"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Двадцать дней бури?! – Стерлинг выглядел так, будто готов был разрыдаться. – Это решительно невозможно! Я уверен, что в инструкциях есть пункт, запрещающий такой риск!
– Нет такого пункта, – невозмутимо подсказал Триан.
Лукия пока не обращала на них внимания, она повернулась к Кигану:
– Рэйборн, оцените угрозу для «Стрелы» и лично Витте, если его это так волнует.
– Начнем с нашего нежного цветочка, пока не завял. Риск для Витте – ноль целых, ноль десятых. Это снежная буря, а не гроза над равниной, где Стерлинг одинокой свечкой воткнут. Молний нет по определению, из гемора – понижение температуры до уровня «Мать моя, ног не чувствую!», дикий ветер и сильный снег. Но поскольку Стерлинг тяжелый, самоочищающийся и ног не чувствовал изначально, ничего ему не будет.
  
– Я смотрю, на этом корабле моральное давление на меня уже стало нормой, – оскорбился киборг.
– Очень зря ноешь, новости-то хорошие! Ты будешь жить нам на радость, даже если тебя швырнуть в сердце бури. Дальше, «Стрела». Ей тоже ничего не будет. Ей ничего не было под дождями Семирамиды, ей ничего не было в воде Левиафана, ей ничего не было, даже когда ее уронили и песком присыпали на Холинсу.
– На Холинсу как раз было, – напомнила Альда.
– Ага, но там она погорела скорее на особенностях атмосферы, которых здесь нет. Да и потом, если мы метим в центральный город колонии, мы, стартуя вот прямо сейчас, успеем обогнать бурю на несколько часов. Так что атмосферу мы пройдем гладко. Самая большая угроза для «Стрелы» на этой планете – рухнуть под лед, вот это будет жо…
– Рэйборн, потрудитесь придерживаться хотя бы норм вежливости, если термины вас так пугают, – осадила его Лукия.
– Ладно, скажу по-другому: нехорошо это будет. Но я планирую посадить «Стрелу» прямо возле города, а там лед ого-го какой, если он много лет здания удерживает. «Стрела» его чуток растопит, но не более того. С этой точки зрения, буря нам даже на руку: температура понизится, добавится новый слой снега и льда, который благополучно удержит корабль на поверхности. Все будут счастливы – кроме Витте, он уже снеговик.
– Да сколько ж можно! – вспылил Стерлинг.
Их перепалку Альда не слушала, она разглядывала фотографии колонии, переданные спутниками. Снимки все равно были не лучшего качества: поверхность казалась плоской, а все постройки – нарисованными на ней черной тушью. И все же теперь можно было узнать о Хионе гораздо больше.
Город здесь по-прежнему был всего один – но какой! От нескольких крупных центральных зданий улицы сложным лабиринтом расползались во все стороны. Образовывали их каменные дома в два-три этажа, строить полноценные высотки при таком климате было бы опасно. Из-за этого в городе, созданном с помощью инновационных технологий, сквозило что-то средневековое, древнее, гармонично вписавшееся в суровые условия Хионы.
Ощущение былых времен добавляла еще и грандиозная каменная стена, окружавшая город по периметру. Она вроде как сдерживала развитие: если у города появлялись новые улицы, стену нужно было перестраивать. Однако колонисты по какой-то причине пошли на это, и причина наверняка была серьезной.
Снимки рассматривала не только Альда, хилер тоже наклонилась вперед, приблизила одну из улиц, изучая каменные особняки с покатыми крышами.
– Откуда у них столько камня? – спросила она. – На общей панораме я видела горы, но они были очень далеко.
– Те горы – не совсем горы, – отметил Рале. – Судя по данным с дронов, это просто ледяные пики, образовавшиеся, очевидно, на месте столкновения крупных плит.
– Мой вопрос это не снимает и даже делает более актуальным: откуда камни?
– В луже наковыряли, – беззаботно пояснил Киган, но под тяжелым взглядом капитана тут же уточнил: – В смысле, научились извлекать горную породу с глубины, из-подо льда. Им нужны были такие технологии сразу, иначе колония не то что не развилась, не сформировалась бы. Но судя по тому, что они и домов себе настроили, и стену, вот, соорудили, технологию они разработали быстро и она оказалась надежной.
– Иначе на такой планете и не прожить, – добавил Рале. – Для полноценной колонии нужны развитые флора и фауна, на поверхности толковых условий для них нет, в воде наверняка скрыто больше. Ну и обилие исследовательских станций намекает, что они не готовы останавливаться на достигнутом.
Станций на Хионе было четыре, они располагались примерно на одинаковом расстоянии от города, просто в разных сторонах. Что любопытно, остатки «Раваны», корабля, который привез колонистов с Земли, находились как раз возле станции. Видимо, там, где прошло приземление, строить город было слишком опасно, и люди нашли место, где лед потолще. Но и отказываться от наследия «Раваны» они не собирались, так что к ней приросла аккуратная станция, ничем не отличающаяся от остальных трех.
На каждой станции было по три здания из камня, а вот все остальные постройки, похоже, хозяйственного назначения, были сделаны из крупных ледяных кубов – даже на снимках несложно было рассмотреть это. Располагались вокруг станций и стены, не такие высокие, как вокруг города, и тоже ледяные.
Чего Альда никак не могла найти, так это дорог.
– Как они там перемещаются? – не выдержала она.
– Да уж нашли способ, раз до сих пор не сгинули, – пожал плечами Киган. – Может, просто едут наугад в нужном направлении, тут же равнины, если найдется подходящий транспорт – можно не париться. Может, дороги все-таки есть, но из-за отблесков снега снять их не получилось, сама же видишь, какое тут качество.
– Это из-за качества мы людей на улицах не видим? – полюбопытствовала Римильда. – Как-то тут пусто!
– Или из-за качества, или просто пока нет никого. По местным меркам снимки были сделаны ранним утром, да еще и при температуре минус тридцать по Цельсию. Я б при таких вводных тоже на пробежку не отправился!
– Они выросли при таких вводных, – напомнил Триан. – А мы теряем время. Снежная буря в обсуждении не участвует, она делом занята. Решайте, капитан: или мы двадцать дней сидим здесь и пережидаем, или отправляемся сейчас, опережаем бурю при посадке и эти двадцать дней пытаемся наладить контакт с колонией. Им все равно больше нечего делать при такой погоде.
Альде эта буря категорически не нравилась даже темным пятном на фото. Телепатке не хотелось и представлять, какой разрушительной мощью обладает двадцатидневный снежный ураган, а уж испытывать это – тем более. Но выбора по-настоящему не было, и Триан, и все остальные прекрасно понимали, что выжидать столько дней на орбите – непозволительная роскошь для команды специального корпуса, особенно при отсутствии прямой угрозы жизни. Так что с собрания они направились прямиком к «Стреле».
Пока они занимали свои места, Альда снова и снова повторяла себе, что это будет мирная миссия. Колония развитая, их туда пригласили, все в порядке. Ну а что условия на Хионе суровые – так это нормально, солдаты специального корпуса обучены выдерживать гораздо больше. Вот только дурное предчувствие уже появилось, покусывало ее маленьким вредным зверьком и отказывалось уходить. Здравый смысл не помогал. Сколько бы Альда ни напоминала себе, что с такого расстояния она не могла установить реальную телепатическую связь с колонией, ей просто мерещится непонятно что, ей все равно казалось, что там, внизу, что-то не так. И лучше бы им не соваться туда…
Но есть приказ, а значит – нужно лететь.
Спешили они не зря: проскочить под самыми клыками бури «Стреле» все-таки удалось. Ощущение во время полета было непривычное: Альде казалось, что буря эта – живое существо, охраняющее Хиону от посторонних, таких вот, как они. Впечатление было настолько реальным, что телепатка в какой-то момент даже сосредоточилась на энергии внимательней, пытаясь понять, возможно ли это.
  
Ошиблась, конечно. Буря живой не была и даже не прятала под своей завесой жизнь. Однако она несла в себе грандиозный заряд энергии, который влиял не только на спутниковую связь, но и на способности Альды.