Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)
- На закваску непохоже, - заметил озадаченный Вольт. – Может, я видел сходный процесс, но…
Бурление в чане стало тише. Тайкема, заглянув под крышку, навострила уши и зашуршала чем-то в занавешенных нишах под потолком. Подмастерье вертел в руках толстую кованую трубку – как разглядел Гедимин, бронзовую, изрядно позеленевшую. Загнутая в двух местах трубка напомнила что-то знакомое – примитивную версию более сложной детали. Ещё там было что-то про Би-плазму и сернистую атмосферу Венеры…
- Жжёнка! – выдохнул сармат. – Они её и дистиллировать собрались… Видел? У него мешок с грибками! Дикие дрожжи или что-то вроде… как только выжили в кислоте?!
- Бездна… - пробормотал Брайан; он пригляделся к Тайкеме, высыпающей сухие грибки из мешочка в чан, и Гедимин тоже увидел их – чётко, как под микроскопом. – Да, я вспомнил. Меня даже угощали. Да, у них крепкий алкоголь. Надо проверить, могут ли нарвенги его усваивать. Не хотелось бы, чтобы это им повредило…
На долю секунды у Гедимина сильно закружилась голова. Потом Брайан виновато хмыкнул, и сармат на невидимой опоре проплыл над заводью от кузницы к «гостинице». Ничего, кроме крыши из чёрного сланца, ему не показали – видимо, Вольт заметил, что Гедимин смотрит его глазами, и «канал» был «обрезан».
- Всё в порядке, - пронёсся в мозгу чужой облегчённый вздох. – Алкоголь им знаком. Вам, сарматам, кажется, тоже. Значит, жжёнка? Мик как-то умолчал о такой важной части жизни…
- Мы тогда не палились, - буркнул Гедимин. От воспоминаний о довоенном Ураниуме до сих пор саднило под лопаткой.
- Нарвенгам дали что-нибудь за корешки и деревяшки? Или они так дань платят?
- Дань? – удивился Вольт. – Вы же ви… А, да, теперь не видите. Подождите немного, скоро мы разделимся, и вам станет легче. Нарвенги как раз укладывают всё, что наменяли. Ремни, непромокаемые мешки, мелкие украшения…
Один из жёлтых «кислотников» как раз вышел из дома и рассматривал стену, шевеля усами и навострив уши. Он поскрёб когтем глиняный раствор, дёрнул вибриссами и проверил кладку в другом месте. Потом сунулся в дверной проём, посмотрел наверх, покрутил невидимый Гедимину ворот – дверная завеса с шорохом поехала вверх.
- Изучает, - пробормотал сармат. – И… что у него на руках?
Жёлтый мех на предплечьях придавили маленькие многогранные щитки, нанизанные на тонкий шнурок. Браслеты из «медузьей» «резинки» и останков местной фауны, - ничего подобного Гедимин у нарвенгов раньше не видел.
- Как пища, этот вид канзис… он на любителя, - отозвался Вольт. – Щупальца надо удалять, и остальное так себе – только на корм животным. А вот оболочка – сырьё ценное. Если нарвенги переймут не только её использование, но и разведение канзис, - им это пойдёт на пользу. А каменное строительство… дойдёт и до него рано или поздно. Вообще, Гедимин, мне кажется – в топях Лит они не засидятся. Это не их родная среда. Это временное убежище. Кстати, скоро наш выход. Видите святилище?
Гедимин ошалело мигнул. Повисший в небе многогранник развернул его к одинокому островку с глиняным столбом. Основа была каменная – колонна, сложенная из плитняка – но снаружи её обмазали ярко-красной глиной. Это можно было бы назвать обелиском, если бы не шесть коротких «веток» наверху, пониже острия. С них свисали панцири и клешни. Красная глина была покрыта кругами с мелкими знаками и рисунками внутри. Сейчас рядом стояла Тайкема с длинными подвесками на бивнях и что-то напевала, касаясь ладонью поочерёдно каждого знака. Ещё десяток жителей собрался вокруг, не вылезая из кислоты, - да на островке и не было места для толпы. Гедимин заметил, что весь клочок земли вымощен плитняком, и на камне красной глиной выведены узоры. Тайкема, перетрогав все рисунки, достала мешочек глины и принялась подновлять всё, что стёрлось.
- Вон там и моё имя, - Вольт заметно смутился. Один из разрисованных кругов стал чётче, а Гедимин наконец понял, что там нарисовано. Это был ручной радиометр, рядом с ним – прошитая тетрадь и заострённая палочка, а сверху, уже в переплетении с орнаментом над кругом, - атом с тремя орбиталями электронов. Прибор Гедимин узнал с большим трудом – это была совсем уж древняя модель, таких он и не застал.
- Брайан и Микаель, - будто солнечный луч скользнул по рисунку. – Его, конечно, тоже вписали. Покровители из нас, если честно, никакие… Гедимин, я сейчас проявлюсь. Вы не двигайтесь. Очень скоро встанете на твёрдую землю. Совсем расцепиться нам не выйдет – вы сейчас не поймёте их, они – вас.
Воздух колыхнулся. Тайкемы, собравшиеся уже уплывать от островка, вскинулись и уставились в сторону Гедимина. Точнее – на полосатый бело-чёрный многогранник, повисший над островком. Вольт расправил щупальца (кроме того, на котором стоял Гедимин), накрывая метров сто с островками и зданиями волокнистым куполом.
- Да не обмелеет озеро Лит! Вот я пришёл посмотреть, как живёте вы на новых водах.
- Вольт! – Тайкема с подвесками прижала одну руку к груди, другую – ко лбу. – И вы с сыном пришли сюда? Мы слышали вчера его голос, но он прошёл мимо…
- Он вернётся, - заверил Брайан, втягивая щупальца и снижаясь. – Вижу, башни строятся, и с нарвенгами у вас мир…
- Нарвенги – хорошие соседи, - подвески на бивнях Тайкемы звякнули. – Ты и их возьмёшь под свою руку? Им бы выйти из болот на холмы. Видно, что им тут плохо живётся. Не все рождены в озёрах хашта…
- За них я решать не могу, - отозвался Брайан. – А что с короткой дорогой? Или так и пробираетесь мимо взрывных гор?
Тайкемы глухо заворчали.
- Для вас, бессмертных, дорога, может, и короткая, - «жрец» помрачнел. – Но нам не пройти. Яркий, сжигающий сидит у реки и закрывает путь. Кто-то из детей Древнего Владыки или же… тебе, равному им, виднее. Мы не знаем, что сказать ему, и не знаем, что подарить. Его свет обжигает издали. Может, ты с ним знаком лучше?
- Я знаю, о ком вы, - сказал Вольт, покосившись на Гедимина всеми глазами на одной стороне. – Сам я вряд ли найду с ним общий язык. Но со мной тот, кто знает многих таких существ, и кого знают они. Гедимин, вы не против побыть посредником?
Мигнул и сам сармат, и все вокруг – видимым он стал резко, в одно мгновение. Тайкемы дружно посмотрели, на чём он стоит (всё на том же щупальце – на островок его почему-то не спустили), смерили взглядом чёрный скафандр и навострили уши.
- Шемт Гедимин, Чёрный Странник! – жрец пригладил усы. – Твою тень видели нарвенги. И Жёлтые Молнии встречали тебя на тропе. Значит, ты – друг Вольтов?
Гедимин кивнул.
- Я не нападаю первым, - буркнул он. – Хранители станций – тоже. Говоришь, один из них не пускает вас в портал? Как? Это смертельные лучи, или жжение на коже, или что-то внутри головы?
- Удобнее было бы сойти на сушу и говорить уже спокойно, - вполголоса заметил Брайан. Тайкемы быстро переглянулись, зашевелили ушами, и сразу пять рук протянулись к «острову торговли».
- Будь нашим гостем, Чёрный Странник, - жрец чуть наклонил голову и коснулся вибрисс. – Сейчас все соберутся. Пока ты ждёшь – что тебе принести? Что едят шемты, что пьют?
…Гедимин с полными карманами образцов сидел на циновках у «гостиницы». На островке и на мелководье вокруг становилось всё теснее – Тайкемы сплылись со всего посёлка, даже кузнецы оставили работу. Откуда-то выбрались и трое хлоргеоров – не считая того, который пришёл с нарвенгами и успел вернуться в «гостиницу». Нарвенги вышли было на улицу вместе с ним, но посмотрели на тесноту и устроились внутри здания, у двери, подтянув повыше циновку-занавесь. Вольт, «чтобы не смущать» Гедимина, висел над крышей – и смущал, похоже, всех сразу, даже хлоргеоры на него косились. Да и трудно было не обращать внимания на глазастый многогранник, даже если он втянул щупальца…
- Мы не видели шемтов ни внизу, ни наверху, - один из тех, кто пытался пройти «коротким путём», сидел на соседнем камне и заметно волновался. Впрочем, всем «очевидцам», которых собрали по Уэлькечтину, было не по себе. Это была явная группа разведки, может, даже боем, - жилистые, быстрые в движениях, с крупными «бивнями», со следами шрамов под шерстью.