"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

«Речь идет о жизни легионера, Мазарин!»
«Я знаю. Его Габриэль зовут, вообще-то».
Лукия смерила ее долгим взглядом, и невозможно было догадаться, о чем она думает. Наконец капитан сказала:
– Доверимся Мазарин. Ничего не нужно делать.
– Да что здесь вообще такое происходит? – возмутился Стерлинг. На самом-то деле ситуация касалась его куда меньше, чем остальных. Но он не был бы собой, если бы безропотно промолчал в нужный момент. – Она не впервые проявляет опасное своеволие! Это лекарство – ценный дар колонии, они будут оскорблены, если мы его не используем!
  
– Используйте на себе, Витте, – пожала плечами Лукия. – Это хороший комплекс витаминов. Но в таком случае решение о судьбе колонии я тоже оставлю за вами – как за сотрудником флота, принявшим взятку.
– Но, капитан, я же не то имел в виду…
– Ты как? – шепнул Киган на ухо Альде.
Он держал ее крепко, прижимая к себе, как величайшее из сокровищ. Раньше это было бы если не счастьем, то точно поводом забыть обо всем хоть на время… Но не теперь. Правильно говорят, что всему свой черед. И от того, что рядом с ней Киган, она испытывала точно такие же чувства, как испытывала бы рядом с одним из солдат колонии. По-настоящему важно было только одно: был ли хоть какой-то толк от ее вылазки.
Что, если Триан обманул ее? Что, если он, отослав ее прочь, даже не пытался спастись? А если и пытался, у него могло не получиться. Даже у совершенного организма легионеров должна быть точка невозврата!
Это угнетало, однако поддаться отчаянию Альда не успела: она услышала пораженный голос Ноэль:
– Посмотрите, что-то меняется!
Вывод нехитрый, но верный. Дыхание Триана участилось, монитор рядом с его кроватью отображал, что изменились показатели температуры и пульса. Возобновилось кровотечение – так Альде показалось вначале. Но, присмотревшись внимательней, она обнаружила, что из ран льется не кровь, а черная жидкость.
Яд водорослей? Нет, вряд ли, с этим его тело давно справилось. Похоже, вот так Триан избавлялся от крови червей, вызвавшей неконтролируемую мутацию.
Когда поток иссяк, раны наконец-то начали затягиваться. Причем происходило это куда быстрее, чем Альда считала возможным. Она-то думала, что в своем нынешнем состоянии он уже не восстановится… Но ей сложно было сказать, как быстро набирают энергию легионеры.
Ну а дальше Триан шокировал их еще больше. Когда раны исчезли, и его кожа снова стала безупречно здоровой, он открыл глаза и уверенно сел на кровати.
– К чему это общее собрание? – удивленно поднял брови он. – И связано ли это с тем фактом, что я голый лежу? Так много желающих насладиться видами?
– Да за такое доплачивать должны! – хмыкнул Киган.
– В «Стреле» есть запасная форма, универсальная, я принесу, – рассеянно предложил Рале.
– Как вы себя чувствуете, Триан? – осведомилась Лукия. Она владела собой лучше других и была единственной, кто не пялился на Триана, как на призрака.
– Врать не буду, капитан: так, будто меня пережевали и выплюнули, – усмехнулся он. – Но не переварили – и на том спасибо!
– Вы исцелили раны? Можете вернуться в строй?
– Раны устранены, но на восстановление сил хотя бы до необходимого боевого минимума мне нужно часа два-три.
Альде не хотелось просто так слушать это. Хотелось стать на ноги, подойти к Триану, обнять его. Показать ему, что слова, сказанные в сломанном мире, имеют значение и в мире настоящем! Он не зря послушался ее и вернулся…
Но она не могла. Дело было не только в том, что самостоятельно она сейчас была способна только свалиться. Альда не была уверена, что рискнула бы обниматься с ним вот так, при всех, – и что он не оттолкнул бы ее.
– Принято, Триан, – кивнула Лукия. – Оставайтесь в лазарете до полного восстановления. Это касается и вас, Мазарин. Хорошая работа. Толедо, наблюдайте за ними обоими.
– Да, капитан.
– Мы все еще не двигаемся, – заметил Триан. – Я чувствую это. Корабль стоит на месте. Наши новые хвостатые друзья еще не пытались вернуться?
– Нет, ты их здорово отделал, – напомнил Рале.
– Не похожи они на тех, кто так уж сильно переживает за судьбу ближнего своего. Отожрутся, отоспятся и приползут.
– Очень похоже на твой нынешний график, – указал Киган.
Легионер не был задет:
– Это да, но разница в том, что мне не хочется встречаться с ними куда больше, чем им со мной. Это возвращает нас к работе двигателей.
Пререкался Киган с улыбкой – которая теперь померкла.
– А никакой работы пока не предвидится… Я еще не закончил осмотр, меня отвлекли. Сейчас посмотрю еще.
– Но? Когда ты говоришь таким тоном, всегда вылезает какая-то чертовщина.
– Чертовщина в том, что мы не просто не плывем. Мы, возможно, скоро утонем.
  
Глава 9
 
Киган так до конца и не определился, как ему реагировать на случившееся. По идее, ему полагалось радоваться чудесному спасению легионера, а радости он не чувствовал. Но и смерти Триану он не желал. Идеально было бы, если бы этот хорек не помер, а просто исчез куда подальше и никогда не показывался на «Северной короне»!
Себя обманывать Киган не любил и признавал, что дело вообще не в Триане. Дело в Альде. Он видел, как она смотрела на умирающего легионера, как отчаянно пыталась спасти его, в каком ужасе была до того, как стало ясно, что у нее получилось… Почему? Ведь легионер – это уж точно не человек! Он даже не близок к человеку, просто похож. Почему Альда позволила себе так обмануться?
Естественно, Киган думал о том, что было бы, если бы в команду не добавили легионера. Сто раз уже думал! Альда не знала бы о нем всю правду, он не наболтал бы глупостей сгоряча, все могло получиться! Потому что они оба – люди, пусть и с особыми способностями, они – один вид, у них все может быть нормально.
Вот только объяснять это Альде бесполезно. По крайней мере, сейчас. Она отказывалась покидать легионера, словно боялась, что в ее отсутствие смерть передумает и придет за ним. Ну разве не дурочка? Триан ни разу не поблагодарил ее, он даже посмеивался над ее заботой! А она словно и не замечала этого. Она настояла, чтобы в его палату принесли дополнительную кровать для нее, и только тогда заснула.
Киган просто не мог этого выносить. Он знал только один надежный способ отстраниться от всего: погрузиться с головой в работу. Поэтому он вернулся в технический отдел.
Теперь, когда на корабле знали, что у команды «Северной короны» есть особые таланты, стало проще. Киган мог попросить Рале поднять двигатель в воздух, а мог пропустить через провода заряд электричества, чтобы определить, в чем проблема. Это способствовало диагностике – но не починке. Киган все больше убеждался, что верным оказался самый мрачный из выводов.
Механики теперь относились к нему иначе. Они восхищались им – но и побаивались. Если раньше они без сомнений общались с ним, шутили даже, то теперь старались по возможности держаться подальше. Они не бегали от него, но Киган безо всякой телепатии понимал, что ради каждого слова им отныне требуется серьезное усилие воли. В целом, это его не волновало, он все равно был сосредоточен на двигателях, однако сейчас ему требовалось мнение со стороны.
Среди всех механиков он выбрал того, который когда-то показывал ему этот отсек. Он знал имя – Энден. Это уже было неплохо.
– Подачу энергии восстановить не удалось? – спросил Киган.
– Только на сам корабль, да и то у нас ее стало меньше… Отпала та, которую мы получали от движения.
– Это понятно. Что с запчастями?
– Все, что есть, вон там, – Энден указал на площадку в центре зала, где был разложен весьма скромный набор деталей.
  
– М-да… А новые изготовить – никак?
– В принципе, простые детали мы сделать можем, – кивнул механик. – Но не быстро.
– Почему?
– Для этого нужны рудные водоросли, а их нет. Рудные водоросли добывают меры, но они сейчас… сильно побитые.