Башня

– Э-э… согласна.
– Вот потому я и говорю: главная проблема человечества – посредственности во власти… Но где, скажите мне, найти людей, способных мыслить категориями веков, континентов и цивилизаций? – S. D. улыбнулся: – Вопрос риторический, отвечать необязательно… Кстати, это я посоветовал Хиллари назначить вас госсекретарем.
– Благодарю вас, мистер S. D., – выдавила Каролина. Она была поражена, считала, что госпожа президент сама выбрала ее кандидатуру.
  
– Не стоит, – взмахнул S. D. узкой ладонью. Дверь в кабинет распахнулась, Рита внесла поднос. Пока она его разгружала, Каролина Хамилтон рассматривала кабинет: вдоль одной стены – книжные полки и модель «Титаника», на другой – огромная карта мира. На третьей висели два мужских портрета. Хамилтон узнала только сэра Уинстона Черчилля.
– Благодарю вас, Рита, – сказал S. D., когда секретарша направилась к двери. Рита с достоинством наклонила голову. S. D. взял в руки подстаканник, обхватил его бледными пальцами.
– Ну что ж, – сказал хозяин, – давайте перейдем к делу. – Итак, я хотел познакомиться с вами раньше, но в мои планы вмешался медицинский фактор. Годы, знаете ли. А эта современная медицина… Они только уверяют, что могут все или почти все, а в действительности… Впрочем, это не имеет отношения к делу. Итак, я пригласил вас, чтобы познакомиться и поговорить. Как вы думаете – о чем?
Три дня, что прошли с того момента, как Апфель позвонил и передал Каролине приглашение от S. D., Каролина только об этом и думала: какие вопросы он задаст? Что интересует великого S. D.? Бомбардировка Венесуэлы? Неудачное начало суда над Бин Ладеном? Инцидент в Молуккском проливе? Или эпидемия в Конго?
А может, S. D. интересует ситуация в Стране Басков? Или похищение сотрудников международной миссии на Кавказе?
– Вероятно, вы хотели поговорить об эпидемии в Конго мистер S. D.?
– Нет. Я хочу поговорить с вами, мисс Хамилтон… о России.
Это было неожиданно… совсем неожиданно. О России? А что говорить о России? В России достаточно стабильная и управляемая ситуация, контролируемое правительство. Бог мой, ну почему именно Россия?!
– Я вижу, вы удивлены, – сказал S. D.
– В некотором смысле – да. Мне представляется, что на сегодняшний день у нас есть более острые вопросы, нежели Россия.
– Вот! – S. D. поднял вверх указательный палец. – Вот это-то и есть самое распространенное заблуждение… и очень опасное. Ваша предшественница, госпожа Прайс, о трагической смерти которой мы все, разумеется, сожалеем, специализировалась именно на России. Она хорошо понимала, что недооценивать Россию нельзя… А вы, кажется, специализируетесь на исламском мире?
– Совершенно верно, – подтвердила Каролина. Про себя подумала: ах ты, иезуит: «кажется»… Да ты же изучил мою биографию «от» и «до». Пожалуй, знаешь даже, какого цвета белье я предпочитаю.
– Исламская составляющая, разумеется, невероятно важна… Если вы помните, Бжезинский говорил: кто владеет Евразией, тот владеет миром.
– Да, конечно, – кивнула Каролина.
– И в этом контексте нам невероятно важно иметь правильное представление об исламе, но… Но Евразию невозможно представить себе без России. А Россию уже начали сбрасывать со счетов. Преждевременно, мисс Хамилтон, преждевременно.
Мистер S. D. сделал маленький глоток чая и поставил подстаканник на стол. В течение всей последующей беседы он так и не прикоснется к нему.
Каролина тоже сделала глоток чаю и осторожно заметила:
– Мне представляется, что теперь, когда в Кремле сидит посаженное нами правительство, развалены армия и флот, когда страна превращена фактически в сырьевой придаток… Той России, которая являлась противостоящим нам вектором в глобальной системе сдерживания, больше нет.
– Это правильно, – согласился S. D. – Сейчас Россия похожа на полупарализованного великана. Но – заметьте, мисс Хамилтон! – я сказал «полупарализованного».
– Я позволю себе добавить: и полностью деморализованного.
– Вы так думаете?
– Да. За двадцать пять лет массированного промывания мозгов мы внушили русским комплекс неполноценности и чувство вины за коммунистическое прошлое… не так давно я смотрела результаты психологического тестирования выпускников одной из русских школ.
– Выпускники полной школы?
– Нет, полных школ там почти не осталось. Мы внедрили там так называемое базовое образование – пятилетнее…
– Мне это хорошо известно, – с ноткой раздражения в голосе произнес S. D.
Каролина Хамилтон осеклась, потом продолжила:
– Так вот, почти половина из них тяготится тем, что им пришлось родиться русскими и жить в России. Они оценивают эту ситуацию как «мне не повезло».
– Ну что ж… я выслушал вас. Ваши аргументы, мисс Хамилтон, понятны. А теперь я предлагаю взглянуть на ситуацию в России под иным углом зрения.
– С интересом выслушаю вас.
– Благодарю… Заранее прошу простить меня за то, что иногда мне придется говорить общеизвестные вещи. Однако они необходимы нам для целостности восприятия. Пожалуй, я начну с того, что позволю себе несколько развить уже упомянутое мной высказывание Бжезинского. В современных условиях его тезис о мировом господстве я бы сформулировал так: кто хочет управлять миром, должен контролировать нефть. Всю нефть. Где бы она ни находилась. – Каролина Хамилтон слушала S. D. очень внимательно. – Теперь мы отлично понимаем, что углеводороды не вечны. Их запасы истощаются на глазах. И на всех их элементарно не хватит. А реальность такова, что появляются все новые глобальные угрозы. Например, изменение климата. Если еще пять лет назад ученые дискутировали на тему: а существует ли это явление? – то теперь уже дискутировать бессмысленно. Или – болезни… Какова, кстати, ситуация в Конго?
– Скверная ситуация. Количество умерших достигло двенадцати тысяч человек, и эти чертовы медики не знают, что это такое и что с этим делать. Пока что нам удается скрывать подлинные масштабы проблемы, но долго так продолжаться не может. Утечка неизбежна, и когда она произойдет… Боюсь, будут серьезные проблемы.
Мистер S. D. побарабанил длинными пальцами по подлокотнику кресла, сказал:
– Черт знает что… Однако, даже из этих примеров понятно, что мир меняется стремительно и непредсказуемо. Именно поэтому мы обязаны взять под контроль естественные ресурсы планеты. Для этого необходимо вывести из игры всех противников. В первую очередь – Россию.
– Прошу прощения, мистер S. D., – встряла госсекретарь. – Но мы уже вывели Росс… – Не перебивайте меня, – сварливо произнес мистер S. D. – Не перебивайте меня, мисс Хамилтон. В своей работе «Глобальное сверхобщество и Россия» Александр Зиновьев… Кстати, вы были знакомы с Зиновьевым? – Каролина качнула головой: нет. – Жаль, великий был человек. Как раз из тех немногих, кто способен к глобальному мышлению… Так вот, в этой своей работе Зиновьев пишет. – S. D. взял со стола книгу с закладками, быстро нашел то, что искал, и прочитал вслух: «В антирусском проекте можно выделить три этапа. Первый – низвести русских до уровня народов третьестепенных, отсталых, неспособных на самостоятельное существование в качестве суверенного народа. Второй этап – направить русский народ на путь биологической деградации и вымирания, вплоть до исчезновения в качестве этнически значительного явления. Планируется его сокращение до пятидесяти девяти и даже до тридцати миллионов, а потом и того менее. Разработан богатый арсенал средств – недоедание, разрушение даже примитивной системы гигиены и медицинского обслуживания, сокращение рождаемости, стимулирование детских заболеваний, алкоголизма, наркомании, проституции, гомосексуализма, сектантства, преступности… Суть таких планов – довести русских до такого состояния, чтобы они не смогли удерживать занимаемую ими территорию, которая стала величайшим соблазном для западного мира». – S. D. закрыл книгу, положил ее на место и взглянул на Каролину: – Как видите, Зиновьев очень хорошо понимал суть наших планов.