"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Пожалуй, это было справедливо – то, что все в команде узнают о происхождении Альды. Их ведь это тоже касалось, так или иначе. Вот только…
– Вы хотите собрать всех, капитан? – уточнила Альда. – И Римильду тоже?
– Я понимаю ваши опасения, Мазарин, и, поверьте, мое решение не спонтанно. Да, я считаю, что Фревилл тоже следует присутствовать при обсуждении.
Альде это не понравилось – потому что ей не нравилась Римильда. Даже не как бывшая любовница Триана, хотя и это было важно. Просто все прекрасно знали, что хилер шпионит на руководство космического флота. Она этого даже не скрывала! Разумно ли говорить ей о таком? Если бы выбор стоял за Альдой, она бы не решилась. Но капитан Лукия умела анализировать ситуацию на несколько шагов вперед, если она решила, что Римильду не стоит исключать из обсуждения, у нее есть причины.
  
Собрание созвала сама Лукия, Альда лишь передала команде ее послание, ничего не поясняя. Телепатка почувствовала, что остальные рады этой встрече. Им полагалось наслаждаться отдыхом, но ни о каком отдыхе сейчас и речи не шло. Над «Северной короной» зависла тревога, незримая, безграничная, она требовала действия, а не вынужденного покоя.
Так что те немногие, кто еще оставался на корабле, в зал общих собраний чуть ли не бегом бежали.
– Что, упыря наконец вернули? – небрежно поинтересовался Киган. – Помытого и в праздничном платье?
Несмотря на всю серьезность ситуации, Альда не смогла сдержать улыбку. Она давно уже заметила, что между легионером и электрокинетиком установилась странная, не многим понятная форма дружбы. В мирное время эти двое находились в постоянной ссоре и слова доброго друг другу не сказали бы. Но Альда не сомневалась, что они уважают друг друга – а за соперника, признанного равным, невольно начинаешь беспокоиться.
Так что теперь, когда Легион забрал Триана без объяснения причин, у Кигана едва получалось делать вид, будто ему плевать.
– Методом исключения предположу, что речь идет о Триане, – равнодушно произнесла капитан. – Нет, он по-прежнему не является частью команды. Я позвала вас не ради него.
– Мы получили задание? – удивилась Римильда. – Уже?
– Нет. Мы собрались здесь, чтобы обсудить Мазарин.
Альда готовилась к этому, знала, что так будет, но, когда дошло до дела, ей все равно стало не по себе. Как будто она не человек даже, а плотоядный уродец, всего лишь притворявшийся частью команды… Она даже не могла сказать, что она не такая. Она ведь вообще теперь знала о себе куда меньше!
Ей оставалось лишь благодарить капитана за то, что та взяла объяснения на себя. Все время, пока Лукия говорила, Альда просидела на своем месте напряженная, смотрела телепатка только на металлическую поверхность стола перед собой.
Не так давно, во время миссии на Адране, она узнала, что и Триан был создан в результате эксперимента – проведенного Легионом и непередаваемо жестокого. Альде оказалось легко принять это, потому что она уже любила, пусть даже не признаваясь себе, что любит. У нее и мысли не промелькнуло, что Триан может оказаться чудовищем. Только вот ждать такого же от команды несколько наивно… Они симпатизируют ей, да, но это не любовь. Окажется ли симпатии достаточно, чтобы не вышвырнуть Альду в иллюминатор прямо сейчас, просто на всякий случай?
Увлеченная своими мыслями, телепатка не сразу заметила, что в зале стало тихо. В себя ее привел голос капитана:
– Мазарин, не желаете присоединиться к нам или вам нужна еще минутка, чтобы провалиться сквозь землю?
– Нельзя провалиться сквозь землю на космическом корабле, – проворчала Альда, но взгляд все же подняла.
Она готовилась к худшему, к ненависти и страху – но не было ни того, ни другого. Лукия наблюдала за ней с неизменным спокойствием всех капитанов. Рале, поймав ее взгляд, ободряюще подмигнул. Киган улыбался. Римильда выглядела удивленной:
– А чего это девочка наша сидит так, будто только что красный карлик откашляла? Что, никогда о бридинг-программах не слышала?
– Она и не должна была слышать о них, Фревилл, – осадила хилера Лукия. – Вы тоже не должны были.
– Упс… Да ладно, все же свои! Ну да, если вам нужна официальная версия, то вот она: никаких бридинг-программ не существует, все в космическом флоте зайчики, порой даже белочки, и все мы – силы Добра. Но если мы будем изображать блаженных идиотов, а не говорить по делу, я, пожалуй, пойду посплю.
– А из-за кого мы вынуждены изображать блаженных идиотов, интересно? – вкрадчиво поинтересовался Киган.
– Ну, некоторым и изображать не нужно, – усмехнулась хилер. – А если вы намекаете на мое маленькое шпионское хобби, то можете не волноваться. Особо впечатлительным могу даже нервы укрепить вручную. А всем остальным напомню: я шпионю за Легионом, не за вами. И только я решаю, что именно сообщить моим нанимателям.
– И мы должны так легко поверить, что ты не побежишь зарабатывать бонус? – не отставал Киган.
Но тут уже вмешалась капитан:
– Отставить, Рэйборн. Если бы я считала, что Фревилл не должно быть здесь, я бы ее не пригласила. Это не частные дела, это вопрос безопасности «Северной короны», а Фревилл пока остается частью команды.
Была и еще одна причина для присутствия Римильды, о которой Лукия не говорила – но которую несложно было угадать. Это остальные могли что-то где-то слышать, не особо вдаваясь в подробности. Римильда многое знала наверняка. Такие программы вряд ли обходились без участия хилеров, так что номеру 2 они были прекрасно известны. Вопрос заключался лишь в том, захочет ли Римильда поделиться знаниями.
Вряд ли она была так уж верна «Северной короне». Но демонстрация верности ей не повредила бы – чтобы потом Римильду допустили к более ценным секретам. Она и сама это понимала, она предпочла не молчать.
– Если что, я вам этого не говорила, – предупредила Римильда.
– Принято, – кивнула Лукия. – Записывающее оборудование на сегодняшней встрече отключено. Я попрошу никого из вас не делиться информацией и не сообщать флоту о том, что она вообще прозвучала. Если вы считаете такой подход неприемлемым, пожалуйста, покиньте собрание.
Как и следовало ожидать, никто не двинулся с места. Альда сомневалась, что даже Стерлинг Витте ушел бы в такой ситуации – хотя он наверняка долго и бурно переживал бы для приличия. Ну а из оставшихся членов экипажа никто не отличался священной любовью к правилам.
– Какие все стали любопытные, – усмехнулась Римильда. – Ладно, давайте по делу. Бридинг-программы существуют очень давно. Их суть понятна и проста: если мужчина очень сильный и женщина очень сильная, их ребенок имеет повышенные шансы стать сильнее собственных родителей. Схематично это представляется так. При этом сильнейшие воины далеко не всегда горят желанием заключить брак вообще и друг с другом в частности. Заставить их невозможно, велик риск получить сапогом по лбу. Так что ребенок появляется без их ведома – на уровне искусственного оплодотворения.
– Тебя послушать, так это очень легко, – нахмурился Рале.
– Это не то что очень, это вообще не легко. Поэтому бридинг не стал общей практикой, а существует в статусе тайного эксперимента. Стандартная мораль и этика подобных игр с природой не допускают. Сами воины согласие на такое редко дают. Поэтому научному отделу приходится идти на ухищрения, добывая необходимый биологический материал на медосмотрах и другими затейливыми способами.
– Это какими же? – заинтересовался Киган.
– Через подосланных проституток, например, которые выносят биоматериал внутри…
– Достаточно, Фревилл, – вмешалась Лукия. – Детали не нужны, продолжайте по сути.
  
– Ну а суть такова: ребенок создается искусственно, потом развивается в теле суррогатной матери, рождается на свет и живет. Все это куда более гуманно, чем то, что, по слухам, проворачивает на своих скотобойнях Легион. У бридинг-программ есть свои преимущества и недостатки. Главный недостаток в отсутствии гарантий: ребенок может унаследовать силу родителей, а может не унаследовать, а может своим детям передать. Это природа, с ней сложно! А преимущество в том, что особого риска тут нет. Даже если эксперимент будет неудачным, на выходе получится обычный человеческий ребенок. Так что если Альда успела представить себя страшным зверем со скрытыми щупальцами, то и очень зря.