"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Это все равно не очень хорошие новости, без образцов система бесполезна.
– Эх, учить тебя еще и учить, прежде чем ты из запасного колеса для вездехода человеком станешь… Иди и смотри, как старшие работают.
Одхан покинул лабораторию и направился к этажу, где пытались спасти отравившихся пациентов. Иарлайт невозмутимо следовал за ним. Если пацан чему и научился, так это не реагировать на шуточки легионера, как нежная барышня. Уже неплохо.
  
Все отравившиеся пациенты погибли за несколько дней до эвакуации. Постельное белье, на котором они лежали, было сожжено, это значилось в отчете. Остались только ряды кроватей, лишенных даже матрасов. Неплохой символ для того, что ожидало Феронию, если источник проблем не будет найден.
Легионера интересовали не символы, а действия. Он давно уже заметил, что для изготовления мебели на планете используется крепкая пористая древесина. Сейчас это могло принести неожиданную пользу.
Одхан осмотрел несколько кроватей и наконец нашел то, что искал: зловещие темные пятна, въевшиеся в дерево там, где несчастные пациенты растворялись заживо. Легионер достал из-за пояса нож с широким лезвием и без труда отколол от кровати несколько крупных щепок.
– Кровь впиталась в дерево, – наконец сообразил Иарлайт. Что ж, пацан был хотя бы обучаем, пусть и медленно. – Ты считаешь, что этого будет достаточно для анализа?
– Для здешнего оборудования – нет. Но нам не зря выдали штучки поинтересней, а ты техник, вот и займись. Если чего не хватит, тебя развинтим и доделаем, нам слишком нужна информация. Кто бы ни стоял за случившимся здесь, он расслабил булки, когда утащил из лабы образцы. Теперь наша задача – обеспечить этому огрызку большой сюрприз.
* * *
Огромная теплица была полностью отдана розам – десяткам видов, сотням оттенков. Розы крупными кустами росли у дорожек, они мелким кружевом соцветий стелились у земли, их гибкие стебли по металлическому каркасу купола ползли к потолку. Ароматы отдельных цветов сливались, превращаясь в нежное облако, обволакивающее любого, кто делал шаг на территорию роз.
Обычно Эстрид не позволяла себе открыто наслаждаться красотой. Ей казалось, что это слабость для легионера – показывать, что в глубине души ты по-прежнему человек. Но здесь не от кого было прятаться, она осматривала теплицы в одиночестве. Поэтому Эстрид не спешила, она глубоко вдыхала сладкий аромат, касалась кончиками пальцев атласных лепестков. К розам хотелось прижиматься лицом, улыбаться им, забрать с собой… Когда она была маленькой девочкой, такое место показалось бы ей воплощением мечты.
Но маленькая девочка давно выросла, стала воином и помнила, что мечты не сбываются. Если что-то кажется тебе слишком идеальным, всегда найдется подвох. В царстве роз этот подвох и искать долго не приходилось: здесь убили человека.
Согласно отчету, одна из наемных работниц отправилась за соцветиями ранним утром. Розы ведь выращивались на ферме не просто так, не ради удивительной красоты – хотя и букеты здесь тоже покупали. Но главным назначением этих цветов было изготовление варенья, сиропа и масла. Поэтому каждый день в теплицу приходили десятки рабочих, наполнявших корзины разноцветными бутонами.
В тот день Кео Котильда явилась на работу первой. Строгого графика все равно не было, работникам платили за результат: сколько роз соберешь, такую оплату и получишь. Кео объяснила свой ранний приход тем, что поссорилась с женихом, спать не могла, решила отвлечься. Ей предстояло собирать розы в одиночестве, но это было даже к лучшему – можно было избежать вопросов из-за красных от слез глаз. Управляющий не нашел в таком решении ничего необычного и дал добро.
Время шло, а Кео не возвращалась. Она уже могла бы наполнить корзину, даже если двигалась ползком. Она должна была принести собранные цветы на ферму и отправиться за новой партией, однако девушки нигде не было. Управляющему это не понравилось, он сделал предсказуемые выводы: либо эта дуреха где-то рыдает, либо притащила с собой вино и напилась до потери сознания. Чего только не выкинут юные девицы в придуманном горе! Он отправился искать Кео – а нашел труп.
Эстрид подошла к тому месту, где, согласно отчету, обнаружили тело работницы, и попыталась представить тот ужас, который, должно быть, испытал управляющий. Кео застыла не на земле, а в воздухе. Растения не просто оплели ее, они прошли сквозь нее, проросли в глубину, уничтожили все внутри человеческого тела корнями, стеблями и острыми шипами. У открытых ран и на месте лопнувших глаз цвели прекрасные розы, залитые кровью так, что истинный цвет их лепестков уже невозможно было угадать.
Все это произошло быстро и тихо. В других теплицах тоже были ранние работники, однако никто из них не слышал, как Кео звала на помощь. Получается, не звала? Невозможное случилось слишком быстро, розы, обычно неподвижные, взвились и убили за считаные мгновения. Девушка просто осталась с ними – пойманной бабочкой, жертвой на алтаре.
Позже вскрытие установило, что никакого воздействия со стороны не было. Никто не протыкал Кео насильно, положение стеблей внутри тела показывало, что розы проросли в нее сами. Было ли это невозможно? Безусловно. Но рыдающим от горя родственникам убитой доказывать, что так не могло случиться, не было смысла.
Ни до, ни после этого ничего особенного с розами не происходило. Хотя кто узнает наверняка? После чудовищной гибели Кео другие работники отказались заходить в эту теплицу, а потом и во все остальные.
Эстрид же догадывалась, с чего начать поиск. Она поднесла руку к ближайшему толстому стеблю, сжала с такой силой, что острые шипы без труда пробили кожу. Кровь тонкими ручейками скользнула по цветку вниз, к самой земле. Эстрид ждала.
Ожидание долго не продлилось, гибкие стебли рванулись к ней со всех сторон, как атакующие змеи. Эстрид успела подумать лишь о том, что следовало переодеться в какое-нибудь местное платье. Тогда удалось бы сохранить форму, а теперь непременно порвут.
Растения атаковали быстро и безжалостно. Да и откуда у них жалость, в самом деле? Они почуяли кровь и должны были реагировать. Человека они бы вновь убили за минуту-другую, с Эстрид пришлось повозиться. Они скрутили ее, подняли над землей, распяли в воздухе. Их сдерживала лишь форма, и они искали возможность порвать крепкую ткань. Легионер пока не сопротивлялась, ей нужно было узнать больше.
Форма все-таки выдержала – определенный плюс разработчикам из Легиона. Но и растение отступать не собиралось, оно использовало манжеты и ворот как точки входа. Колючие стебли рванулись туда, все глубже и глубже, рассекая кожу, ввинчиваясь в плоть. Эстрид это не слишком беспокоило, она давно уже отключила восприятие боли и следила лишь за тем, чтобы телу не был нанесен недопустимый ущерб. Почему-то подумалось о том, что она сейчас сама похожа на залитую кровью белую розу. Мысль была почти забавной, жалости к себе Эстрид не знала.
План работал до этого момента, а потом сорвался. В глухой тишине теплицы послышался резкий электрический треск, аромат роз переплелся со свежим и острым запахом озона. Молнии мелькнули в воздухе, однако Эстрид едва успела их заметить, слишком уж тонкими и быстрыми они были, она прежде таких не видела.
Эти молнии были предназначены не для шоу. Они рванулись к хищным стеблям и почти сразу слились с ними, уничтожая розы, сжигая их изнутри. Хищное растение метнулось в сторону, отшвырнуло свою жертву, и Эстрид упала бы, если бы кто-то не подхватил ее на руки. Хотя понятно – кто. Матео.
  
Отвлеченная нападением, она не проверяла, где находится ее напарник. Это ее и не интересовало, она велела ему сидеть на ферме, он не должен был приходить! Однако Матео был здесь, бережно держал ее на руках, а от хищного растения остался только пепел и пара обожженных веток.
Наверно, кого-то другого это умилило бы, а Эстрид лишь разозлило. План ведь работал! Легионер ловко вывернулась из рук своего предполагаемого спасителя и стала напротив него. Раны затянулись, пролившаяся кровь всосалась в кожу. Матео, наверняка прежде не видевший такой безупречной регенерации, уставился на свою спутницу, как на фантом.