Темный полдень (СИ)
— Братан, — хохотнул Алексей, — поздравляю, ты спас полудницу, и она сидит у тебя в гостях. Не хотите ли закусить парой детишек, Айна?
Я невольно фыркнула, пряча улыбку.
— Только в виде пирожков, Алексей.
Юлия тоже не сдержала улыбку, а вот Андрей напротив, чуть нахмурился.
— Чем это грозит Айне? — коротко спросил он.
— В принципе — ничем. Поймите, в мифологии коми, хоть и присутствуют капища, жертвоприношения, язычество, злые духи, но…. они не кровожадны по своей природе. Не приятно — ну да, смерть волка — тоже не радостно. Ловушки в лесу…. Опасны. Но это всего лишь ритуалы. Им сотни лет… и я не вижу реальной опасности для вас. Самое лучшее — просто не ходить на то место и оставить местным их местные суеверия. Возможно, Айне предложат исполнить какую-то роль в предстоящем празднике летнего солнцестояния — время правленияЛуншӧрики. То, с чем вы тут столкнулись — всего лишь вариация местных верований, которые распространены по всей Республике Коми и в Коми-пермяцком округе, не более. Да, чуть более мрачное и неприятное, но не думаю, что опасное. Хотя… выглядят эти кадры, как сцены фильма ужаса, с этим согласна.
Слова Механошиной звучали уверенно и спокойно, но тревога, которую я ощущала внутри, не отпускала. Её попытка объяснить всё как часть безобидных местных верований не слишком успокаивала, особенно после всего, что я успела увидеть и почувствовать в этом забытом богом месте. Алексей хмыкнул, казалось, что его вся ситуация развлекала. Андрей, напротив, выглядел сосредоточенным и хмурым, его челюсти сжались, когда он слушал объяснения.
— Луншӧрика… Время правления, говорите? — повторил он с ноткой недоверия в голосе. — Только ритуалы?
Юлия кивнула, складывая руки на груди и изучающе глядя в камеру, её взгляд оставался спокойным и слегка отстранённым, словно она обсуждала обыденную тему лекции в университете.
— Да, ритуалы. Понимаете, лето у Коми — время особое, когда они всегда обращались к силам природы с просьбами о защите, плодородии, хорошем урожае. Луншӧрика, если её воспринимают как фигуру, связанную с плодородием и светом, может стать символом обильного урожая, успешного лета. Возможно, это даже попытка воссоздать забытые ритуалы, вернуть прежнюю магию природы в их жизни.
Я нервно закусила губу, всё ещё не зная, как относиться к её словам. Андрей не отрывал от неё взгляда, словно пытаясь найти в её словах подтверждение своих опасений.
— А если это не просто ритуал? Если за этим стоит что-то большее? — продолжал настаивать он, напряжение в его голосе ощущалось отчётливо.
— Слушайте, Андрей Николаевич, — с лёгким раздражением отозвалась Юлия, поправляя очки, — я исследую традиции, ритуалы, мифологию, а не реальные угрозы. Если вас беспокоит что-то конкретное, например, исчезновение людей или агрессия местных, тогда вам не ко мне, а в правоохранительные органы. Но если всё сводится только к странным символам, ритуалам и пугливым старикам — то это не выходит за рамки того, что я сказала. В принципе, — она покачала головой, — из того, что вы мне дали — это все.
— Спасибо, Юлия Александровна, — поспешил вмешаться Алексей. — Ваша помощь неоценима. И вы нас конкретно успокоили. А то от фото даже у меня шерсть на загривке дыбом вставала.
— Да… — согласилась она, — думаю можно поздравить фотографа — отлично переданные кадры. Но это всего лишь обряды… но местные в них искренне верят, тоже не забывайте об этом.
Не измывайтесь над чужой религией. Это и нехорошо, и неприлично, и… небезопасно (А.Сапковский). Я в свою очередь все-таки попробую узнать чуть больше про Акань. Это вопрос, который меня действительно зацепил…. Поговорю с коллегами. С вашего разрешения, отправлю им снимки.
Попрощавшись с нами, женщина отключилась, на последок попросив держать ее в курсе, если мы обнаружим что-то еще.
— Весело у вас там, однако, — прокомментировал Алексей. — Хорошо ты, Андрюх, устроился: и природа, и адреналин, и девушка красивая рядом — и все в одном месте. Это я в Москве, как дурак, целыми днями савраской бегаю. Андрей, ты документы подписал? Мне бухгалтерия скоро голову снесет, они в налоговую не могут отчеты без твоей подписи отправить.
— Подписал, отправлю сейчас. Леш. Я зачем тебя генеральным поставил?
Чувствуя себя лишней, я одновременно боялась пошевелиться. То, что происходило сейчас приоткрывало Андрея с иной стороны, с той, о которой я даже не подозревала. Он открыл второй ноутбук, быстро пробегая глазами документы.
— Я пойду на кухню, — тихо предложила я, не желая влезать туда, куда меня не приглашали.
— Сиди спокойно. Я скоро.
Алексей чуть приподнял брови, и пожал плечами, посмотрев на меня.
— Готово. Леш, я отклонил запрос из Тайланда. С ними не работаем.
— Хорошо. Тоже не горю желанием, — согласился мужчина с экрана, — Андрей, тебя не хватает.
— Меня не хватает десять лет. И все равно все работает. Не начинай. Ты — главный. Смирись.
— Слушаюсь, насаааальника, — передразнил Алексей. — Ладно, ребят. Мне пора. Андрей, Айна, берегите себя. Андрей, если что — вызывай ребят, приедут. Айна…. Рад познакомиться, полудница. Присмотрите за моим братом краем глаза.
— Ну разве что самым краем, — отозвалась я, — приятно было познакомиться, Алексей.
— Дурдом, — вздохнув, прокомментировал Андрей, поворачиваясь ко мне. — Прости. Леша всегда такой….. — он снова пытался найти слова.
— Энергичный? Я заметила, — я улыбнулась. — Но он любит тебя, за это ему можно простить все.
— Ему и прощается, — немного смущенно ответил Андрей, глядя на меня снизу вверх, — а он — пользуется. Паразит.
— Вы очень похожи…. Только ты старше и мудрее, так что…
— Айна, — перебил меня Андрей грустно улыбнувшись, — мы близнецы. Я старше его ровно на 5 минут.
Я открыла рот и так же его закрыла, не зная, что и сказать. Да, схожесть братьев была неоспоримой, но Алексей выглядел лет на 40, если не моложе, а Андрей….
— Сколько тебе лет? — вырвалось у меня.
— 43. Судя по твоим глазам, выгляжу плохо.
— Тактичность будет считаться враньем? — пискнула я.
Он рассмеялся своим бархатистым, глубоким голосом, поднимаясь на ноги и подавая руку мне.
— Нет. Не будет. Но я предпочитаю правду. Останешься на обед?
25
Июнь
Я не только на обед осталась, я провела в доме почти весь день, внутренне не желая возвращаться в село, где меня по-настоящему ждала только наша кошка Обжорка. Андрей не возражал. Когда после обеда он вернулся в свой кабинет, то выдал мне маленький золотистый ноутбук.
— Держи. Он сейчас твой. Я установил расширения. Тебя не отследят. Можешь смело работать.
— Андрей…. — у меня перехватило дыхание, а в носу внезапно защипало.
— Это всего лишь ноутбук. У меня их много. Работа — это важно, Айна. Я знаю насколько.
— Спасибо….
— У меня интернет спутниковый — быстрый. Если хочешь… можешь поработать. Здесь. Я буду у себя. Мне тоже нужно поработать.
Он оказался прав — интернет просто летал. Я давно не испытывала такого удивительного чувства, когда можно раскрыть миллион вкладок и работать с большим массивом данных. Да и ноутбук был достаточно мощным для работы. Я наконец-то открыла свою основную почту в которую не заходила уже почти два месяца, настроила мессенджеры, даже вышла в свои соц. сети, используя резервные коды и почты.
Новости, конечно, не обрадовали, но и в особый шок не ввергли. Баринов оставался верен себе — меня продолжали полоскать по всем информационным каналам и журналистским сообществам. Моего главного редактора задергали акционеры и владельцы издания, но вроде серьезных проблем у него не возникло. По нашим договорённостям, он полностью переложил вину на меня — так было проще для нас обоих. Как ни странно, вся эта ситуация уже не казалась мне катастрофой мирового масштаба. Да, Рома почти уничтожил меня, однако сломать меня ему так и не удалось, и это вызвало во мне нечто вроде ехидного злорадства. Судя по сообщениям знакомых, кто еще относился ко мне более менее лояльно — он продолжал поиски и даже усилил их, что опять вызвало злую усмешку. Я так и представляла его красивое лицо искаженное бешенством, чувствуя удовлетворение от этого.