"Фантастика 2023-159". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Ее занесло. Голос срывался на крик.
Но она смогла взять себя в руки.
Сильфида, отлетев немного назад, оглядела ее с новым интересом и, обменявшись взглядами с альвой, вдруг рассмеялась.
— Девочка-то с характером. Я уж боялась, еще одна тихоня.
Снова подлетела поближе.
— Ты во многом права, — сказала, уже не смеясь. — Но жизнь с шеаром, сколько бы она не длилась, — это не только радости. Мне-то можешь поверить.
— С какой стати? — спросила Софи со злостью.
— Кому, как не мне знать, — склонив голову к плечу, проговорила сильфида. — Я была женой шеара. Я — мать шеара. Бабушка шеаров… Этого, твоего, кстати, тоже.
Бабушка. Новую информацию Софи тоже приняла без раздумий и сомнений.
Это у людей бабушки седые, сгорбленные, с морщинистыми лицами и добродушным прищуром выцветших подслеповатых глаз. А у шеаров такие — молодые, красивые… стервы.
Девушка откашлялась, прочищая пересохшее горло, и предположила вслух:
— Вы его не слишком любите, да?
— Да, — без раскаяния признала сильфида. — Но о счастье нелюбимого внука нужно заботиться в первую очередь. Эйнар — мой второй внук — тот пусть хоть сто лет еще не женится. А Этьен… Чем счастливее он будет где-то там, в другом мире, тем меньше шансов, что вернется в Итериан, чтобы снова действовать мне на нервы. Понимаешь мои побуждения?
«Эйнар не женат», — отметила Софи отстраненно.
Еще одна ложь — маленькая монетка в копилку обманов.
А бабуля, по крайней мере, честная.
— Никогда не вмешалась бы, — сильфида подлетела к ней вплотную. — Я, знаешь ли, очень не любопытная бабушка. Но раз ты уже здесь… Вот она, — кивком указала на Лили, — полагает, что главная проблема в том, что ты — человек. А я так скажу: это — последняя из ваших проблем. Но ты должна понимать, на что идешь, связывая свою жизнь с шеаром. Мы с мужем были знакомы много лет, прежде чем он назвал меня невестой. Еще несколько лет прошло до того, как я стала женой. Мне казалось, я знаю все и ко всему готова… Но лишь казалось. Как и тебе сейчас кажется, что для счастья нужно только избавиться от двух зловредных теток и вернуться в свой уютный мирок, где все сразу станет как прежде. Но ты ведь понимаешь, что не станет?
Да, теперь уже точно не станет…
— Я дам тебе один совет. Из женской солидарности. Должна же быть какая-то солидарность между женщинами, которых судьба свела с шеарами? Так вот… — сильфида понизила голос до едва различимого шепота: — Если ты хотя бы самую малость сомневаешься в нем или в себе, беги. Беги от него, пока не поздно. Но если останешься, никогда не позволяй усомниться ему.
— В чем? — так же тихо спросила Софи.
— Ни в чем.
Пальцы сильфиды легонько коснулись висков девушки. Ледяные. Колючие, словно покрыты крошкой инея. Софи вздрогнула, но не отстранилась. Смотрела, как зачарованная, в глаза женщины, зависшей перед ней в воздухе, и медленно тонула в глубоком голубом небе.
Мысли улетучились… свои, но пришли чужие… И голос Йонелы, лишившийся язвительных ноток, мягкий и певучий, звучал у нее в голове…
— На самом деле неважно, сколько ты проживешь. Много или мало, но тебе предстоит жить со всем этим…
Это было как с камнем памяти, но не совсем.
Не образы — чувства.
Желания. Надежды. Страхи.
Чем больше надежд, тем больше страхов.
Мечты…
Мечты — туман. За туманом не разглядеть, что там ждет впереди.
Счастье — вереск: сладкий запах, горький вкус.
Теплые объятья, холодный взгляд.
Вот он рядом, родной, любимый, а мыслями далеко-далеко, там, куда тебе нет и не будет дороги.
Дорога — для него, и он уйдет однажды… И не единожды…
Вернется?
Вернется, если будешь ждать.
А ты будешь.
Ожидание станет твоей жизнью.
Нервное и тревожное.
Непрерывное ожидание беды.
А еще — знание, что и беда где-то там тоже ждет…
…Всего несколько секунд в водовороте чужих эмоций, и Йонела отняла руки. Стряхнула с пальцев колючую изморозь.
Отлетела от девушки, отвернулась и бросила через плечо:
— Знаешь, что самое забавное в данной ситуации? Что Лили могла ошибиться относительно серьезности планов Этьена насчет тебя. А я, выходит, впустую трачу время…
 
Она умолкла, прислушиваясь.
Где-то вдалеке громыхнул гром, и его раскаты легкой дрожью коснулись башни. Колыхнулось пламя в светильниках. Небо над прозрачным потолком потемнело.
Приближалась гроза…
Софи закрыла глаза и, вдохнув глубоко, медленно выдохнула.
Пускай гроза.
Сейчас душно, дышать тяжело, но хлынет ливень, и станет легче.
Она хотела, чтобы так было. Стоять под проливным дождем, и пусть вода смывает усталость. Можно будет плакать, никто не поймет…
Но если дождь и собирался где-то, то не над хранилищем памяти.
Жаль.
— Отпустите меня домой.
Ей нелегко дались эти несколько слов. Голова болела, переполненная мыслями. Сердце норовило выскочить из груди. В прошлом — обман, в будущем — неизвестность…
Но она разберется со всем этим. Только дома.
И плакать, если уж прижмет, будет там.
А прижмет ведь…
Лили и Йонела посмотрели в ее сторону, но ничего не ответили.
— Верните меня домой, — выговорила Софи четче. — Вы… Чего вы от меня хотите?
Нужно было сразу спросить об этом, но она была напугана и подавлена. А теперь эти двое ей не страшны.
Невидимая гроза, и та пугала сильнее.
Гром. Дрожь земли. Шум ветра… Почудилось, будто кто-то издалека зовет ее по имени, пытаясь перекричать этот шум… И будто хлопнула где-то дверь. И шаги на лестнице…
— Чего мы хотим? — Лили приблизилась к ней, заглянула в глаза. — А чего ты хочешь? Сейчас, когда уже знаешь? Все еще хочешь остаться с ним?
Софи открыла рот, чтобы сказать, что ничего уже не знает и не понимает, и ей нужно подумать, и замерла. Насторожилась.
Кто-то стоял за дверью, там, где выходят из стены каменные стражи.
Кто? Зачем? Неужели ее ждет еще одно знакомство и новые откровения?
Она закусила губу. Сцепила в замок трясущиеся пальцы…
Хватит уже. Сколько можно?
— Так ты хочешь этого? — повторила Лили.
Девушка услышала, как дверь за спиной распахнулась с натужным скрежетом камня, видела, как подобралась альва, как напряглась, силясь смотреть только на нее, а не поверх ее плеча на того, кто шел к ним через зал. Медленно и осторожно, словно боялся напугать… или спугнуть… Исходившая от него опасность ощущалась буквально кожей. И его злость. Готовность ударить в любую секунду…
— Да, я останусь с ним, кем бы он ни был, — от накатившего на нее нового страха Софи едва шевелила губами, но чувствовала, что должна ответить. Будто ее слова что-то могли изменить. — Я останусь с ним и буду с ним столько, сколько мне отпущено. Потому что…
Она не договорила.
Тот, кто пришел с грозой, обнял за плечи, развернул к себе и прижал к груди.
Девушку мелко затрясло. Жутко было сложить воедино тепло родных рук и затопивший зал хранилища ужас.
«Потому что я люблю его», — закончила она мысленно.
Его?
Софи зажмурилась, и не сразу поняла, что случилось в следующую минуту. Лишь ощутила, как он отпустил ее на миг, а после сжал еще сильнее… И два звука: удар и падение…
Боясь оборачиваться, чтобы он не решил, что она хочет вырваться, девушка чуть развернула голову и скосила глаза на пол.
— У тебя замечательная невеста, — Лили слизала с разбитых губ кровь. — Поздравляю.
Софи снова зажмурилась, но это не помогло.
Гроза еще бушевала, она чувствовала ее, слышала в его неровном дыхании, в громком биении сердца. Громы и молнии. Ураганный ветер…
— Тьен, — приподнявшись на цыпочки, стараясь не смотреть в ставшие черными и чужими глаза, она обняла мужчину за шею и с силой притянула к себе. — Тьен, пойдем домой, пожалуйста…
Проснувшись, он не сразу вспомнил, где находится, — вокруг была вода.
Вынырнул, встряхнулся. Узнал облицованные глазурованной плиткой стены и разноцветные полотенца и рассмеялся: надо же, уснул в ванне, изображая утопленника. Отметил, что вода не успела остыть. Значит, времени прошло немного, и за покупками с Софи он не опоздает. А вспомнив о девушке, мысленно потянулся к ней…