Страж Кодекса (СИ)
— Видал, Белый? — продолжал ржать Ефрем. — Пока ты там в больничке лежал и хренью занимался, парень уже взял всё в свои руки. Красавец!
Я пожал плечами и хмыкнул.
— Вольно, Иваныч. Где сейчас Кристина?
— Госпожа находится в особняке в компании Шереметьева Владимира Александровича. Согласно вашему приказу, за ним неустанно ведётся наблюдение и постоянный контроль!
Услышав о Шереметьеве, дед поджал губы и двинулся в особняк. Чую, что Александровича ждёт незабываемое знакомство, но это уже его половые трудности. Дед после новости о них с Кристиной слегка остыл, но разговор им предстоял тяжёлый.
— Ставлю бутылку самогона, что Петя выкинет его со ступенек и пошлёт нахер, — ухмыльнулся Ефрем.
— Ты часы уже продул, хочешь и без алкашки остаться? — улыбнулся я, держа Славика на руках.
— Жизнь без риска — не жизнь. Ну так что?
— Кхм… Если позволите, господин, — заговорил Иваныч. — Я бы тоже поучаствовал в споре.
— Как и я… — кивнул Захар, роясь в багажнике.
— И мы тоже, господин, — появились из теней двое бойцов, возглавляемых Бореевым.
Я заржал. Сразу видно, что парням все эти дни было скучно без какого-либо движения. Тренировки и служба — ничего более, а когда боец скучает, он начинает себе придумывать веселье сам.
— А давайте, — посмотрел я на каждого из них и сказал: — Делаем ставки! Я за то, что Кристина уговорит деда, и тот ничего не сломает Шереметьеву!
— Я за то, что глава выгонит его, и…
— Ставлю на то же, что и Ефрем Михайлович…
— Я на господина!
Мы с Ефремом уже вдвоем начали ржать, пока бойцы подходили и каждый ставил то зарплату, то какой-либо личный артефакт. Веселье набирало обороты, и останавливать я его не собирался.
— Ставки сделаны! — крикнул я и с ухмылкой сказал: — Ставок больше нет!
И ровно в этот момент раздался крик Александровича и рёв деда:
— Петр Алексеевич, но я ведь люблю её!
— Я тебе дам, люблю! А ну иди сюда и, возможно, я тебе ничего не сломаю! Но это не точно!
Глава 16
Следующее утро началось с того, что Ефрем сразу же начал тормошить Терентия, с которым я его познакомил, и искать себе место для огорода с садом. Старик не мог сидеть на месте, а потому принялся за своё любимое дело, подготавливая почву и всё в таком духе. Я в это время сидел на веранде со свежезаваренным кофе и оладьями от Тамары Петровны. Всё же она волшебница! За такую готовку её бы в моей прошлой жизни Орден отобрал с руками и ногами, определив в крепость главным поваром!
Земля вздыбилась и целые пласты взлетели в воздух. Строительные бригады Гордеевых, что уже достраивали баню — да-да, у нас тоже будет банька — охреневали от того, что творил старик. Их прораб, представившийся Фёдором Викторовичем, вчера отчитался мне и деду, что казармы для бойцов готовы, и вскоре они примутся за само поместье. Предстояло много работы именно с домом, ведь я хотел действительно крепкий фундамент, а не фуфло. Необходимо было привезти камни из Разломов, обработать их в блоки и доставить сюда. А это всё — деньги и время. В основном, деньги, конечно же. Но с этим пока был порядок. Шкуры окупились очень хорошо. Я бы даже сказал — отлично. Терентий показал мне, сколько смог сторговать и поиметь с благородных, что купили их, и я был впечатлен этой ценой. Почти четыреста тысяч рублей. Этого хватит, чтобы заплатить за казармы, баню, несколько складов и обновить фундамент особняка. Но только на это… Нужно ещё достать бабло.
Ефрем прошёлся по узкой дорожке, а по бокам от него висели огромные куски земли. Старик размял шею, а затем топнул, земля раскрошилась и упала туда, где была. Ещё один топ, и вокруг отмеченных на глаз грядок появились границы.
— Доброе утро, братик, — подошла ко мне Кристина со спины и, чмокнув в щёчку, с улыбкой уселась на свободный стул. — Как спалось?
— И тебе, Крис, — ответил я на её улыбку своей, глотнув кофе. — Да нормально. Отрубился почти сразу же. Что там Александрович?
— Они сейчас с дедушкой чай пьют на кухне, — чутка смутилась сестра. — Вроде бы, всё обошлось.
Я хмыкнул и кивнул. Спор мне не удалось выиграть, ведь старик всё же сломал Шереметьеву одну из костей. А точнее — ногу, когда тот пытался сбежать и обещал вернуться. Наивный… Дед его отпускать не желал, и раз тот заикнулся о любви к сестре, то просто так не отделается. Ну как сломал, так и исцелил. Точнее, вызвал к нам в особняк одного из целителей, что работал в госпитале Морозовых, который находился в Царицыне. В итоге: спор выиграл Иваныч. Он даже угадал, какую именно ногу сломает дед, а потому мужик был доволен, когда Ефрем вручил ему бутылку самогона, я — деньги, а остальные то, что ставили. Веселье разрулило общую скуку бойцов, и те принялись за службу с большей отдачей.
— А Ефрем Михайлович надолго с нами? — спросила сестрёнка, намазывая масло на хлеб и посыпая его сахаром.
— Сложно сказать, — ответил я. — У нас с ним договор, и я дал обещание, что помогу ему.
— Что за договор? — сразу же заинтересовалась Кристина.
— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — ухмыльнулся я. — Это наше с ним дело.
— Бу-у-у… — надула губки сестра. — Ну и ладно. Я хотела сказать, что это хорошо, что он здесь. Он же это… Гранд, да?
Последние слова она сказала очень тихо, будто боясь, что нас услышат.
— Ага, — со все той же ухмылкой кивнул я.
— Очуметь… — выдохнула сестра, а затем посмотрела на Ефрема, который двигался в нашу сторону.
Старик взял подготовленные лопатки и рассаду, что купил в магазине садоводов, негромко напевая:
— Расти картошка большая и маленькая… Я с лучком пожарю тебя и мясца добавлю… Хряпну самогончика, и жизнь станет краше… Расти-расти…
Из нагрудного кармана его рубашки показались четыре мелких морды, одна из которых помахала мне ручкой-веточкой. Как и сказал, я позволил Ефрему воспользоваться помощью Трентов, а раз старик уже видел их силу, то он весь горел в нетерпении!
— Уау… — широко зевая и потирая глазки, к нам пришёл Славик. Мелкий волочил за собой коробку печенек, а в ещё одной лапе держал бутылочку с молоком. — Доблое утло…
— И тебе, Славик, — улыбнулась сестра.
Малой забрался на стул, понежился от поглаживаний умиляющейся Кристины и принялся за свой завтрак. С этими двумя вообще смешно получилось. Когда Крис увидела мелкого, то запищала от радости и сразу же бросилась его обнимать. Славик от такого напора растерялся, а когда его зажали и чуть не задушили, смотрел на меня с мольбой во взгляде. И да, он принял её, как и деда. Не сразу, сначала понюхал и полазил в волосах, удивляясь их длине, а затем поделился печенюхой.
— Господин, — подошёл ко мне Терентий. — Вам пришло прошение об официальном визите от некого Соколова Григория Витальевича. Он просит личной встречи.
Эм… А это что за перец и что ему надо?
Хлюпнув кофе, я с немым вопросом уставился на Терентия, а затем взял прошение.
— Это босс Маши, брат, — сказала Кристина.
— Хм, и что ему надо? — открыл я письмо. — Уважаемый… Ага… Угу… Хрень, — отдал его обратно Терентию. — Можешь сжечь его.
— Как прикажете, господин, — поклонился слуга и ушёл.
— Братик, Маша очень просила…
— У меня нет времени на её просьбы, Крис, — отрезал я. — Что ты так на меня смотришь? Мы выпили, отдохнули и доставили друг другу удовольствие. И что? Я обязан теперь выполнять её просьбы и просьбы её босса?
— Это же просто разговор, — потупила сестра взгляд. — Тем более, что ты ничего не теряешь же…
Ничего, кроме времени, а время — это слишком дорогой ресурс. Тем более, что завтра должен будет приехать староста Красной Слободы со своими коллегами, и из их докладов мне предстояло решать, что делать дальше. Лесопилка с рудником и ископаемыми никуда не делась. Да и поля тоже.
— Терентий! — крикнул я.
Слуга появился буквально из воздуха, застыв за моим правым плечом.
— Господин?
— Я передумал. Отправь обратное письмо этому Григорию и скажи, что у него есть сутки. Пусть приезжает сюда.