагу. Несколько зверьков начали спускаться со своих уступов — иглохвосты лишили их этого угощения.
— Пи-пи-пи!
Неожиданно первым к кувшину подошёл не взрослый мурлык, а молодой — небольшой, с как будто не до конца развитыми крыльями.
Он остановился в нескольких шагах от кувшина и уставился на меня.
Я достал из кармана пустые кристаллы — те, что уже треснули и потеряли большую часть живы. Потом добавил к ним кусочек коры Древа Живы с символами.
Молодой мурлык склонил голову набок, разглядывая мои «товары».
Седой слез с камня и подошел к нему. Они обменялись сериями писков, после чего молодой мурлык развернулся и метнулся обратно к норам. Через минуту он вернулся, сжимая в лапах несколько осколков от кристаллов. Неполноценных, но… мне нужны сейчас все. Он принес осколков с полноготка, но я принял этот товар.
Началась торговля.
Седой снова выступал активным посредником: прыгал между мной и стаей, пищал, размахивал лапками. Рыжий недовольно фыркал, но его подопечные были явно заинтересованы.
Туда-сюда. Писк. Ещё писк. Седой показывает на кристаллы, на сок и громко пищит.
По итогу этой торговли мурлыки притащили кучку треснувших кристаллов — с десяток, разного размера — и горсть осколков. Не идеально, но для варки сойдёт. Мне сейчас количество важнее, чем качество. Я уже знал, что даже если у них и были полные кристаллы живы, они их не спешат отдавать.
Поскольку объектом торговли сегодня были кристаллы, то семян никто не приносил, кроме одного маленького мурлыки. У него не оказалось кристаллов, и он пришел с тем, что было.
Он держал семя в лапках, прижимая к груди, и смотрел на него с такой тоской, что мне стало почти неловко. Но его жажда сока оказалась сильнее, и зверек, переборов себя, положил семя на камень и отступил.
Я взял его в руки и замер, полностью завороженный этой красотой. Тонкие переливы зеленых, серебристых и золотистых полос покрывали поверхность семени, а по структуре оно напоминало грецкий орех — та же форма и те же бороздки, — но цвет… цвет был совершенно неземным.
  
— Дед, знаешь, что это?
Грэм подошёл ближе, прищурился.
— Нет, никогда такого не видел. Выглядит завораживающе….
Я даже не думая применил Анализ и от него в глазах потемнело так, что я качнулся и едва удержался, чтобы не упасть.