Господин штабс- капитан (СИ)

Немцы в полной мере оценив появившуюся для них угрозу и принялись лихорадочно строить линию обороны под Фленсбургом.
Фленсбург, город в Германии расположенный прямо на немецко-датской границе на перешейке отделяющем Данию от Германии.
Учитывая, что перешеек тут относительно небольшой, всего где-то километров 60, то нагнав местных жителей и солдат, буквально за неделю, работая днём и ночью, немцы перекопали весь перешеек, построив хорошую полевую оборону в пять линий. Конев тоже не спешил, он не хотел понапрасну терять своих бойцов, а потому немцы и успели построить свою оборону. За месяц боёв Конев как раз подошел к немецкой линии обороны, вот только теперь у него были не только Т-34, но и КВ, а также тяжёлые штурмовые самоходки СУ-152. Правда и противник не спал, сюда были переброшены большие силы, в том числе и танки с тяжёлой артиллерией. Также за несколько недель немцы умудрились построить полсотни артиллерийских дотов, хотя самых простых, одноэтажных и с одним помещением, но всё же против полевой артиллерии и обычных танков они были очень неприятным противником. Вот тут Коневу в самый раз и пригодились штурмовые самоходки, СУ-152, пользуясь своей толстой лобовой бронёй, выезжали на дистанцию прямого выстрела, после чего тяжёлыми фугасными снарядами били по амбразурам. Несмотря на все свои усилия, немцы не смогли продержаться долго, в итоге их линия обороны была прорвана.
У меня в это время были свои проблемы, освободив Украину, мои части вошли на территорию Польши и вот тут возникли проблемы, и имя им были — поляки. Надо ли говорить о любви поляков к нам, за то, что мы не давали им пановать, не хотели становиться их рабами, а кроме того из-за их собственного гонора ещё и разделили в итоге Польшу, то любви к нам они вовсе не испытывали. И плевать им было, что и они и русские, славяне, вот и получалось, что вроде как мы освобождаем их страну от немцев, а считай половина населения абсолютно не видит между нами и немцами разницы. Так бы и бог с ними, но ведь боевики Армии Крайовой воевали как с немцами, так и с нами. Вот и приходилось держать нам ухо востро, мало было нам украинских националистов, так теперь считай ещё и польские добавились. Весь польский корпус, что был сформирован из пленных поляков дали моей армии, я хоть считай и сам поляк, вернее мой донор, но получив полный доступ к его памяти, я понял, что и сам Святослав Разумовский не любил поляков за их чванство и кичливость. Правда тут был и плюс, местное население, когда узнавало, что среди русских есть и польские части, начинало лучше относится и к нам. Я кстати поляков у себя не притеснял, да и они, узнав, что командующий фронтом и сам этнический поляк, как-то более покладисто относились к моему командованию. Всем польским частям в усиление были приданы танки и тяжёлая артиллерия, так что они в случае необходимости оперативно получали огневую поддержку. Достаточно быстро мои армии двигались вперёд, так что вскоре перед нами замаячила Варшава. В моей истории было Варшавское восстание организованное польским правительством в изгнании, так и тут, когда мы двинулись по Польше, то разведка доложила о шевелении в Варшаве, причём докладывали не мне, а в ставку, вот там и решили опередить лондонских поляков, так что 3 марта 1942 года в Варшаве полыхнуло. Бойцы Армии Людовой, заранее сосредоточившиеся в городе и доставившие туда оружие и боеприпасы, в том числе и в Варшавское гетто.
В реальной истории восстание в Варшавском гетто произошло с 19 апреля по 16 мая 1943 года.
Разумеется, что боевиков Армии Крайовой в известность не ставили, правда те и сами видели, что в городе что-то готовится, и догадаться, что именно было не трудно, но вот когда и какими силами они не знали, а потому и сами ускорились, но всё же опоздали. Они правда, когда полыхнуло, в стороне не остались и тоже присоединились к восстанию, но вот от руководства восстанием их отодвинули. Ночью 2 марта 1942 года, по всему городу стали расходится вооружённые отряды, которые блокировали места расположения немецких частей и утром, в 5 часов, когда немцы ещё спали, все места расположения немецких солдат были атакованы. Одновременно с этим была захвачена городская радиостанция, и в 6 часов утра радио Варшава объявило на весь мир о начале восстания. Бои с немецким гарнизоном шли сильные, всё же по причине приближения фронта, немецких войск в городе было много, но бойцы Армии Людовой и присоединившиеся к ним евреи из гетто, а также многочисленные примкнувшие к ним горожане смогли заблокировать немцев в местах их расположения. Причём варшавянам пришлось ещё держать и внешний фронт, так как немцы отреагировали мгновенно и к Варшаве со всех сторон двинулись немецкие части, так что окраины города мгновенно превратились в зону ожесточённых боёв. Зная, что немцы сразу бросят в город подкрепления, штаб восстания с первых часов принялся организовывать там оборону. Улицы перекрывались баррикадами, а дома превращались в огневые точки.
 
Мы находились примерно в полутора — двух сотнях километров от Варшавы, но к этим событиям оказались готовы, так что основной удар моих частей и был на Варшаву. Стальной клин тяжёлых танков почти без сопротивления проламывал немецкую оборону. Сначала по немцам наносился удар катюшами, которых в армии было достаточно, а потом на ошеломлённого им противника накатывала волна КВ, которые и подавляли все точки сопротивления, а уже за ними пехота на бронетранспортёрах проводила окончательную зачистку. Хотя к этому времени немецкие войска стали пополнятся новыми длинноствольными противотанковыми пушками калибра 5 сантиметров, а также полевыми 7,5 сантиметра орудиями, тоже кстати длинноствольными, но и они не особо успешно справлялись с бронёй КВ, особенно на расстоянии, хотя конечно наши потери в танках значительно выросли. Но тем не менее остановить нас немцы не могли, да и новых орудий было не так много, так что к 10 июля мы вышли к окраинам Варшавы, в которой в данное время шли страшные бои. В самом городе к этому времени немецкие части были почти полностью уничтожены, а вот на его окраинах немцы пытались изо всех своих сил сломить оборону горожан. При этом Варшаву нещадно бомбили и обстреливали из тяжёлой артиллерии. Если немецкие бомбардировщики ещё как то удавалось отгонять нашей авиации, то вот помочь с артобстрелом мы не могли.
Рано утром 10 июля с восточной стороны Варшавы сначала послышалась ожесточённая стрельба, а затем шум моторов. Варшавяне, державшие тут оборону увидели, как немцы стали поспешно отходить и спустя меньше часа после этого, с Востока показались танки, не немецкие, которые остановились в полукилометре от линии обороны, а затем вперёд двинулись колёсные бронетранспортёры, над несколькими из которых развивались красно-белые флаги с польским орлом. Когда они подъехали к баррикадам, которые перегородили улицы, то из них высыпали солдаты, хоть и советской форме, но с белыми польскими орлами на касках вместо русских красных звёзд, а на рукавах у них были красно-белые нашивки. Это были бойцы Войска Польского, которые первыми вошли в освобождённую Варшаву. Практически весь польский корпус был тут сосредоточен, и именно его бойцы и входили в свою столицу. Известие об этом сразу достигло руководство восстанием и уже через полчаса по системе городского вещание было объявлено, что в город входят польские солдаты. Также об этом объявили и по радио, а тем временем баррикады на восточной стороне Варшавы были мгновенно разобраны, и в город двинулась техника. Вместе с поляками шли и мои танки, которые их поддерживали, и хотя на них были не польские орлы, а наши звёзды, но горожане встречали их, как освободителей. Не смотря на раннее утро, как только стало известно, что в Варшаву входят польские солдаты Войска Польского, то на улицы стали выходить радостные горожане. Польские солдаты быстро пересекли город и Вислу, по целым мостам и с ходу вступили в бой с штурмовавшими его немцами. Мои войска тем временем зачищали восточный берег Вислы от немцев, главное, что были превосходные мосты через неё в городе. Немедленно к ним были направлены зенитчики и пехотинцы, для их защиты от авиации и диверсантов.