Страж Кодекса (СИ)
Иваныч, и правда, принёс плохие вести. На деда совершили покушение. Какие-то ублюдки подорвали его машину, убив при этом водителя и охранника. А когда поняли, что старик выжил и попытался сбежать, бросились в погоню. Тридцать минут… Эти собаки гнали его тридцать минут по улицам Москвы, пока не ушли из-за приезда полиции. И пусть дед отбивался, убив одного из нападавших, сам получил серьезное ранение.
Я первым же рейсом вылетел в столицу. За старшего остался Иваныч, что не хотел меня отпускать, но выбора у него не было. За сестрой вновь приставили Романенко, вылезшего из своей подсобки и желающего отправиться со мной, но тут моё решение было категорично. Я еду один. Сейчас вся гвардия нужна на новом месте, охраняя земли, слуг и мою сестру. Тем более, что в одного мне проще. Не нужно ни за кого отвечать. Насчёт моей неожиданности в кровати тоже всё уладил. Хорошо, когда есть Кристина, которой это можно поручить и свалить.
Такси подъехало к госпиталю имени Вернадского, принадлежавшего Морозовым. Они были имперским родом целителей и у них практически монополия на подобные учреждения. Одно хорошо — здесь старик был в безопасности. Идиотов, решивших бы попытаться убить его в таком месте, нужно ещё поискать.
Девушка в регистратуре проверила мои документы и назвала нужную палату, к которой я поднялся по лестнице и столкнулся лицом к лицу с… Да ладно⁈
— Дмитрий, здравствуй, — улыбнулся в седую бороду глава рода Морозовых.
— Здравствуйте, Павел Алексеевич, — кивнул я ему и спросил: — Как он?
— Жить будет. Что с этим старым брюзгой станет? — хмыкнул Морозов. — Основные очаги поражения я убрал и восстановил потоки энергии. Сейчас ему нужен покой и отдых. Ты надолго в Москве?
— Проездом, — уклончиво ответил я.
— Понимаю. — он огляделся. — А где твоя охрана?
— Дома. Я приехал один.
Морозов чуть внимательнее осмотрел меня и заметил перекинутую через спину сумку, а также мой немного взъерошенный внешний вид.
— Я ещё около часа буду в госпитале, — положил он мне руку на плечо. — Когда поговоришь со стариком, зайди ко мне, хорошо?
И что ему нужно? Не чай же он попить со мной хочет. Да и вообще, как-то странно, что он здесь. Нет, я знал, что Морозов и мой дед — старые товарищи, а также то, что этот род часто помогал нам, хотя старик об этом не говорил.
— Хорошо.
Как только Морозов ушёл, я открыл дверь и оказался в палате. Пахло тут отнюдь не цветочками, а спиртом и мазями. В вип-палате, а это была именно она, находилась всего одна шконка. Именно на ней сейчас лежал с закрытыми глазами весь перебинтованный и отдыхающий дед.
— Хорошо устроился, — присел я на ещё тёплый стул возле него, аккуратно ставя сумку на пол и осматриваясь. — Молодых медсестёр ещё не лапал?
— Пытался, — прохрипел старик, открыв глаза и мутным взглядом посмотрев на меня. — Но порох уже не тот.
— Какие твои годы, — хмыкнул я, а затем серьезно спросил: — Кто?
— Не знаю, — попытался дед пожать плечами, но скривился. — Вариантов слишком много, чтобы назвать конкретный.
— Но что-то же ты нашёл. — от былой веселости не осталось и следа.
У нас со стариком тема подобных разговоров уже пройдена. И если на людях мы общались официально и со всеми вытекающими, то один на один могли позволить себе вольности. Особенно я, для кого даже император не особо авторитет.
— Ты зря сюда приехал, — вздохнул он. — Тем более один.
Ну да, он тоже меня хорошо знает, так что удивляться его догадливости не стоит.
— Мне нужно имя, старик.
Он молчал. Секунд двадцать точно, но затем вновь вздохнул и слабо произнёс:
— Самойловы. Всё, что я нашёл, ведёт к ним. Дома… Документы…
Значит, ублюдки решили взяться за старое? Именно Самойловы, Годуновы и Шереметьевы были теми, с кем мы воевали. И пусть император урегулировал ту войну, факт оставался фактом. Но ничего, тогда у меня не было силы. Не было моего Океана Душ. Теперь же всё иначе.
Я положил ладонь поверх руки старика, ощущая шершавость грубой кожи. Простое сканирование души, которое показало, что с ним всё будет нормально, и никакую хрень ему не подсадили во время покушения. Значит, теперь нужно только время.
Дед закрыл глаза и уснул, а я поднялся со своего места и ещё несколько секунд смотрел на его уставшее и измотанное лицо.
— Ой, прос… — замерла в коридоре молодая медсестра, как только я вышел из палаты.
Я бросил на неё равнодушный взгляд, от которого она побледнела и отступила на несколько шагов. Океан Душ внутри меня бушевал, а руки чесались найти выродков. О Кодекс, давно я не был так зол. Ну ничего, найду, прикончу и закопаю. Не стоило этим мудакам показываться из своих нор и злить Охотника.
* * *— Мы на месте, Дмитрий Борисович, — спокойно произнёс боец рода Морозовых, что подвёз меня до особняка.
— Ага, спасибо, — улыбнулся я ему и вышел из машины, сразу же ощутив прохладный воздух.
На улице уже вечерело. Всё же в поездке я провёл достаточно времени, а потом ещё и с Морозовым разговаривал. На час он остался в госпитале, ага. Мы гоняли с ним чай порядка трёх часов, где я выуживал из него информацию по новостям столицы. Я мог бы это сделать и в сети, но лучше же первоисточник. Павел Алексеевич был тем ещё любителем поболтать и на мои уточняющие вопросы вполне себе отвечал. Мы оба понимали, что интересуюсь я не просто так, а потому с каждой чашкой чая он смурнел и становился серьёзным. Морозов хотел узнать, что именно я задумал и не собираюсь ли делать глупости, на что я успешно промолчал. Дураком он не был — смекнул быстро, а потому сейчас за особняком наблюдали две группы гвардии его рода. Разумеется, я не просил его об этом. Да и в теории не должен был догадываться, но Охотник я или кто?
Для вида оглядевшись по сторонам на улице, я зашёл в дом и первым делом поднялся в свою комнату. Было у меня предчувствие, что если ублюдки и сделают второй шаг, то именно сегодня ночью. И раз дед сейчас под защитой имперского рода, то целью буду я. От такого поворота на моём лице играла холодная ухмылка предвкушения, и я вытащил из сумки яйцо.
Мои мысли касательно пробуждения Ферокса были верны. Даже слишком, раз на скорлупе появились первые трещины. Сегодня или завтра он должен вылезти, а раз я не знал, кто именно придёт по мою душу, то нужно устроить ублюдкам сюрприз.
— Ну-с, тебе это не понравится, малыш, — засучил я рукава рубашки и положил ладони на яйцо. — Но так надо. Будем считать, что я просто дам тебе витаминку в виде энергии.
Шестнадцать. Ровно столько желеек мне пришлось сожрать, чтобы скорлупа начала трещать, пока её верхняя часть не отвалилась и наружу не показалась мордочка Ферокса. Малыш обладал белым окрасом шерсти, что сейчас была измазана в какой-то слизи, а когда его голубые глазки открылись, он взглянул на меня.
— М-ма-ма…
— Скорее уж папа, — улыбнулся я.
Ферокс помахал ушами, почесал их одной из лап и вывалился из скорлупы. Сейчас тот самый миг, когда нужно было его привязать. Проткнув палец уже заготовленным ножом, я поднёс его к носу Ферокса. Тот понюхал, фыркнул, но лизнул. А затем я послал часть своей силы внутрь него, закрепляя наши души. Канал энергии с каждой секундой становился плотнее, высасывая из меня силы, как насос. Приходилось опять жрать желейки, от которых подступала изжога. Души тратить было не вариант, они ещё пригодятся.
— Ма! — раскидал Ферокс остатки скорлупы и вытянулся во весь рост, попрыгав на месте.
Ростом он был пусть и небольшим, где-то с мою голову, но это пока. Да и его мелкий вид только играл на руку. При желании, этот нюанс быстро исправлялся на трёхметровую машину для убийств.
— Как бы тебя назвать-то… — почесал я затылок. — Годзилла? Нет, не подойдёт… Хм, а ведь точно! Славик! В честь Славии, моих братьев и легионов!
— С-с-с-славик! — подпрыгнул Славик, похлопал четырьмя лапками в ладошки. — С-л-а-в-ик!
— Ага, Славик и Димон, — хмыкнул я, потрепав мелкого по голове и испачкав руку в слизи. Но да пофиг.