Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)
«Грёбаный ледник!» - Гедимин вскарабкался на очередной гребень. Расселина, показавшаяся ему удобной тропой, постепенно сужалась, пока сармат не начал задевать ледяные стены плечами. Сфалт, может, и прорезал бы десятиметровый массив, но паровой взрыв засыпал бы и ущелье, и Гедимина тоннами льда. Сармат не был уверен, что оно того стоит – какую трещину ни пробей, а наверх лезть придётся…
Обзор с гребня был куда как лучше – сверкающие длинные уступы до горизонта, сеть чёрных расселин среди синевы и серебра… С тех пор, как Гедимин отошёл от моря, осадки прекратились, и раскатанную ветром гладь под ногами больше не маскировал снег. Идти стало чуть легче – но сармат уже десять раз пожалел, что забрался так далеко на север.
Луч нащупал подо льдом материковый щит. Похоже, тут, на востоке, был полуостров, выдвигающийся далеко в море. «Насколько далеко?» - Гедимин развернулся на север и мигнул. На горизонте за ледяными гребнями темнели серо-чёрные уступы.
«Горная цепь,» - Гедимин вслед за полосой уступов развернулся на восток, потом опомнился и схватился за сканер. Горы были куда выше, чем казалось, - над ледником выступала малая часть, а сармат и вовсе видел несколько ближайших вершин.
Гедимин развернул карту. Южная граница ледника была разведана неплохо (впрочем, с такой скоростью таяния его очертания можно было перерисовывать каждый год). Дальше начинался туман – пунктир «настоящего» побережья, условная граница северо-западных прибрежных льдов… Гор на карте не было.
Гедимин с тоской оглянулся на юг. «Новые горы надо разведать. Хотя бы пробы взять,» - сказал он себе и со вздохом двинулся вниз по ледяным уступам. «Ремонтное чутьё» кричало в оба уха, что всё вокруг хаотично, ненадёжно и неподвижным только кажется. Сквозь его неслышные вопли Гедимин не сразу различил треск льда под металлом, скрежет металла о лёд и раздражённое сарматское шипение.
- «Аргон», приём! Данные с предгорий… Эй! Что за чушь на карте?!
- Не ори ты в горах! – сердито зашипел второй. Скрежет ненадолго затих. Первый фыркнул.
- С чего они «Кельские», если мы тут второй месяц шарим? Что значит – «первыми нашли»?! Они нашли на восто… Одна цепь?! А это кто сказал? «Гетас»? Ну мать моя колба! А помолчать они не могли?! Сам закрой рот! Твоя «Сарма» даже горы отстоять не смогла. Кельские, тоже мне…
Второй сармат тяжело вздохнул. Гедимин уже видел его – чёрный ликвидаторский скафандр с красными пластинами, ручной бур и двухметровые ледяные керны у ног. Двое брали образцы у подножия серого хребта.
- Пока ты орёшь, «Кела» ещё что-нибудь разведает, - негромко сказал сармат. Первый отмахнулся.
- Все? – деловито спросил он в передатчик. Второй зашевелился.
- «Все» - что?
Первый повернулся к нему, доставая из ниши в броне раскладной рюкзак. Второй резко выдохнул.
- База требует керны, - усмехнулся первый. Второй с размаху хлопнул себя по шлему.
- Все керны, - дополнил первый. – Всё, что мы тут по пути раскидали. По ним и дорогу найдём. Хорошо, тут места малоснежные!
- Керны им на кой? Мы же все данные отослали!
Первый рассеянно махнул рукой, глядя то на запястье с выпущенной антенной, то на северные скалы.
- Изотопы будут делать, нам-то нечем… Ну давай же, пеленгуй, не тот сейчас фон, чтоб… Ага, вот он!
Уже и Гедимин видел едва заметную, но быстро растущую точку над горами. Его сердце забилось чаще. Третью сотню лет он не встречал этих очертаний в небе – а когда-то выглядели так обыденно…
- Чего?! – бурильщику не было дела до возвращения дрона-разведчика. – Какие изотопы после… А ну, освободи канал! «Аргон», приём! Что за чушь про изотопы?
Дрон уже сел на подставленную руку разведчика и вцепился в передатчик на запястье, запуская кабель в порт. Гедимин слегка сузил глаза. «Вот перешли всей Землёй на ЭСТ-связь перед ядерной катастрофой… Для ликвидаторских дронов можно же было оставить другие каналы!»
- Ты меня за дурака не держи! – переругивался со станцией второй разведчик. – После такого взрыва изотопный анализ врёт хуже Маркуса! Вам данных из шахты было мало?!
Дронщик коротко хохотнул.
- Надо же, разошёлся! А как наши горы «Келе» отдали, так ему нормально…
Пересадив дрон на плечо, он принялся складывать керны в рюкзак. Хмурый бурильщик, прекратив спор, повесил за спину инструмент и подобрал последние ледяные стержни.
- Дурь несусветная с этим анализом. Ты-то понимаешь, какой брехни они наанализируют?
Дронщик лениво отмахнулся.
- Идём…
Лёд под когтями забывшегося Гедимина хрустнул. Сарматы резко обернулись.
- Tza atesqa! – запоздало ухмыльнулся Гедимин, вскидывая руку в приветственном жесте. Дронщик, вздрогнув, ответил чётким «салютом Саргона».
- Zaa… Эй! Ты кто?!
…Двое ликвидаторов смотрели на Гедимина, как на диковину, - даже сдвинули тёмные наглазники. Дронщик был серокожим, как выходец со спутников Юпитера, у второго «марсианская» кожа посветлела до едва заметной синевы на белом.
- По льду вдоль побережья? Ну ты отмахал! Мы пока даже дроны так не посылали! – сармат оглянулся на серые зубцы и махнул рукой вдоль горной цепи. – Видел? Мы их первыми нашли, как ледник просел. А «Кела» теперь говорит…
Гедимин покосился на карту. Значки станций там горели, спору не было, - и «Аргон», и восточные «Кела» и «Элуа», и «Гетас» между ними, и совсем уж северный «Эсгон». Но никаких гор не было, как и чётких очертаний северного края материка.
- А давно был приказ о разведке? – спросил Гедимин. – Вот не ждал тут кого-то встретить. Вам ведь ещё сквозь лёд пробиваться…
Ликвидатор, явно смущённый вопросом о приказе, снова взбодрился и весело хмыкнул.
- Нам после Антарктиды этот лёд… - синекожий изобразил жест «полное ничтожество». Серый широко ухмыльнулся.
- А я Европу осваивал. Нормально вышли, и давно надо было. Фон когда ещё упал – а мы до сих пор не знали, что сверху. «Эсгон» так вообще думал, что над ним вода!
«Значит, полуостров тянется минимум до «Эсгона»,» - Гедимин хотел было очертить на карте примерные размеры, но опомнился и кивнул на передатчик «европейца».
- Да, с разведкой Исгельт затянул. Уже лет шесть можно было спокойно… Не поделишься картой? Мне «Эданна» давно ничего нового не шлёт…
Ликвидатор смутился.
- Карта?.. – двое переглянулись. – Знаешь… Центр ещё не в курсе. Глянь с моего экрана. А «светить» пока не надо.
Гедимин мигнул. Потом ещё раз – когда увидел кромку полуострова севернее «Эсгона», длинную цепь с подписью «Кельские горы», очертания крайних западных пиков второго хребта далеко на северо-востоке… Недавние данные с дрона-разведчика ещё обрабатывались, к северу от Кельских гор «выплывал» ещё один сегмент – просевший ледник, изрезанный хаотичными трещинами, серые скалы… и крупные и мелкие жерла гейзеров. Прорезая льды, горячая вода собиралась в реку.
- Мать моя колба… - выдохнул «европеец». – Так и знал – тряска неспроста! Гейзеры… Может, там ещё и вулкан?
- Вулкан льдом не удержишь, - буркнул марсианин. – Пепел в кернах был бы. А так – следы, и то на западе… Из твоих краёв принесло?
Он посмотрел на Гедимина. Тот вспомнил вязкую лаву Северного хребта и взрывающиеся кратеры и кивнул. «Северный хребет… Ни кварка он теперь не северный. Северный – вон там, за «Элуа». А этот… Взрывные горы – они и есть Взрывные,» - он смахнул с карты старое название и напечатал новое. Ликвидаторы хмыкнули.
- Хорошее название. Не то что тут, - «европеец» покосился на Кельские горы и поморщился. – Может, дальше, на севере, есть вулканы? Мы через горы не переходили. Ладно, «Гетас» и «Элуа» керны возьмут – расскажут…
Мозг Гедимина перестал наконец «жевать» факт массовой самовольной разведки на северных станциях и вцепился в слово «тряска» - а потом в странные параллельные линии на карте. И Складчатые холмы южнее Тэкры, и два хребта у озера Оллья, и горы Крайнего Севера, - все шесть новых горных хребтов тянулись параллельно друг другу, будто что-то, с огромной силой опоясав планету, выдавило их наружу. «Тряска… Может, Кельские горы «гаснут», как на западе – Туманные? Или вся активность выходит в межгорье, в гейзеры? Если кто-то планирует сделать там тёплую долину…»