"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Мне нужно разрешение на атакующую миссию.
– Сейчас? Это не может подождать? Нам необходимо предстать перед переговорщиками в лучшем свете, – напомнил Иван. – Они и так уже сюсюкали с дикарями – и это с теми, которых мы приручили! Что будет, если они узнают?..
– Они не узнают.
– В джунглях их люди! Не хватало только задеть их…
– Мы их не заденем, – настаивал Эрнстин. – Но миссия необходима. Запасы продовольствия на опасном минимуме. Предыдущая операция обернулась провалом: мы ничего не получили, потеряли и целый отряд, и сборщиков, и великолепного офицера. Переговоры могут привести к любому результату. Продовольствие будет нужно в любом случае. И оно нужно сейчас – пока не наступил рассвет, днем мы не доберемся на дальние территории.
  
– Делай, что считаешь нужным, – сдался Иван. – Мое позволение у тебя есть. Но с одним условием: что бы ты ни делал, сколько бы кровищи ни наляпал по джунглям, переговорщики об этом узнать не должны.
* * *
Постепенно неоновое сияние становилось привычным, глаза приспосабливались к нему, и все вокруг представало таким же ярким, как в солнечный день на Земле. Поэтому Альда без труда заметила существо, наблюдавшее за ними с усеянной плодами ветки.
Существо напоминало крупную, около метра длиной, летучую лисицу. Только у обитателя Нергала тело было более крепким, а передние лапы, объединенные с крыльями, – более крупными и, вероятнее всего, сильными. За телом тянулся длинный гибкий хвост, заканчивавшийся объемной кисточкой. Тело существа покрывал густой серебристо-серый мех, становившийся более длинным и пушистым на голове. Шерсть не росла разве что на морде – вытянутой, покрытой кожистыми складками. Над распахнутой пастью, полной клыков, горели красные глаза, неотрывно наблюдавшие за путешественниками.
Альда достала из поясной сумки миниатюрный компьютер, который им выдали в колонии вместе с респираторами. Там должна была содержаться основная информация, известная поселенцам, в первую очередь – виды животных.
– Это сейкау, – прочитала Альда. – Может, в такого превратишься лучше? Он вполне большой и страшненький, все как ты любишь!
– Мелкая, даже не начинай.
Это, скорее, было продолжение, а не начало. Несмотря на то, что они завершили спор, решение все равно не приживалось. Попытка превратиться в растение при таком малом опыте казалась Альде откровенным самоубийством. Проще было и не думать об этом.
Новые патисуми должны были появиться с рассветом, они пока скрывались где-то под корой и неглубоким слоем земли. А вот уже выросшие найти оказалось несложно. Они, хоть и не светившиеся, заметно отличались от остальных растений Нергала. Казалось, что жизнь избегала их даже ночью, когда они были вроде как безвредны. По крайней мере, Альда не видела рядом с ними ни насекомых, ни зверьков, хотя возле других цветов такого хватало.
На изображениях, которые они видели в колонии, патисуми были огненно-рыжими, цвета бушующего пламени. Но теперь, когда цветы закрылись, осталась видна лишь нижняя сторона лепестков, куда более бледная. Бутоны цветов напоминали огромные, не меньше трех метров в длину, коконы. Эти патисуми уже успели поохотиться, и сквозь сомкнутые лепестки просачивалась прозрачная слизь.
Внутри каждого из таких коконов с легкостью поместился бы даже Триан, не то что Альда, так что размер растений для перевоплощения подходил. Да и внутреннее строение наверняка было сложным – с учетом всех их способностей. Но все же… Есть ли у них хоть что-то общее с порождением Земли?
Триан то ли не понимал этого, то ли не видел смысла в сомнениях после того, как решение было принято. Он выбрал небольшую, неплохо защищенную лианами поляну рядом с дорогой. Там цветок был всего один, но больше и не требовалось. Убедившись, что растение крепкое и целое, легионер начал невозмутимо стягивать форму, она для его будущего тела никак не подходила.
– Ну и что на этой самоубийственной миссии полагается делать мне? – мрачно уточнила Альда. – Хотя бы теперь ты позволишь подстраховывать тебя с самого начала?
– С самого начала не нужно. Диана справлялась сама.
– Ты во всех смыслах не Диана!
– Это да. Мне необходимо стать лучше, если я хочу прожить чуть дольше. Я начну сам, мелкая. Ты постоянно оставайся рядом, следи, чтобы нам ничего не отжевали, пока я буду занят. Я позову тебя, если будет нужно. И желательно тебе на это не смотреть.
Тут Альда даже спорить не собиралась. Однажды она увидела последствия его полного перевоплощения – и ей хватило. Процесс точно был тем зрелищем, без которого она с готовностью провела бы всю оставшуюся жизнь.
Завершив подготовку, Триан направился к растению, Альда же перешла на другую сторону поляны, уселась на мягкую траву, спиной к своему спутнику. Настроиться на Нергал было просто – планета будто добровольно открывалась ей, хвастаясь, как много здесь жизни, как эта жизнь разнообразна.
Но вся эта жизнь к чужакам не лезла, предпочитая заниматься своими делами, так что делать Альде было нечего. Это стало проблемой, когда за ее спиной раздались первые звуки перевоплощения. Нет, Триан не кричал и не стонал, такие, как он, и умирают молча. Но Альда слышала, как хрустят готовые раствориться кости, как растягиваются мышцы и лопается кожа.
Это было бы тяжело воспринять при любом раскладе, а уж при близкой связи с человеком, который проходит через такое, – вдвойне. Альда чувствовала: если эти звуки и дальше продолжат нарастать, кружить над ней, пробуждать в воображении жуткие кровавые образы, она не выдержит. Она ведь могла вмешаться в любой момент – вот только не факт, что это помогло бы.
Ей нужно было отвлечься, а раз внешних раздражителей не нашлось, путь оставался лишь один: медитация. За безопасность Альда не беспокоилась, связь с джунглями она установила и любое приближение новой жизни почувствовала бы. Так что теперь она могла основное внимание сконцентрировать на мире воспоминаний.
Причем не своих воспоминаний. У нее ведь давно была личная цель, телепатка просто думала, что до этого не дойдет раньше возвращения на «Северную корону». Но если время появилось, почему бы нет?
Она снова анализировала воспоминания, в разное время полученные от Триана. Он сам передал их ей и не запрещал использовать, так что обманом это не считалось. И уж точно это был лучший вариант, чем сотрудничество со Стефаном Северином, предлагавшим ей быстрые ответы.
Ключом к правде могли стать лишь два воспоминания. Одним из них был зал с цепями и колоннами, который оказался очень важен для Триана. Раньше Альда и вовсе думала, что это фантазия, собирательный образ, отображение каких-то эмоций. Но благодаря Стефану она узнала, что такой зал действительно существует – хоть в чем-то номер 3 был полезен!
Она искала в этом зале образ существа – и проигрывала. Альда лишь знала, что это не человек, оно постоянно ползало у самого пола. Да и не стали бы человека сковывать таким количеством цепей… Если они действительно были. Проблема чужих воспоминаний в том, что нельзя отличить реальность от вымысла, все образы достаточно четкие и плотные.
Она надеялась на намек. Тень, рисующую силуэт. Отражение в тусклом металле цепей. Но сколько бы сил Альда ни тратила, сколько бы ни бродила по залу, она видела лишь то, что Триан позволил ей увидеть. Он-то знал, что там скрыто. Он просто настолько не хотел это воспринимать, что намеренно отворачивался.
Значит, ставку нужно было делать на второе воспоминание, добытое на Феронии. Операционная, яркий свет в глаза, вокруг – люди в медицинской форме. Врачи Легиона – или не совсем врачи. Лампы над операционным столом все портили: они слепили Триана, который в ту пору еще не умел контролировать собственное зрение, хотя какие-то способности у него определенно были.
  
Эти способности помогли ему не поддаться наркозу и остаться в сознании во время операции. Ну а слепящий свет не позволил ничего увидеть за плотным кольцом врачей. Это было проблемой, Триан хотел увидеть. Он остался в сознании и принял грандиозную боль не для того, чтобы заглянуть в глаза своим мучителям, они вообще не имели для него значения.