"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)
Вспоминать не хотелось. Она чувствовала: ей не понравится, и придется справляться с чем-то очень сложным. Уж лучше не выныривать из пустоты, остаться на пороге небытия, избавить себя от страха и ответственности… Она почти позволила себе это сделать, но упрямый голос продолжал ее звать.
«Лавиния, очнись. Ты нужна нам».
Вот, значит, как… Она поняла, что было не так с этим голосом: он звучал внутри ее головы. Чужой голос в ее мыслях. Ее звали с помощью телепатии, и это было странно, потому что мало кто решился бы так нагло лезть в сознание легионера.
Это удивило и даже разозлило ее настолько, что она заставила себя открыть глаза. Над собой Лавиния увидела близкий потолок космического корабля – какой-то челнок, но не модели «Стрела». Больше похоже на гражданский флот… Кажется, такие называются «Стриж»: взлетают с горизонтальным разгоном, не вертикально, и Легионом не используются.
Она хотела спросить, что случилось, но у нее ничего не вышло. Лицо болело, как и все тело, ей не подчинялись ни челюсть, ни язык.
«Что происходит?» – подумала она. Только это ей и оставалось.
«О, проснулась наконец! – обрадовался голос. – Слушай внимательно… Меня зовут Альда Мазарин, я телепат, работаю в команде с вашим номером 7…»
«Ой!» – невольно выдала Лавиния.
Альда не смутилась: «Да, он часто вызывает такую реакцию. Но сейчас он тебе не угрожает, а хочет помочь. Тебя похитили».
«Кто? Я сама хребет сломаю тому, кто осмелился!»
«Не сломаешь и даже пытаться не будешь. Ты пострадала в результате взрыва».
Она наконец вспомнила. Воспоминания прорвались сквозь ее внутренний протест и накрыли с головой. Ферма, зеленые луга, мертвые, будто окаменевшие животные – десятки, сотни, до самого горизонта… Виндар что-то нашел, кричит, вспыхивает кроваво-красный свет…
«Как Эуфронио? – спросила Лавиния. – И Виндар?»
«Виндар жив и с нами. А Эуфронио погиб… Мне очень жаль».
Боль нарастала, будто от тела распространяясь на душу. Человек, которого она должна была защищать, погиб… Прямо рядом с ней погиб! И не важно, были они с Эуфронио друзьями или нет, есть долг, и он превыше всего. Телепат вообще оказался на этой планете из-за нее, какое право Лавиния имела оставаться в живых после такого?
Отчаяние грозило лишить ее последних сил, но помог голос Альды. Он вернулся, становясь путеводной звездой для сознания легионера.
«Скорбеть о нем можно будет позже, ничего еще не закончилось. Тебя увезли на чужой корабль. Человек, который тебя похитил, собирается покинуть планету».
«Я попытаюсь остановить его, но не уверена, что у меня получится…»
«Не получится, – отрезала Альда. – Поэтому и пытаться не нужно. Пока что ты в безопасности, он уверен, что ты не очнешься. Ты и не должна была очнуться, это я немножко пошаманила. Мне нужно, чтобы ты подошла к ближайшему иллюминатору и посмотрела, где именно находится корабль. После этого вернись на свое место и притворить спящей. Так ты поможешь и нам, и себе».
Лавиния понятия не имела, как эта телепатка нашла ее, как дотянулась до ее сознания, как разбудила в таком состоянии – когда она никак не должна была проснуться. Это все было не важно сейчас. Сил у легионера осталось не так много, Лавиния не была уверена, что от боли не потеряет сознание, поэтому ей нужно было спешить.
Она кое-как поднялась на постели – похоже, она была в лазарете. Сначала удивилась, что ее не привязали, а потом увидела, что стало с ее телом. Травмы, оставленные взрывом, были настолько серьезны, что даже способности легионера пока не справлялись, и Лавиния больше напоминала обгоревший кусок мяса, чем человека.
Об этом тоже нельзя было думать, только не сейчас. Она уже провалила свою основную миссию, когда не спасла Эуфронио и стала заложницей. Она всех подвела. И лучшее, что она могла сделать, – это выполнить поручение Альды.
Номер 10 привыкла быть сильной и ловкой. Но сейчас от той, кем она была раньше, мало что осталось. Каждое движение становилось подвигом, потому что обожженные мышцы трескались, кровоточили, а кожи и вовсе почти не осталось. Лавиния глушила боль, как могла, но полностью отстраниться было невозможно, иначе легионер перестала бы чувствовать собственное тело. Боль – это ничего, не смертельно… Мертвым не больно, а радости в этом нет. Лавиния думала о погибшем телепате, и принять боль становилось легче.
Она не знала, что делала бы, если бы в этой комнате не оказалось иллюминатора. В некоторых моделях бывало и так: лазарет обустраивали во внутреннем помещении, самом защищенном. Тогда Лавинии пришлось бы сдаться: на ногах она удерживалась, лишь прижимаясь к стене, ее трясло от усталости уже после того, как она поднялась с кровати, она не вышла бы в коридор.
Но это не понадобилось: похоже, челнок оказался совсем небольшой, чудо, что здесь вообще поместился отдельный лазарет. Иллюминатор в стене был, Лавиния прижалась к нему, она смотрела только на то, что оставалось снаружи – и не смотрела на свои черные от ожогов руки.
«Я не знаю это место», – испуганно подумала Лавиния. Выдавать свой страх телепатке было унизительно, но по-другому сейчас не получалось.
«Ничего страшного, – заверила Альда. От нее, незримой, шло спокойствие, передававшееся Лавинии, уносившее боль. Какой там номер у этой девочки, интересно?.. Должно быть, тоже из первой десятки. – Просто скажи мне, что ты видишь, этого будет достаточно. Я слишком далеко, чтобы настроиться на твои глаза».
«Я вижу желтые деревья… На них нет листьев, только цветы. Неподалеку какой-то ручей, я вижу отблеск солнца. Правее от деревьев песок, но я не понимаю, что это – просто полоса другой почвы или начало пустыни».
Лавинии казалось, что этого недостаточно, и она почувствовала новый укол отчаяния. Однако Альда была все так же невозмутима – и этим спасала их обеих.
«Мне хватит. Пожалуйста, дождись нас, ничего не делай, мы скоро будем».
«Подожди!» – окликнула ее Лавиния.
«Я с тобой. Ты увидела что-то еще?»
«Не увидела, услышала… Кажется, заработали двигатели! Корабль готовится взлетать, Альда… У вас больше нет времени!»
* * *Бенни не сомневалась, что нападение будет. Тот, кто в состоянии позволить себе такую бомбу, наверняка сумеет и достойно ее защитить. Телекинетика интересовало лишь одно: что или кого он использует. Ну а страха Бенни не чувствовала – хотя понимала, что может погибнуть здесь. Вся ее работа в специальном корпусе была связана с риском такого уровня. Бенни было достаточно того, что теперь она могла сражаться честно, а не ползать по коридорам, истекая кровью. Те моменты ее пугали, честная битва – нет.
Их неведомый противник предпочел роботов. Это было умно. Бенни даже восхитилась бы им, если бы ради своих целей он не погубил столько жизней. Он воспользовался днями, которые прошли между эвакуацией и прилетом легионеров, идеально. Он не только установил вместо генератора бомбу, но и заменил часть оборудования на боевых роботов.
Они все были небольшими, это и позволяло им оставаться незаметными. Ну а все, чего им не хватало из-за размера, они компенсировали количеством. Бенни не бралась даже угадать, что в следующий момент обернется оружием: часть конвейера, один из грузовых ящиков, а может, безобидный дрон-курьер?
Они менялись за пару мгновений, атаковали лазерами, направленными взрывами, даже лезвиями, если заряды у них заканчивались. Бенни было все равно. Способности телекинетика идеально подходили для такого боя, и никакой жалости к машинам она не чувствовала. Бенни давила роботов одного за другим, превращая в горы бесполезного металлолома.
Задача была очень проста: не позволить никому из этих консервных банок на ножках добраться до Матео Сибри. Он сразу сказал, что на уничтожение строго заданных проводов понадобится немало времени. К тому же ему нужна была абсолютная концентрация, потому что, стоило ему прижечь не тот провод, и Ферония обзавелась бы новым кратером, но даже легионеры не смогли бы на него поглядеть.