"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)
– Оставь этот драматизм, тебе не идет. Ты куда от меня собрался, на тот свет? Не пущу. Я уже привыкла с тобой спать, мне так удобней.
– Эстрид, я…
– Ты – помолчи, – неожиданно мягко улыбнулась она. – Ты все сделал правильно. Остальное оставь мне.
Одной рукой она продолжила поддерживал его за плечи, другую прижала к ране на его животе. Матео почувствовал, как пульсирующая боль наконец отступает, сменяясь приятным теплом, как сведенные судорогой мышцы расслабляются, а ощущение крови во рту исчезает.
Он уже проходил через нечто подобное раньше, когда получал ранения на предыдущих миссиях. Так действовали хилеры – а вот легионеры не могли. По крайней мере, не должны были, однако Эстрид справлялась. Чуть приподнявшись, Матео смог разглядеть, как рана понемногу затягивается.
Но и для него это не прошло даром. На него наваливалась чудовищная усталость, оставленная болью и использованием способностей для уничтожения бомбы. Хотелось уснуть, а он не решался, боялся, что Эстрид может оказаться его сном. Он проснется – а ее больше не будет…
Она словно поняла это. Эстрид, привычно игнорировавшая его, как будто безразличная ко всем на свете, знала, о чем он думает. Она осторожно взяла его за руку, давая понять, что она рядом.
– Теперь все будет хорошо, – пообещала она.
– Ты же не можешь так… Как хилер… Как ты можешь?
– Никак. Я и не могу.
– Но это же… сила хилера, – растерялся Матео.
– Солнце, я прощаю тебе эту глупость только потому, что у тебя и правда внутренности разворочены так, что человек умер бы еще полчаса назад. Слушай и запоминай: у меня нет способностей хилера, у легионеров их не бывает. Ты не получал серьезных ран, так, мелкие порезы. Я успела вовремя, роботы до тебя не добрались.
– Хорошо, я не скажу… никому. Ты можешь мне верить, ты знаешь?
– Знаю, конечно, – кивнула Эстрид. – Иначе тобой бы уже обедали тунгили.
– Ты так спаслась на ферме? С помощью способностей, которых нет?
– С помощью способностей, которых нет, да не тех, – помрачнела номер 5. – Об этом мы тоже говорить не будем. Да и отключишься ты через минуту, я же вижу.
– Ладно, да… – Матео и правда хотел сдаться темноте, но в последний момент вспомнил нечто важное. – Послушай… Когда мы уезжали с фермы… И казалось, что ты мертва… Та девушка, номер 6, действительно за тебя переживала… Но мужчина… Он был спокоен. Он не испугался, даже когда тебя убили у нас на глазах. Он что… он знает про тебя?
– Это был номер 7, – пояснила Эстрид. – И никто во вселенной не представляет, что он знает и откуда. Но и он нас не выдаст, потому что… Это не важно. Не выдаст и все. Я теперь с тобой, только это и имеет значение, правда?
Он не ответил ей, силы все-таки закончились. Последним, что почувствовал Матео перед тем, как провалиться в темноту, было прикосновение ее губ к своим.
* * *Альда поверить не могла, что у них получилось. Не должно было – а получилось! Когда они добрались до корабля, он уже оказался заблокирован и готов к взлету. Просто взломать его было нельзя, это могло привести к каким угодно последствиям, вплоть до взрыва. И если на наемников всем было плевать, то о Лавинии они реально беспокоились.
Поэтому основная нагрузка легла на Альду: ей нужно было вскрыть люк с помощью телекинеза. Она хотела предупредить, что это невозможно, ее способности не настолько развиты, она не справится… Но сказать об этом не получилось. Альда задыхалась от нестерпимого жара, рядом гудели двигатели, она слышала такие близкие крики Одхана – и боялась на него посмотреть… По сравнению с тем, что переносил в этот миг номер 4, ее собственные трудности казались никчемными и не заслуживающими внимания.
На этот раз ее дар не подвел. Может, телекинез устыдился своей бесполезности на фоне чужих жертв, Альда не знала. Но люк поддался – и очень вовремя, корабль рвался вперед, даже два могущественных легионера не могли удержать его. Когда «Хоппер» все-таки стартовал, внутри оказались Альда, Триан и Рафаль Стром.
Телепатка, потрясенная, дрожащая от напряжения, пыталась отдышаться. Легионеры же выглядели так, будто на прогулку пришли – а ведь каждый из них уничтожил не один десяток хищников, прежде чем добраться сюда! Однако Триан и Рафаль не собирались на это отвлекаться, они казались роботами, которых не волнует ничто, кроме миссии. Они уверенно направились вперед, и Альде оставалось лишь следовать за ними.
Первым им попался здоровый наемник – тот самый техник, о котором говорила Джаметта, их тут всего двое осталось. Кейвон Пауль, кажется… Да, он самый: Альда уловила подтверждение этого в его сознании.
Он не ожидал их увидеть, он был потрясен. Но Кейвон работал за деньги, а не за идею, и сражаться с двумя легионерами до собственной смерти он не собирался – мертвым деньги не нужны. Когда до него окончательно дошло, кто сейчас стоит перед ним, он привычным, не раз повторенным движением бухнулся на колени и завел руки за голову, признавая свое поражение.
– Подвох есть? – коротко спросил Триан.
– Никакого, – сказала Альда. – Он вас реально боится, сильно хочет в туалет и очень надеется, что вы его не убьете.
– Капитуляция принята, – кивнул Рафаль. – Это правильное решение.
Номер 1 оторвал от стены полосу металла, скрутил из нее некое подобие наручников и использовал их, чтобы обездвижить Кейвона. Тащить его с собой никто не собирался, куда он мог деться с космического челнока?
Их ожидала цель поважнее: Финтон Рейн. Вот для него как раз это была не работа, это было личное. Он не проводил черту между Легионом и специальным корпусом, всех, кто был ему прежде товарищем по оружию, но сумел сохранить жизнь и здоровье, он считал врагами. Ему было все равно, как их зовут, что там у них за история. Они для него были символами организации, которая его уничтожила, – а значит, виновными.
Все это Альда узнала, потому что он позволил ей узнать. Финтон хотел, чтобы они понимали, из-за чего погибнут – главная радость каждого мстителя. А в том, что им суждено умереть, он почему-то не сомневался, и это настораживало Альду.
– Он подготовил ловушку, – предупредила телепатка.
– Этого следовало ожидать, – заметил Рафаль. – Но вряд ли он готовился к столкновению с высокими номерами Легиона.
– У него было время, чтобы разобраться с этим. Не стоит его недооценивать, он не какой-нибудь дурачок, который космический корабль впервые увидел!
– Ваше мнение принято и учтено, госпожа Мазарин.
Альда сильно сомневалась, что ее мнение было учтено так, как следовало бы, но изменить все равно ничего не могла.
Финтон дожидался их возле панели управления – в большом зале, занимавшем половину челнока. Обычно здесь во время взлета должны были находиться все пассажиры корабля, а теперь был он один. Он замер напротив двери, не двигаясь, и у Альды появился шанс рассмотреть его.
Раньше она не задумывалась, как он выглядит, не до того было. Но ее воображение почему-то рисовало завистливого скрюченного уродца… Теперь уже Альда и сама не знала, почему. Ее разум переносил раздражение поступками Финтона на его внешность, но это было, конечно же, глупо. В зале их встречал не карлик и не иссушенный старец. В прошлом Финтон Рейн был удивительно красивым мужчиной – тонкое лицо, глаза насыщенного синего цвета, великолепная фигура. Да еще и такие способности к телепатии… Человек, которому с детства обещали звездное будущее, это без вариантов. Красоту любят все.
И тем грандиознее была его потеря. До пояса Финтон остался таким же привлекательным, как прежде – из тех, в кого порой влюбляются с первого взгляда. Но ниже талии начинались специальные крепления, обеспечивавшие легкое управление мобильным креслом. Финтон по какой-то причине отказался от протезов, он предпочел кресло с механическими ножками, двигавшееся по принципу паука. Удобная модель для таких планет, как Ферония, устройство теперь превращало мужчину чуть ли не в магическое существо, смесь человека и демона.