Господин штабс- капитан (СИ)

— Жаль конечно, что Оленька с сыном не смогла приехать с тобой.
— Тут такое дело Николай Сергеевич, я ведь не просто так сюда поехал, а по служебной командировке, так что семья в неё не входит, да и опасно это.
Тут же раздались встревоженные вопросы от всех, что случилось.
— Да убить нас в дороге пытались, в Германии, ночью в поезде четверо судя по всему бывших офицеров попытались проникнуть в наше купе. Револьверы у них были в руках, так что думаю не надо объяснять их намеренья. Хорошо сами не пострадали, они видно рассчитывали, что мы все спим, вот и не ожидали отпора, а мы, как увидели у них в руках оружие, так и стали сами стрелять без предупреждения. А если бы я с семьёй ехал?
В итоге все согласились, что это даже хорошо, что я поехал без них, а я не стал говорить им о главной причине, почему их не отпустили бы со мной, не смотря ни на что, начальству требовались рычаги давления на меня, а семья подходила на это лучше всего. Хотя вроде со мной и так всё было ясно, но лишняя страховка ни когда не помешает, да и я лезть в бутылку тоже не хотел, дойди всё до реальной опасности и тогда я не посмотрю ни на что и ни на кого, а пока всё шло по моим планам и обострять ситуацию на ровном месте я не хотел. Наконец уже вечером, вдоволь наговорившись и отдав тестю с тёщей фотографии, мы раскланялись, они поехали к себе домой. А я пошёл спать в отведённую мне родителями комнату, разумеется перед этим заглянув к своим спутникам, тут и сам поинтересовался, как у них, и им себя показал, что бы они не нервничали лишний раз. На следующий день после завтрака поехали к отцу на работу, я и сам хотел посмотреть на его завод, а заодно там и свои дела с ним обсужу, а заодно и с его компаньоном познакомлюсь. Так уж получилось, что герра Хофвайера, после того, как именно он договаривался с моим отцом, руководство его фирмы и решило сделать ответственным в совместном предприятии, так что он и стал официальным представителем СЕМАГ в совместном заводе. Прежде всего, я осмотрел завод, а затем поговорил с отцом, что бы он имел представление, что мне нужно и о чём я буду договариваться с его компаньоном. Ну что сказать, завод мне очень понравился, хотя я и не был производственником, но его большая площадь, просторные цеха и новое оборудование меня очень порадовали. Работа там кстати кипела, выполняли заказы по поставкам бронетехники в Голландию и Бельгию, а на очереди стояли и другие заказы. Но вот пришло время и для знакомства с герром Хофмайером, из элементарной вежливости я с отцом пошел именно в кабинет Хофмайера, а не в кабинет отца.
— Добрый день молодой человек, рад наконец познакомится с вами, я много наслышан о вас.
— Здравствуйте господин Хофмайер, взаимно, отец тоже сказал мне, что ему повезло встретиться с вами. Всё же с ходу разглядеть все выгоды от возможного партнёрства, когда к тебе приходит по своей сути не просто незнакомый человек, а вообще не имеющий веса в вашей отрасли.
— Я так понял, что вы не просто так сюда приехали, не только повидать родителей?
— Вы совершено правы, просто так, повидать своих родителей и родителей моей жены мне ни то не дал бы. Это скажем так просто приятный бонус для меня. Я, как впрочем и моё руководство заинтересованы в плодотворном сотрудничестве с вами.
— Интересно, и что вы хотите?
— Не секрет, что пока у нас нет хороших конструкторских бюро, всё же последствия Мировой и Гражданской войны хорошо подкосили мою страну, но это временно. Всё равно чуть позже мы наверстаем потерянное, но хотелось бы по возможности купировать это, и сотрудничество с вами это позволит нам сделать.
— Простите, но какой наш интерес в этом сотрудничестве, вы ведь, как я понимаю, не собираетесь покупать у нас конечную продукцию?
— Не собираемся, мы намерены сами её выпускать.
— Вот! Так какой нам смысл в таком случае сотрудничать с вами, раз вы всё равно не будете покупать нашу продукцию?
— Господин Хофмайер, что именно вы сейчас выпускаете?
— Лёгкие танки, на которые у нас имеется большой заказ из семи стран.
 
— А кроме этих лёгких танков? Ведь в своё время кроме этого танка по моему проекту на заводе отца сделали и самоходки, а также броневики, почему вы не выпускаете и их? А другие виды бронетехники вы разрабатываете?
Тут Хофмайер сдулся, так как ему нечем было крыть мои слова.
— Понимаете, это сейчас вы попали в волну, но по мере того, как и другие страны начнут активно развивать строительство бронетехники, вы можете остаться не удел. Возьмём к примеру англичан, они в принципе одновременно со мной стали разрабатывать танки, но изначально пошли по тупиковому пути развития и потеряли минимум пять лет, пока не поняли, что моя схема лучшая. Вы знаете, как надо развивать бронетехнику, что будет необходимо, а что окажется тупиковым путём?
— А вы знаете?
— А я знаю, не случайно ведь именно моя схема оказалась успешной и жизнеспособной. И сейчас я приехал не с голословным предложением, у меня есть проект нового типа бронетехники, который будет востребован.
— И что же это?
— Колёсный танк.
— И вы не боитесь мне это говорить до того, как будет заключено хоть какое соглашение?
— Не боюсь, с англичанами было практически также, и я и они разрабатывали боевую бронированную гусеничную машину и что у нас получилось? Не имея представления как именно надо продвигаться вперёд, вы безнадёжно отстанете.
— Хорошо, вы меня убедили, как именно вы видите наше сотрудничество?
— Мы официально подпишем договор о сотрудничестве.
— Сейчас?
— Разумеется нет, сейчас мы можем подписать документ о намерениях, затем ваша делегация приедет в Москву, где и будет подписан договор.
— И как будет этот договор выглядеть?
— Согласно этому договору мы будем сотрудничать в разработке бронетехники, наша сторона будет выдавать вам техзадание, то есть говорить что и как нужно сделать, а вы собственно говоря по нашим рекомендациям и будете это разрабатывать.
— А результат? Как будем делить его?
— Очень просто, официально владельцем этих разработок будете вы.
— Тогда какой ваш интерес во всём этом?
— Прямой, мы даём вам задание, а вы по нему разрабатываете для нас технику. Когда она разработана, то вы даёте нам бессрочную лицензию на право выпуска в неограниченном количестве этой бронетехники. Лицензия разумеется бесплатная, но с одним ограничением, вся выпущенная по ней продукция предназначена только для внутреннего употребления, то есть мы не имеем права продавать или передавать эту технику в третьи руки. Таким образом вы можете не опасаться конкуренции с нашей стороны.
— Думаю это приемлемо, но вы сами вправе решать такие серьёзные вопросы?
— Уверяя вас, нам будет не до продаж нашей техники, самим не хватит, что бы ещё продавать или отдавать кому-либо на сторону.
— Теперь надеюсь вы можете сказать, что за колёсный танк вы придумали?
— Теперь могу, немного другой корпус, чем у гусеничного танка, а вместо гусениц, четыре моста с приводом. Такая трансмиссия будет проще и дешевле гусениц, а также позволит передвигаться с гораздо большей скоростью и при этом машина не потеряет в проходимости. Восемь больших колёс позволят её уверенно как передвигаться, как на поле, так и преодолевать окопы и канавы. Также увеличится и дальность пробега танка.
— И для чего он будет нужен?
— Охрана тыла, сопровождение колонн и рейды в тылу противника.
— А вооружение?
— Ваша автоматическая 20 миллиметровая пушка и спаренный с ней пулемёт, этого будет вполне достаточно.
В итоге мы договорились на таких условиях, ведь фирма в итоге ни чего не теряла, и конкуренцию мы им не составим, так как по крайней мере в ближайшие пару десятков лет продавать бронетехнику не собирались. Сейчас нам нужна была лёгкая бронетехника, и фирма отца вполне подходила на роль её разработчика по нашему заданию. Вот тяжёлую бронетехнику я не кому не отдам, она в предстоящей войне сыграет решающую роль и давать такой козырь потенциальным противникам я не собирался. Также я смог выбить поставку в СССР оборудование для заводов, здесь тоже швейцарцы ни чего не теряли, зато мы получали так необходимое нам оборудование для производства вооружения.