"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Каким это образом?
– Пожертвовав Киганом, увы.
– Да какого черта? – возмутился Киган.
Он снова попытался вернуть себе контроль, но это ни к чему не привело. Его словно заполняла пустота, неведомая ему прежде, похожая на холодный серый туман. Его разум существовал отдельно от тела, и связи между ними просто не было.
– Не дергайся, только мышцы порвешь, – посоветовал Триан.
  
– Я не понимаю, как она так удерживает меня, что я ничего не чувствую! – Киган раздраженно кивнул на Синдони.
– Так это не она тебя удерживает.
– А кто тогда?
– Как будто так много вариантов? Он, конечно. Он манипулирует тобой так же, как все легионеры манипулируют захваченными живыми организмами. Это не телепатическое удержание, ты попросту заражен его кровью.
Киган хотел возмущаться и дальше, доказывать, что это невозможно, что Триан просто ошибся, но вовремя прикусил язык. Он вспомнил. У Стефана действительно был шанс незаметно заразить его… Сразу после нападения того дерева, когда Киган был весь изранен. Добавить каплю крови в открытые раны было проще простого, все это время она развивалась, распространялась, как вирус, и вот теперь подчинилась своему истинному хозяину.
Бесполезно было говорить Стефану, что так нельзя. Киган даже не был уверен, что легионерам запрещено такое делать – хотя должно быть запрещено! Какая разница? Все уже случилось…
Они со Стефаном не были друзьями, и все равно Киган чувствовал себя так, будто его предали. Номер 3 ведь действительно ему нравился! Такой приятный контраст после самовлюбленного, наглого Триана…
Стефан и сейчас улыбался ему, словно сочувствовал от всей души. Но отпускать не собирался.
– Почему? – только и смог произнести Киган.
– Ничего личного, просто мне нужна была история, которая всем покажется логичной.
– Какая еще история, что ты несешь?
– Давай я тебе лучше расскажу, что здесь случилось? – миролюбиво предложил Стефан. – Всю дорогу мы обсуждали, как освободить заложницу. Когда дошли до этого зала, Триан заявил, что ею, скорее всего, придется пожертвовать. У вас и раньше были ссоры из-за этой девушки, и ты вспылил. Ты напал на него и, конечно же, был убит, потому что никак иначе ваша драка закончиться не могла. По закону Триан не виноват, это была самооборона, я готов это подтвердить. Но он вынужден будет немедленно сдаться под стражу своего капитана до дальнейшего разбирательства.
– А это значит, прекратить исполнение миссии и доверить поиски Альды и Дианы только ему, – холодно добавил Триан.
– Никто в это не поверит!
Но, произнося это, Киган сам понимал, что он не прав. Поверят, если будет надо, и Стефан наверняка предоставит достойные доказательства. По трупу электрокинетика будет видно, что он убит легионером. Триан не сможет это отрицать – его наверняка подвергнут телепатической проверке. А даже если кто-то что-то заподозрит, Легион с большей вероятностью будет выгораживать воина номер 3, чем номер 7.
Единственным способом помешать этому было не начинать драку. Киган на многое готов был пойти ради этого, хоть руки себе переломать, лишь бы не становиться инструментом для чужой войны. Этим он подставлял не только Триана, но и Альду, он никогда бы на такое не пошел…
Но его уже никто ни о чем не спрашивал. Лучшим доказательством этому послужило то, что он направил мощный разряд электричества на стену, пробивая камни и впуская в зал лаву.
– Пора начинать, – объявил Стефан с такой грустью, будто готовился убить родного сына. – Если это хоть что-то значит, мне очень жаль. Но оставить тебя в живых я просто не могу, друг мой.
  
Глава 11
 
Их враг оставался невидимым, и это раздражало. Иарлайт не сомневался в том, что в техническом зале кто-то есть: полупрозрачных полос становилось все больше, они блокировали путь, и уничтожить эту дрянь оказалось очень непросто. Она даже в огне плохо горела, стрелять по ней концентрированными зарядами и вовсе оказалось глупо: пелена самовосстанавливалась.
Телекинез помогал куда лучше, проблема заключалась в том, что Бенни сейчас непросто было использовать свой дар. Лекарство, которое вколол ей Иарлайт, помогало, но все слабее, а новой дозы у него не было. Телекинетик становилась тревожной, она быстро раздражалась, она могла в любой момент снова поддаться иллюзиям.
Наплевав на гордость, Иарлайт уже направил сообщение своей команде. Просить о помощи все равно придется, так уж лучше сделать это раньше! Вот только он не был уверен, что его послание получено. Как и многие планеты с сильной вулканической активностью, Адран глушил и сбивал связь. Но если не верить, что спасение возможно, что тогда остается? Сесть на пол и сдаться? Уж лучше верить.
Так что теперь им нужно было дотянуть до прихода остальных, не поддаваясь невидимой твари. Иарлайту было легче, потому что его кровь постоянно очищали фильтры. Но Бенни требовалось отвлечься, сосредоточить все мысли на чем-то другом, чтобы не дать собственному разуму сдаться.
Киборг пытался объяснить это, но все оказалось бесполезно. Бенни почему-то считала, что он издевается над ней после слабости, которую она проявила раньше. А он и слабостью-то это не считал… Положение становилось опасным, пришлось идти на отчаянные меры.
– Бактерия, – мрачно объявил он.
Бенни наконец отвлеклась от тысячного осмотра зала и удивленно посмотрела на него:
– Чего?
– Я потерял руки и ноги из-за плотоядной бактерии. Тогда же и стал киборгом.
Он терпеть не мог рассказывать об этом, потому что слова призывали в его памяти образы, а образы были ужасны. Да и потом, это была худшая глава его жизни, его главная уязвимость. Естественно, Иарлайт не испытывал восторга, рассказывая об этом кому-то другому. Даже в его команде знали лишь трое: капитан и хилер – по долгу службы, Одхан – потому что Иарлайт захотел рассказать ему, легионера он считал другом.
Киборг знал и то, что эта история вызывает у людей любопытство, заставляет их сосредоточиться на чужом горе. Этого должно быть достаточно, чтобы отвлечь Бенни сейчас, не дать ей поддаться панике, ну а дальше их или спасут, или все закончится.
Иарлайт уселся у стены, так, чтобы спина была закрыта, метаться по залу ему надоело. Немного подумав, Бенни устроилась рядом с ним, близко, но так, чтобы они не касались друг друга.
– Почему ты вдруг рассказываешь мне это? – тихо спросила Бенни.
– Потому что, если я буду рассказывать, ты будешь думать только об этом. Концентрация притупляет действие наркотиков.
– Откуда ты знаешь? Может, мне будет неинтересно!
– Всем всегда интересно, – печально улыбнулся Иарлайт. – Люди любят слушать такие истории и думать: «Как же хорошо, что это случилось не со мной!»
Он родился в семье военных и с детства не сомневался, кем станет в будущем. Дело было не только в семейном наследии, космический флот завораживал Иарлайта. На Земле ему было тесно, хотелось туда, в непонятную темную высоту, к звездам. Природа щедро одарила его и силой, и здоровьем, его с удовольствием взяли в одно из элитных подразделений – боевой корпус.
Человеческий боевой корпус, разумеется. Еще в детстве он сдал тест специального корпуса, который показал полное отсутствие любых аномальных способностей. Иарлайт не был расстроен. Его родители с презрением относились к специальному корпусу, и он перенял это презрение. Ему казалось, что солдаты специального корпуса – это не люди. Похожи на людей, но лишь внешне, а на самом деле… Что-то вроде дрессированных животных. Им позволено жить, только пока они сражаются на стороне людей. К ним относятся, как к равным, исключительно из вежливости. Но никому и в голову не придет считать их равными людям!
  
На его удачу, боевой и специальный корпус редко пересекались, не было нужды – они выполняли одинаковые функции, просто при разном уровне угрозы. Иарлайт был доволен своей работой, он ничего не боялся, он знал, что родные гордятся им. Вскоре он познакомился с девушкой из корпуса боевых пилотов, они начали встречаться. Видеться каждый день не получалось, однако оба были из военных семей и относились к этому спокойно. Иарлайт чувствовал: все идет как надо, так, как было у его отца. Следующим этапом должны были стать создание семьи, дети, повышение, ордена…