Последний оператор (СИ)

В ней могло находиться всё, что угодно, инкубатор для мальков; оранжерея для водорослей; питомник для сверчков, что выращивались в качестве пищи для разумных ящериц (а иногда и для людей), меня интересовал лишь один критерий — комната должна мне подходить.
Один из рептилоидов, (нереидами у меня язык не поворачивался их назвать) нажал лапой на контактную пластину, что находилась справа от белого цвета двери, она тут же отошла в сторону уйдя во внутренний паз.
  
Рептилоид что-то пробулькал, я, естественно, не понял, потом он сообразил, коснулся лапой переговорного устройства, вновь изобразил речь и теперь из скрытого динамика серой коробочки раздалось: — твоё место.
Я оглядел «своё» место. Матрас, столик, стул размерами подходящий скорее для ребёнка, чем для взрослого мужчины, и четыре глухие стены с низким, зеленоватого цвета потолком. Не слишком комфортные условия и не слишком много места, и обстановка скорее соответствовала тюремной одиночной камере, чем комнате для почётного гостя.
— Заходи.
Я сделал шаг вперёд,
— Жди, скоро еда, — прозвучало мне в спину и дверь за мной закрылась.
Я только вздохнул, как-то очень непривычно и грустно всё. Матрас оказался наполнен какой-то жидкостью, но лежать на нём мне показалось комфортно. Ничего в нём не булькало и лежать довольно мягко, подушки, кстати, не оказалось. Сидеть же на низком стуле было проблематично, так как ноги торчали выше головы, а колени на уровне ушей.
Через какое-то время, дверь вновь отъехала, явив мне очередного варана, только женского пола. Это я смог определить по более тонкому сложению и каким-то странным украшениям на шее и голове, хотя может быть я и ошибался. Явных первичных половых признаков у этой особи не наблюдалось, к тому же все рептилоиды скопища нереид носили различное подобие одежды, закрывавшее часть их тела, в том числе и нижнюю часть.
На этой имелись переплетения кожаных ремней, расположенных, по моему мнению, в хаотичном порядке. Женская особь принесла мне поднос с тремя мисками, и поставив их на стол удалилась, сказав только одно слово: — еда.
Уткнувшись взглядом в принесённые миски из пластмассы, я потянул носом, пытаясь понять, что за хлебалово мне принесли, другого названия мне в голову, как-то не пришло. В первой миске оказался суп с «клёцками», в роли клёцек фигурировали некие полусваренные медузы или моллюски, пахли они, скажем так, нейтрально-отвратительно.
Во второй миске лежали водоросли, надеюсь, что съедобные, политые коричневой жидкостью с мускусным запахом, честно говоря, не сильно приятным, ну, а в третьей, в третьей болтыхалась непонятная жидкость желтоватого цвета, наверное, она предлагалась мне вместо чая. На подносе кроме этих мисок лежали две палочки из пластмассы и больше ничего. Хлеба, я так думаю, узнику совести не полагалось, а может быть они его вообще не употребляли и не знали, что это такое, мяса, собственно, тоже.
Я с большим сомнением посмотрел на плавающие в супе клёцки и поморщился. Есть хотелось, но не вот это вот всё, однако выбора у меня нет, у меня вообще ничего нет, всё отобрали и рюкзак, и оружие, и одежду, оставили только тело да мозги при мне, и те без воспоминаний, здесь помню, а здесь уже не помню.
Первым я решил испробовать желтоватый чай. Кружки мне не полагалось и поэтому отпил сразу из миски. Жидкость оказалась действительно, что называется, на десерт, и по вкусу больше всего напоминало витаминизированный напиток. Отпив из миски три глотка, я поставил её на место и взяв палочки, (странно, что мне их вообще дали⁈), начал накручивать на них морскую капусту и другие, неизвестные мне салатные водоросли.
Кстати, я не умел пользоваться палочками, я вообще японскую кухню и все эти суши и прочую дребедень категорически отрицал, и не то, что не любил, а просто не пробовал и не собирался пробовать, но вот пришлось, только мир уже другой, где нет ни японцев, ни американцев, ни суши, ни чизбургеров. О! Вспомнил! И про США вспомнил, и про Японию вспомнил, и про свою родную страну с Китаем, ведь я сам сказал фрагу, что моя страна рядом с Чиной, а и про Чину, то бишь, Китай, я тоже мгновенно вспомнил, хоть до этого даже и не думал об этой стране, и собственно, забыл её. Странные дела творятся со мной, но то ли ещё будет!
А вот палочками я видел, как пользоваться по телевиденью. О! Опять вспомнил⁈ Наклонившись над столиком с мисками, я стал есть сначала капусту, осторожно и неловко наворачивая на палочки, а потом ими же вылавливать «клёцки» и отправлять их себе в рот. На вкус они оказались действительно моллюсками, склизкие и безвкусные, но, наверное, очень питательные, а сам суп пришлось также прихлёбывать, как и витаминный напиток.
Трапеза моя длилась недолго, сама еда отторжения не вызывала, и я надеялся, что за следующие четыре часа и не вызовет, иначе придётся мне бегать до туалета, кстати, а где здесь туалет и где мне удовлетворять свои естественные потребности организма⁈ Никто мне ничего про это пока не сказал, не буду же я под матрас свой ходить? Моветон, однако! Оп, ещё одно интересное слово вспомнил!
Эта стресс на меня влияет или незнакомая обстановка? А может быть сами нереиды так шокировали мой древний мозг, что он сам по себе стал вытаскивать из недр памяти старые воспоминания и всю ту информацию, что в нём пряталась? Может быть, может быть.
Наевшись и напившись, я уселся на диван в полудремотном состоянии, и меня стало потихоньку отпускать напряжение, но не сильно. Опасность ещё не миновала окончательно, я находился в неизвестном месте у неизвестных и непонятных существ, что готовы сделать со мной (при желании) всё, что угодно, да и сделают скорее всего, если это будет им нужно. Никаких иллюзий в отношении себя я не питал, мне достаточно оказалось заглянуть в маленькие чёрные глазки искусственно выведенных человеком существ, чтобы понять весь ход их мыслей.
Может быть, это я такой недоверчивый, конечно, но скорее всего так оно и есть. Нет у них никакого пиетета в обращении со мной, как с представителем расы создавшей их, а если нет, то и отношение ко мне будет исключительно изучающим и потребительским, с целью получить какую-то выгоду. Весь вопрос только в одном, что за выгода?
Эти мысли изрядно утомили меня, а ко мне никто не приходил, ни за подносом, ни просто поговорить, а тут и в туалет захотелось. Наверняка здесь должно иметься место для туалета, они же тоже имеют выделительную систему и вроде, по внешнему виду, чистоплотные. Я встал с матраса и обошёл кругом комнату и внезапно увидел крохотную нишу с решётчатой дыркой в полу. Оно или не оно?
В этот момент дверь в мою комнату отъехала без всякого предупреждения и появилась вновь та же или тот же варан. Он внимательно оглядел крохотную комнату, сделал шаг к столу, подхватил поднос с почти пустыми мисками и обернувшись ко мне, сказал, предварительно нажав на коробочку с переводчиком.
— Правильно там гадить.
— В каком смысле? — не совсем я понял его. — Правильно гадить нужно? Или там, гадить? Или правильно гадить, там?
Варан, не говоря ни слова, опустил обратно поднос и шагнул к нише отодвинув меня своей лапой, затем повернулся ко мне лицом, и резко сев и что-то на себе расстегнув стал испражняться. По комнате тут же поплыл специфический запах, но тотчас заработала вентиляция, втягивая его в себя и запах стал быстро исчезать. Мне стало противно и дурно до отчётливой гадливости, хотелось стукнуть варана по его пустой башке, кем бы он там ни был, самкой, самцом или гермафродитом, но ничего поделать я не мог.
  
Сделав свои дела, варан встал, застегнул обратно свою ременную упряжь и шагнув вперёд, дал мне возможность полюбоваться, как автоматически работает система смыва и утилизации туалетной ниши. Затем он вновь подхватил поднос и собирался выйти, но я его остановил новым вопросом.
— А как помыться?
— Нет, — был мне ответ, — вода здесь, — и коснувшись когтистой лапой в углу стола скрытой пластины, он вызвал фонтанчик воды, что зафонтанировал две секунды сантиметров на пять в высоту после чего исчез. Больше вопросов у меня не нашлось и рептилоид вышел.