"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Дальше она была сама по себе, и времени отвлекаться на обиду не осталось. Альда знала, что это за тоннель. Пусть она и не бывала на Адране раньше, она была знакома с разными схемами устройства космических баз, потому и смогла догадаться, что к чему. Грузовой лифт наверняка связывал операционную со складом и лабораторией. Снизу врачам присылали запрошенные лекарства, а обратно в подвал отправлялись на анализ образцы тканей. Делалось это обычно для того, чтобы обеспечить складу медикаментов дополнительную защиту от кражи и оградить пациентов от потенциально опасных образцов крови, если кто-то оказывался заражен.
  
Естественно, лифт отключили, для аварийной точки приземления, в которую превратился Адран, он был бесполезен. Но это не означало, что кабина не осталась где-то в тоннеле, и Альде не хотелось бы на огромной скорости влететь в сплошную плиту крепкого металла. Не важно, солдат она или нет, расшибется в неопознаваемое пятно, как самое обычное насекомое! Так что она усилием воли отстранилась от страха, возмущения и непонимания Триана – как будто Триана хоть раз легко было понять! Вместо этого Альда всю энергию сосредоточила на управлении телекинезом.
А телекинез, видимо, решил, что достаточно выпендривался сегодня, дневная норма выполнена. Теперь дар подчинялся ей, как идеально выдрессированный пес. Альда без особого труда замедлила падение, защитила себя силовым полем от возможных острых осколков, а потом плавно и грациозно выскользнула из тоннеля в темноту какого-то зала. Следом за ней ворвалось облако прогретого воздуха, но не открытое пламя, а значит, пожар наверху удалось потушить. Это не означало, что она сможет вернуться тем же путем: карабкаться вверх слишком трудно, телекинез же не поднимет ее достаточно быстро, чтобы избежать всех угроз замкнутого пространства.
Так что придется искать другой маршрут, и с этим можно было не спешить. Да, сейчас Альда чувствовала себя особенно уязвимой, она никогда еще не оставалась так далеко от своей команды совсем одна. Но ведь она прибыла на эту планету не для того, чтобы с горки кататься! Ей нужно было найти людей, и они вполне могли оказаться здесь.
На нижних уровнях тоже работало освещение, запущенное Киганом, тут лампочки почему-то оказались зеленоватыми. Но для глаз солдата специального корпуса такого света было больше чем достаточно, Альда быстро адаптировалась к новому окружению и огляделась по сторонам.
Похоже, она оказалась в каком-то распределительном зале. Сюда выходили тоннели нескольких лифтов, под ними располагались металлические столы, чуть поодаль были грудой свалены в прошлом мобильные платформы. Видимо, здесь посылки сверху сортировали и отправляли, куда надо. От распределительного зала тянулось несколько коридоров, которые Альде казались совершенно одинаковыми. Никаких указателей не было, потому что не предполагалось, что здесь будут посторонние.
Если бы она была простым человеком или солдатом с другими способностями, ей пришлось бы двигаться наугад. Однако Альда оставалась телепатом, и эта способность подчинялась ей куда лучше, чем телекинез. Оправившись после падения, она принялась за дело.
Команда «Северной короны» оказалась удручающе далеко. Так далеко, что и не дотянуться до их сознания, Альда лишь чувствовала, что там все живы – смерть одного из своих она и на другом конце планеты не упустила бы! Они о себе позаботятся, о них можно не волноваться.
Для нее куда важнее сейчас были другие источники разума – много, очень близко. Похоже, именно она, спасаясь от смерти, наконец нашла выживших. Но далеко же они забились! На самое дно станции… Почему? Неужели они не соображали, что их могут тут и не найти? Если бы за ними послали обычную спасательную команду, на борту вполне могло не оказаться телепата. Спасатели осмотрели бы точки сбора – и улетели бы, все, финал! Догадаться об этом было не так уж сложно, а люди все равно бежали, пока бежать стало некуда.
Хотя кое-какие предположения у Альды все же были. На средних уровнях она по-прежнему улавливала вспышки незнакомого разума, определенно не принадлежащего людям. Это сайсов она упустила, потому что и не могла почувствовать. Чудовища к ней бы не подкрались… Альда понимала, что космический флот очень не любит термин «чудовища», настолько, что и термином-то не признает. Однако пока она не знала, с чем имеет дело, она собиралась называть их именно так.
И вот эти чудовища, похоже, загнали людей сюда. Потом отступили, но недалеко, затаились, теперь ждут, когда добыча выйдет сама. Добыча же знает, что дела ее плохи, но не представляет, как выкрутиться. Альда чувствовала, что люди сильно напуганы, некоторые ранены и мучаются от боли, некоторые злятся. На фоне их несчастья ее собственные проблемы меркли и исчезали, ей проще было сосредоточиться на своей работе, чем думать о том, кто ее мог бы спасти, но не спас.
Она направилась к залу, в котором укрывались люди, медленно, не таясь. Она не сомневалась, что какое-то оружие у них есть – соседство чудовищ на это вдохновляет. И Альде очень не хотелось, чтобы в нее пальнули бронебойной пулей через дверь.
– Есть здесь кто? – громко спросила она. Признаваться в том, что она – телепатка, Альда не собиралась до последнего. – Я из спасательной команды, мы пришли помочь вам! Вы здесь?
Прятаться от нее они не стали. Видимо, выжившие к этому моменту сообразили, что опасные для них твари на речь не способны, а способны преимущественно на вой, рычание и хруст чужими костями. Если же с ними кто-то заговорил на знакомом языке, это как минимум дает повод не убивать без лишних вопросов.
Металлическая дверь, к которой и без того приближалась Альда, открылась, и в коридор выглянул немолодой мужчина, седой, лысеющий, с одутловатым лицом. Внешне он был похож на одного из тех кругленьких механиков, которые на станциях общего пользования заправляют корабли. Но в этом мужчине было нечто иное, особенно – осанка, выражение лица, умение держать в руках оружие, теперь направленное на Альду. Телепатка почти не сомневалась, что перед ней бывший военный, и быстрая проверка его мыслей лишь подтвердила это.
Да, военный. Непримечательный, всю карьеру прослужил в низких чинах, ничего особенного не добился, просто переждал свою жизнь. Ушел на пенсию вовремя, потому что никому не был нужен. В награду получил премию, персональный коммуникатор с алмазной гравировкой и обиду на весь мир. Зато здесь, после падения «Близкого горизонта», сразу же распознал второй шанс на славу. Объявил себя главным и был на эту роль принят, потому что больше она никому даром не была нужна.
– Вы еще кто? – настороженно поинтересовался он.
– А кем я могу быть, кроме спасателя? – удивилась Альда. – Ружье уберите, пожалуйста. Я не очень комфортно себя чувствую, когда кто-то рассматривает уничтожение моей грудной клетки как годный вариант.
– Спасатели по одному не прибывают!
– А я здесь и не одна, просто я случайно оказалась вдали от команды, когда на нас напали. Опять же, кем еще я могу быть?
– Чистильщиком! – объявил вояка.
– Серьезно? Я? Стоп, не с того начала… Какой нафиг чистильщик?!
– «Близкий горизонт» был полон людей, которые для правительства не важны. Компании, владеющей судном, проще было избавиться от нас, чем платить страховку!
Ясно с ним все. Поддался напасти, которая терзает многих бывших военных, особенно в старости – паранойе. Начинает искать врагов и заговоры, потому что даже это приятней, чем признать собственную незначительность.
Вот только смеяться над этим Альде не хотелось, потому что на нее по-прежнему было направлено оружие.
  
– У меня для вас две новости: хорошая и плохая, – сказала она. – Плохая: страховка вам не положена в любом случае. Потому что, когда вы покупаете билет за «спасибо» и три каштана, можно догадаться, что страховка в стоимость не входит. А вот хорошая: компания не скрыла бы от флота падение огромного пассажирского корабля, так что я действительно из спасателей.
Чувствовалось, что военному хочется спорить, он уже настроился на это. Но дверь наконец открылась шире, и рядом со стариком появилась женщина, молодая, очень красивая и очевидно беременная. Будущей матери сохранение ребенка было куда важнее, чем чья-то мания преследования, поэтому она уверенно отвела ружье в сторону.