Страж Кодекса (СИ)
— Ты взял этот контракт? — спросила Мария.
— Хотел, — серьезно кивнул Григорий. — Деньги сулили не малые, как и связи в столице. Сама понимаешь, бизнес есть бизнес. Но после твоего доклада, а также остальной группы, я решил повременить. Ну и всё разведать, разумеется.
Девушка вздёрнула брови в недоумении. Не знай она своего босса, то решила, что он опасается, но это не так. Григорий мало чего боится, и никогда не пасует.
— Но почему?
— Барьеры, Мария, это не самое занимательное из того, что ты мне рассказала, — постучал мужчина пальцем по папке, которая вновь оказалась на столе. — И то, что Дмитрий Белов был не одарён тоже. Такое случается. Позднее пробуждение. Но вот то, что он сделал с Антоном и как это провернул… Что ты знаешь о Архимагистрах?
— Они в идеале оперируют энергией и их техники действуют без изъянов и в них нет уязвимостей, — чётко ответила девушка.
— Это то, что тебе рассказали в академии, — хмыкнул Григорий. — По факту же, талантливые Архимагистры могут оперировать не только своей, но и чужой энергией. Поглощать её из техник врагов, а затем ассимилировать. Проблема этого метода в том, что выхлоп будет небольшим. С Беловым же…
— Он вдарил так, что сжёг всё! — прикрыла Мария рот ладошкой. — Он Архимагистр⁈
— Не знаю, — развёл мужчина руки и хохотнул от того, как скукожилось лицо подчинённой. — Но он меня заинтересовал. И не только его сила, появившаяся из не откуда, но и то, как он взялся за дела в поместье.
— О чём ты?
— Ты же знаешь, что Дорохов у нас сын старосты Рыбачьей? — увидел он кивок Марии и продолжил: — Так вот, он сказал, что его отец сейчас весь на иголках и впервые за пять лет достал свой военный китель. Вся деревня начала жужжать, как улей. Помимо этого, ещё несколько других старост деревень на землях Беловых зашевелились. И это… Становится интересно. Думаю, что нам стоит навестить его, и сделать это как подобает.
* * *Долго в госпитале мариноваться не пришлось и вскоре я уже стоял у главных ворот, смотря на своих людей, что прибыли сюда всем отрядов. Вооруженные и готовые ко всему, они ждали только меня. И не только они, но и один хлыщ, что подвёз меня на Бэтере.
— Кристина? — спросил я у Иваныча, подойдя к ним.
— В безопасности, — отрапортовал командир гвардии и продолжил: — Периметр поместья усилен двойками. На главных подъездных дорогах наблюдатели, к госпоже приставлен прапорщик Романенко.
Я хмыкнул. Другого от Иваныча ожидать и не стоило. За Кристину он переживает даже больше, чем за меня. И раз ему пришлось отчалить за мной, то он оставил с сестрой секретное оружие рода Беловых. Забавно, но если бы в тот раз Антон решил всё же напасть и мы с Иванычем бы не справились, что очень вряд ли, то в дело бы вмешался Романенко и тогда всё. Этого перца даже дед старается особо не трогать, а я иногда с ним в картишки гонял и пиво по выходным опустошал. Хороший он дед, и прапорщик тоже, но характер у него…
— Приказы, господин?
— Домой, Иваныч. Едем домой, — вспомнил я, что хотел в мебельный заехать. — Но по пути заскочим кое-куда. Думаю, что нашей делегации не откажут.
— Принято, — кивнул мужик и гаркнул: — По машинам!
Бойцы начали грузится во внедорожники цвета хаки, а я взглянул на стоявшего в двадцати метрах Шереметьева. Парень тоже смотрел в мою сторону, а когда наши глаза встретились, сделал первый шаг.
Ну-с, и чего ему надо?
— Дмитрий Борисович, — спокойно, со всеми аристократическими манерами, начал он. — Рад, что с вами всё хорошо.
— А уж как я рад, Владимир Александрович, — ухмыльнулся я. Имя своё он мне ещё в Бэтере назвал, когда ехали в госпиталь.
Разговор как-то не шёл. Парень всё пытался подобрать слова, а я улыбался и держал руки в карманах.
— Владимир Александрович, — демонстративно взглянул я на часы. — Вы что-то хотели? У меня ещё множество дел и стоять здесь я не горю желанием.
Он набрал полную грудь воздуха, а затем шумно выдохнул и протянул мне руку:
— Я рад наконец-то познакомится с тем, о ком так много рассказывала Кристина.
Я замер, рассеяно начав смотреть то на его потную ладонь, то на лицо. Меня редко можно выбить из самообладания. Да я таких ситуаций всего пару могу привести, и все они касались попоек со Старым Маком, но сейчас Шереметьеву это удалось.
Видя, что я не собираюсь отвечать на его жест, парень поджал губы и опустил руку, собираясь уйти.
— А ну стоять, — вздрогнул он от моего ледяного тона, остановившись.
Медленно и демонстративно я достал телефон и сделал дозвон. Раздались гудки, а затем ещё гудки… Мелкая пигалица опять свой телефон где-то оставила.
— Господин? — спросил Иваныч, ожидая меня возле машины и тоже находясь в удивлении.
Трубку так и не взяли. Подняв убийственный взгляд на парня, отчего он побледнел, ведь сейчас у меня на лице читалась натуральная холодная ярость, я широко улыбнулся и сказал:
— Владимир Александрович, как насчёт того, чтобы вы посетили наше поместье? Думаю, что Кристина, — выделил я имя сестры, а до парня начало доходить, что именно он ляпнул. — Будет рада встрече. Как насчёт сейчас? — схватил я его за локоть и потащил к машине. — Да ты не брыкайся, Александрович. Никто тебя убивать не будет. Но это не точно…
— Убивать⁈ Ну и шутки у вас, Дмитрий Борисович… — натянуто улыбнулся аристократ. — Это же ведь шутка была?
— Конечно шутка, — хмыкнул я, а затем отдал приказ: — Планы изменились, Иваныч. Теперь точно едем домой.
Глава 6
Домой мы добрались не сразу. Всё же я не удержался от того, чтобы не остановится у кондитерской, которую мне советовал консультант магазина. Не, ну а что? Мимо же проезжали, а тут пончики на ветрине и торты всякие. А раз мне не удалось устроить нормальную зарубу с демонами, то я решил, как говорит Кристина: Заесть стресс.
Итоге закономерен. Пончики хороши, а остальное херня. Набрал я конечно не только первых, но и множество второго. Чувствую, что после разговора с сестрой ей понадобится подобное топливо, да и своих людей тоже нужно угостить и накормить. Так мы и ехали, тремя машинами гружённые разной кондитеркой, а бойцы на заднем сиденье спорили, какое пирожное лучше. Шереметьев, что сидел в середине, особо рад подобному не был, но кто его спрашивал? Сам виноват, что спалил их с Кристиной романс, а мне теперь разгребай это всё и выясняй, что ещё эта пигалица сделала.
— Что ты такой смурной, Александрович? — перешёл я с ним на ты. — Скушай пончик и будь счастлив.
— Мне нельзя сладкое, — сухо ответил парень и поморщился, когда на его штаны упала сахарная пудра. — Аллергия.
— А пиво? — обернулся я к нему, откусив пончик с карамелью.
Бойцы, что бурно спорили минуту назад, смокли и внимательно посмотрели на парня. Даже вечно суровый сержант Маслов, что был у нас водителем, бросил серьёзный взгляд на зеркало салона.
— Кхм… Тёмное нефильтрованное.
— Тц-ц…
— С вас сотка, господин, — хохотнул Бареев, глава скрытников рода, и подмигнул ничего не понимающему Шереметьеву.
— Каждому, — вторил Маслов и серьезно кивнул.
— На вас бабла не напасёшься, — ворчал я, доставая бумажник и купюры, которые сразу же разошлись по рукам. — Дармоеды.
Мужики заржали, а вместе с ними и я. Александрович на все эти махинации только головой крутил и недоумевал, пока не выдал:
— Вы спорили? На меня⁈
— Ага, — ухмыльнулся Бареев, а его напарник кивнул.
— А раз вы… — обратился ко мне парень, но видя, как я поморщился, исправился: — Раз ты, Дмитрий, ставил на другое, то на что?
Мы в это время как раз проезжали поворот и вот-вот из-за деревьев должно было показаться поместье, о чём я и сказал, вместо ответа.
— Вино, — шепнул Бареев. — Он ставил на вино.
— Кто-то слишком разговорчив? — наиграно ухмыльнулся я. — Думаю, Иваныч обрадуется этому факту и увеличит напор тренировок.
— Вот же ж…