Создатель злодейки. Том 1

Изящный стиль письма был прекрасен сам по себе, но главным – главным! – достоинством его книг была харизма мужских персонажей. Они заставляли мое заледеневшее сердце биться вновь. Этот божественный писатель напомнил мне о том, что идеальные парни существуют только в книгах.
– Похитить его, что ли? – пробормотала я мрачно, сверкнув глазами.
Запереть, кормить трижды в день блюдами придворного шефа, и пусть пишет, пишет без конца…
  
В прошлой жизни это было бы немыслимо, но теперь все иначе.
Я все-таки дочь герцога Мертензия. Да, похищение – это преступление, но уж раскрыть истинную личность загадочного автора мне было бы проще простого.
Хм…
С этой дерзкой мечтой в сердце я взглянула в окно. Небо медленно темнело. На миг мне даже почудилось, что мои опасные мысли выплеснулись в реальность. Я замерла и уставилась вверх: солнце медленно утопало в черной как смоль тьме.
«Ах, верно. Сегодня же должно было быть полное затмение».
Неудивительно, что сын герцога вернулся так рано: в день затмения имперские законы строго запрещали находиться на улицах.
Какое-то время я неподвижно наблюдала за небесным зрелищем, а потом спохватилась и зажмурилась. Черт! Я слышала, что если смотреть прямо на солнечное затмение, то можно ослепнуть!
Я отвела взгляд и вспомнила заметку в сегодняшней газете, которую прочитала утром.
В мире романа «Леди Лилия» солнечное затмение называлось «Палингея». Полагаю, в старшей школе я считала, что название «Полное солнечное затмение» звучит довольно скучно, поэтому придумала свое.
В любом случае подобное явление неизменно считалось зловещим знамением во всех мирах, и мир этого романа не был исключением.
Империя Лете, где происходило действие романа, уже целый век была сильнейшей державой на Земле, однажды расширившей границы непрестанными завоеваниями.
Теперь же в великой империи, также известной как «Страна яркого солнца», царит мир и процветание. И говорят, здесь никогда не наступает ночь.
Именно поэтому жители так боялись Палингею – затмение, застилающее символ императора, солнце.
Оно напоминало людям, что есть силы, неподвластные человеческой воле.
Но главная причина страха крылась в том, что ровно пятьсот лет назад, в день затмения, произошло «то самое событие».
Целое королевство исчезло за одну ночь из-за величайшего злого колдуна по имени Киллиан.
Где есть свет, там есть и тьма. В романе было два вида магии: светлая сила, имеющая божественное происхождение, и темное колдовство, демоническая энергия, заимствованная у злых духов.
Разумеется, использование колдовства было под запретом. Даже безобидный интерес к чарам считался смертным грехом, а после катастрофы пятисотлетней давности стал караться немедленной казнью.
При написании романа мне нужен был повод, чтобы казнить Айлу и уничтожить довольно влиятельный герцогский род. Тогда это казалось удобным сюжетным приемом.
«На деле это всего лишь определенный порядок космических тел – момент, когда тень Луны заслоняет Солнце. Но все упорно придают этому значение. Да, я сама это написала, и все же…»
Газета так яростно твердила о дурном предзнаменовании, что я невольно поежилась.
Мир погрузился во тьму. Я глядела в абсолютно черное небо и чувствовала, как холодный страх ползет по коже.
«Что это?.. Почему мне так тревожно?»
Минуточку.
У меня возникла неясная ассоциация. Я склонила голову набок.
«Солнечное затмение… У него была важная роль в романе?»
Я ломала голову, пытаясь вспомнить сюжет, но не могла найти в памяти ни одной детали, относящейся к этому событию. Я писала эту книгу десять лет назад, поэтому даже имена главных героев, ключевые места действия и общий сюжет помню очень смутно – что уж говорить о мелких деталях?
«Это совсем неважно».
Все равно я намерена выжать из этой жизни все до последней капли и провести ее в свое удовольствие. Я не собираюсь иметь ничего общего со злодейкой Айлой! Ни за что!
Злодейка уходит в сторону, поэтому главные герои разберутся между собой без конфликтов, ссор и споров, как им заблагорассудится.
И все же липкое беспокойство не отпускало. Я так и сидела, уставившись в темное небо, пока оно наконец не начало светлеть.
* * *
Утро встретило меня солнцем, пробивающимся сквозь занавески.
«Хороший денек».
Все мои тревоги были напрасны, поэтому стоило себя утешить. Сегодняшний выбор – клубничный торт.
– Ах да, книга же придет с минуты на минуту! Лимитированное издание Линте! Принесите ее, пожалуйста, прямо в комнату!
Я проснулась в предвкушении, словно ребенок накануне Рождества, ожидающий подарков.
Специальное издание, тираж всего пятьдесят экземпляров по всему миру! Книга находится внутри музыкальной шкатулки, поэтому каждый раз, когда вы ее достаете, льется нежная мелодия.
Обычным людям книгу было не найти, но для меня преград не существовало. Я написала напрямую в издательство и получила согласие без малейшего промедления.
«Да, недаром говорят: богатый фанат – успешный фанат».
Когда-то я знала, что значит мучиться от невозможности купить заветное издание. Теперь же все былые обиды смывал поток монет. Я ждала с улыбкой победителя, надеясь, что книга благополучно окажется в моих руках. Разумеется, я заказала три экземпляра: для чтения, для коллекции и в подарок. Только потом я осознала, что друзей у меня нет. Ах…
– В-вы имеете в виду роман, который вы заказали? Он будет доставлен завтра утром.
– Что?!
Горничная посмотрела на меня с удивлением.
– Как завтра? Ты ведь говорила совершенно другое. Мы столкнулись с тобой вчера в коридоре, и ты сказала, что книгу доставят завтра утром, то есть сегодня.
– Я?.. Н-но я никогда такого не говорила.
Проклятье. Еще вчера она уверяла меня в обратном, а сегодня вдруг притворяется, что ничего не знает, и отказывается от своих слов. Ни извинений, ни попытки оправдаться.
«Это что же, они не боятся Айлу, а издеваются над ней? Новый вид травли?»
Взгляд у служанки был кроткий, но в ее молчании ощущалось нечто странное. Будучи чрезмерно застенчивой, я едва могла заставить себя заговорить и просто нервно перебирала пальцами.
Тогда довольно взволнованная горничная протянула мне сегодняшнюю газету. Это была «Имперская газета», самая читаемая в Империи Лете. Она сделала это, чтобы я просто замолчала и пошла ее читать, как делаю каждое утро? Какие здесь, оказывается, дерзкие горничные.
Я взглянула на первую страницу, погруженная в собственные мысли. Заголовок гласил: «День Палингеи».
Что за чушь?
«Я еще не до конца проснулась или что?»
Я протерла глаза и посмотрела вновь.
Но сколько бы раз я ни смотрела, там по-прежнему было написано, что сегодня тринадцатое число, День Палингеи.
Но ведь затмение было вчера.
– Это вчерашний номер?
– Чт-что вы… Нет, сегодняшнее издание. Сегодня 13-е, День Палингеи, – пробормотала горничная дрожащим голоском.
Я посмотрела на нее в упор. Я хотела понять, почему она продолжает играть со мной, но едва она почувствовала мой пристальный взгляд, как затаила дыхание и закрыла глаза.
– Г-госпожа… я с-сделала что-то не так?
– Ты же врешь.
– Н-нет, госпожа! Я вам не вру! – сказала она, тяжело дыша, словно пытаясь подавить страх.
В глазах ее читалось отчаяние. Если это актерская игра, то ей самое место в театре.
Что бы я ни думала, мне все же казалось маловероятным, что горничная может дразнить меня, подшучивать надо мной или вести себя так безрассудно.
«Выходит…»
Не может быть.
«Я вернулась на день… в прошлое?»
  
Вчера – это сегодня, а сегодня – это вчера? Я просто не могла в это поверить и потому стояла в ступоре.
– Значит… лимитированное издание Линте…
– Да-да, прибудет завтра утром! Мне так сказали!
«Как это возможно?»
Я без сил опустилась на кровать и расхохоталась.