Башня

…В ста шестидесяти километрах от Петербурга, на острове в северной части Ладожского озера, в старом доме сидели двое мужчин. На подоконнике стоял раскрытый автомобильный телевизор, светился десятидюймовый экран. Один из мужчин смотрел телевизор, второй чистил пистолет на столе, застеленном клеенкой. Шторы в неуютной комнате были плотно задернуты, потрескивали дрова в железной печурке.
  
Мужчина, который смотрел телевизор, произнес:
– Смотри-ка, Алексей, – твой брак показывают. Тот, что чистил пистолет, поднял голову. На экране «соньки» был Рубайтис. Он сидел в своей коляске и отвечал на вопрос шоумена, одного из трех ведущих шоу. Несколько секунд тот, кого назвали Алексеем, рассматривал Рубайтиса, потом сказал:
– Верно, оплошали… Но я тебе так скажу, Игорь Дмитрич: везучий он сильно. Фантастически везучий. Ведь гранату я положил аккурат в окно. В салоне в тот момент четверо было. Трое – насмерть, а этот вурдалак опять уцелел… Заговоренный он, что ли?
– Не бери в голову, Алексей, – отозвался первый.
– Да я и не беру, – ответил Алексей. Он быстро собрал АПС, вставил в рукоятку магазин и передернул затвор. Потом сунул пистолет в кожаную кобуру, поднялся с табурета и буркнул: – Выйду, покурю…
Ворон вышел на улицу. Он сел на ступеньку крыльца, вставил в тонкие губы сигарету, чиркнул колесиком «зиппо». Закурил и выдохнул дым. Уже смеркалось, вода и небо смыкались вдали и было невозможно определить, где кончается вода и начинаются небеса. Ворон подумал: рано Ладога стала вскрываться. Еще лет пять назад озеро в это время было во льду. А нынче вон – только отдельные льдины кое-где плавают… Тогда господа ученые спорили: есть потепление или нет его? Теперь вся эта наука говорит, что никто не мог предположить, что климат начнет меняться так быстро.
Из сумерек вышла крупная серая овчарка, вильнула хвостом и остановилась рядом. Ворон положил руку на загривок пса, потрепал.
Спустя минуту раздался звук открываемой двери, и на крыльцо вышел Седой. В правой руке Седого был коммуникатор. Ворон поднял голову.
– Через полчаса нужно быть на «точке», – сказал Седой. Ворон поднялся. Посмотрел вопросительно. Седой произнес: – Нужно принять Полковника.
Ворон бросил взгляд на часы и недовольно произнес:
– Не успеть… Любит Полковник сюрпризы.
– Давай не будем обсуждать действия Полковника, Алексей.
– Так точно. Не будем… Я возьму Братишку?
– Бери. Но посвящать его в подробности не надо. А теперь слушай инструкцию…
Через пять минут из бухты вышел катер, ходко пошел на север. Огней на катере не было, и вскоре он растворился в сумерках. Только звук двигателя разносился над водой.
Катер вернулся через полтора часа. Седой ждал его прибытия на причале в бухте. Катер обошел вокруг острова, посигналил фонариком. Седой – тоже фонариком – ответил. Только после этого катер вошел в бухту.
На малом ходу он подошел к причалу, заскрипели кранцы – старые автомобильные покрышки. На причал один за другим перебрались трое. Первым был Зоран – телохранитель Полковника. Было уже совсем темно, но Седой узнал его по манере косалапить. Зоран приблизился, спросил негромко:
– Как дела, друже Седой?
– Отлично, друже Зоран, – так же негромко ответил Седой. Мужчины обменялись рукопожатием. Левую руку Зоран держал в кармане куртки. Седой знал, что рука серба сжимает рукоятку пистолета.
Следом на доски причала выбрался Полковник. Он был в широком брезентовом дождевике с огромным капюшоном, в руке держал небольшой кейс. Полковник подошел, стиснул руку Седого, спросил:
– Как?
– Нормально. Хозяйство, я полагаю, посмотрим завтра, при свете дня?
– Завтра так завтра… А я вам человека привез, – Полковник кивнул на катер. – Распорядись, чтобы его накормили и устроили на отдых.
– Сделаем, – кивнул в ответ Седой. И спросил: – Слышал, Саша?
С катера мужской голос ответил:
– Организуем.
Седой произнес:
– Прошу вас, – и сделал приглашающий жест рукой.
Четверо мужчин двинулись по причалу к берегу. Первым шагал Зоран. Скрипели доски причала, плескалась мелкая волнишка.
Поднялись к домику, Ворон распахнул дверь. Разумеется, первым в помещение вошел Зоран.
Когда Полковник скинул свой капюшон, Седой ахнул:
– Павел Петрович! Да ты ли это?
– Я, Игорь Дмитрич, я… сильно изменился?
– Не то слово! Другое лицо… как же это?
– Обыкновенно, Игорь Дмитрич – пластическая хирургия… Есть основания полагать, что у «гестапо» появилось мое фото.
– Понятно, – произнес Седой. Он несколько раз кивнул. Потом добавил: – А глаза-то все те же.
Трое сели к столу, Зоран присел на кровать напротив двери. Ворон потянулся выключить телевизор, но Полковник остановил: пусть работает. Полюбуемся на национальную элиту.
На канале как раз было время новостей и показывали прибытие президента.
Седой спросил: чайку с дороги? Полковник ответил: с удовольствием.
Глядя на экран телевизора, Ворон произнес:
– Все суки собрались… Эх, накрыть бы весь гадючник одним ударом.
Полковник внимательно посмотрел на него:
– Заманчиво, товарищ Ворон. Вот только как это сделать?
Ворон ответил:
– А как одиннадцатого сентября в Нью-Йорке.
– Э-э! Теперь этот номер не пройдет – не дадут. Теперь все стали ученые. – На экране тем временем показалась «Eclipse». Полковник кивнул на экран и добавил: – Вон, у начальника Чукотки даже на яхте противоракетная система стоит.
– Да я так, мечтаю, – отозвался Ворон. Он поставил на стол кружки, сахар. Потом подошел к одноконфорочной газовой плитке и включил ее. Вспыхнуло пламя.
Полковник покосился на синие язычки пламени, усмехнулся и произнес:
– Промгаз: мечты сбудутся!
Ворон поставил на огонь старый эмалированный чайник.
– Ладно, – сказал Полковник, – про мечты потом, а сейчас расскажите, какие у вас новости.
Седой ответил:
– Да какие у нас новости? Сидим тут на камнях посреди озера без дела, как нерпа… Но – черт! – я все никак не могу привыкнуть к вашему новому лицу, Пал Петрович.
– Ничего… Зоран тоже сначала не мог. Потом привык.
Зоран покосился на Полковника, но ничего не сказал. Серб вообще был на редкость молчалив. Полковник рассказал Седому, что все родные Зорана мртви – погибли в Косово.
– Как нерпа, говоришь, на камнях? Без дела?.. Будет вам дело. Я ведь за этим и приехал.
Седой и Ворон переглянулись. На экране телевизора в очередной раз показывали, как девица из группы «Суки» зубами рвала бюстгальтер на «силиконовой» девушке… «Платиновая» публика подбадривала ее криками и аплодировала.
Вскипел чайник. Ворон налил всем чай. Размешивая в кружке сахарный песок, Полковник говорил:
– Будет вам дело… серьезное дело. Когда месяц назад я поставил вам задачу найти подходящий остров, я ведь имел в виду совершенно конкретную цель. Этот остров интересен нам не только как партизанская база, где можно прятать людей и долечивать раненых – таких мест по Северо-Западу немало… Остров интересен мне именно потому, что он расположен на большом водоеме. Фактически в море. – Полковник сделал глоток чаю и продолжил: – Нам нужно подготовить группу «морских» «Гёзов».
Ворон спросил:
– Задачи, которые будет решать группа?
Полковник внимательно посмотрел на Ворона и сказал:
– Диверсии в портах, военно-морских базах. Захват судов и сооружений в море. Пример – крупный танкер.
Полковник посмотрел на Седого… на Ворона. Он определенно ждал вопросов, но Седой и Ворон молчали.
– Для этого необходимо создать группу из десяти– двенадцати хорошо подготовленных бойцов. Очень хорошо подготовленных бойцов. Способных решать задачи высокого уровня сложности… Думаю, что командиром группы должен стать товарищ Ворон.
  
Ворон быстро вскинул глаза:
– Товарищ полковник, такие задачи, как правило, решают боевые пловцы. Конечно, погружаться с аквалангом приходилось, но… у меня нет опыта проведения подобных операций.