Гамбит отражений (СИ)

Вот только даже сама мысль о повторении марсианской катастрофы в условиях густо населённого мира, не могла не вызывать дрожь.
-Так в этом и прелесть плана, - Альмарк отсалютовал Иоахиму почти пустым бокалом. - Даже если подобное и случится, виноваты будем не мы. Виноват, будет Верден. Даже если план не удасться, всё равно, действия верденцев не оставят Адлер другого выхода. А на сколько я знаю, Штудгард сейчас как раз заканчивает свои приготовления. Разве я не прав Иоахим?
-Прав, - проворчал тот. - Но всё равно. Мы не можем пойти на подобные меры. Фонд Лапласа был создан не для этого…
-Никто и не собирается нарушать Пакт, Иоахим, - перебил его Альмарк. - Уж точно не я. Но никогда нельзя забывать про побочный ущерб. И давайте будем честны. Вам не хуже меня известно, что произойдёт если Протекторат навалится на Верден всем своим обновлённым флотом. Никто из нас не заинтересован в подобном, а точнее, в столь скоротечном исходе.
В комнате в очередной раз повисла тишина, но через десяток секунд она была прервана бесплотным голосом, исходившим от пустого кресла.
-И так, ваше решение? Кто согласен воспользоваться возможностью предложенной господином Альмарком?
Первым, естественно, руку с уже пустым бокалом поднял Альмарк. Через мгновение его поддержал Тяньгоу, а следом за ним руку подняла и Летиция. Последним, с явной неохотой, был Иоахим. Альмарк удивился, ожидая, что тот как минимум воздержится на голосовании.
-Решение принято,- произнёс голос и замолчал.
-Ну и славно,- Альмарк со стеклянным звоном поставил бокал на стол. - Тогда я займусь подготовкой «Аурелии».
Он поднялся с кресла и отвернулся от стола. Три фигуры за его спиной замерцали и развеялись, рассыпавшись на тысячи крохотных и тусклых огоньков, оставив после себя пять пустых кресел и парящую в воздухе стальную плиту, которая выступала в роли стола. Тоже самое произошло и с маской, которая закрывала лицо Альмарка.
Он спокойно прошел мимо двух фигур, которые ожидали его на некотором удалении и подошел к одной из стен. Часть плиток из полированного чёрного стекла пошли рябь и сдвинулись в стороны, словно части сложного фрактального рисунка, открывая проход двух метровой ширины и высоты.
-Я хочу, что бы подготовка «Аурелии» была начата, как можно скорее, - произнёс он.
-Как скажете,- спокойно ответил идущий следом за ним Герберт Нойнер.
Лицо киборга не выражало абсолютно ни каких эмоций, кроме ледяного спокойствия и Альмарк внутренне ухмыльнулся. Уж он то знал, сколь убийственны бывают эмоции этого человека.
И как он ненавидит, когда его называли «цепным псом».
-И нужно удостоверится, что мы спрятали в воду все концы связанные с Лазаревым.
-Можете не переживать на этот повод. Никто и никогда не сможет доказать, что в той квартире был кто-то ещё. Я…
-Ты, провалился,- резко бросил ему Альмарк. - Иоахим прав. Ты провалился с Элеонорой Годдарт. Настолько провалился, что мы потеряли твоё тело. Я надеюсь ты насладился записями собственного вскрытия?
-Более чем, - ответил Нойнер всё тем же спокойным голосом. - Нет нужды мне об этом напоминать…
-Я буду делать это столько, сколько необходимо, что бы такого больше не повторялось,- грубо оборвал его Альмарк.
Нойнер замолчал, идя следом за ним. Ни что на его лице не выдало внутренних мыслей. Да и не могло, если бы только он сам не захотел. Но внутри у него кипела ярость от одного воспоминания о записях, на которых его разделывали словно животное.
Справа от него раздался до отвратительного весёлый смешок и Нойнер бросил полный ненависти взгляд на идущую рядом платиновую блондинку.
Сказать, что она была удивительно красива, пожалуй было бы недостаточно. Идеальное, словно выточенное искуснейшим скульптором лицо. Чистая и нежная, без единого изъяна кожа. Длинные и шелковистые волосы, цвета платины, падающие ей на спину.
И удивительно холодные, карие глаза.
Эти прекрасные волосы, скрывали сделанную на шеи татуировку. Чёрное клеймо, которое не тускнело с годами и которое никогда не исчезнет. По крайней мере без хорошего скальпеля и опытного хирурга.
 
Ну, или на худой конец, бутылки бренди, флакона обезболивающих, звериной решимости и идеально отточенного ножа.
Почувствовав напряжение за своей спиной, идущий перед ними Альмарк покачал в воздухе пальцем.
-Не стоит дразнить его, Филисия.
-Я и не собиралась, - произнесла она с ярко выраженным весельем в голосе. - Просто вспомнила одну смешную шутку.
-Ммм…- Альмарк улыбнулся подобной глупости. - И какую же?
-О, это очень старая шутка, - начала она.
Альмарк готов был слушать её мягкое контральто часами.
-Заходят как-то рейнец, верди и священник в бар…
  
Глава 13
 
17 ноября 785 года 
Система Рейнского Протектората - Меклен 
Померания 
Орбитальный кораблестроительный комплекс «Балт» 
Тяжёлый крейсер типа «Монро» - «Трансильвания» 
Вильям Форсетти проплыл через зону нулевой гравитации переходного тунеля и коснулся ногами палубы перед ярко подсвеченной зелёной линией. Его уже ожидали, но Вильям замер на мгновение, глубоко вдохнув носом воздух. Форсетти почувствовал его практически мгновенно. Этот особенный запах ни с чем не возможно было спутать. Едва заметный аромат металла, пластика и свежей краски. Запах нового корабля.
-Разрешите подняться на борт, лейтенант.
Недавно получивший повышение молодой офицер, казалось чувствовал себя непривычно на своей новой должности, пусть и временной. Тем не менее, Эдвин Парнелл постарался выглядеть как можно спокойнее перед лицом своего будущего капитана.
-Разрешаю, сэр. Добро пожаловать на борт «Трансильвании», командер Форсетти.
Вильям улыбнулся и кивнул ему.
-Я и сам рад буду вновь оказался в седле, лейтенант.
Кроме старшего помощника, который сейчас являлся капитанов корабля, Форсетти больше никто не встречал. И в целом, в этом не было ничего странного. «Трансильвания» ещё не встала в строй Четвёртого флота. На самом деле, должно было пройти ещё как минимум два месяца, прежде чем все работы на корабле будут закончены и техники с инженерами «Балта» выпустят их со стапелей. По крайней мере, так писалось в отчётах, которые получил Форсетти.
-Ну… Это наверное и правда здорово, - на лице Парнелла появилось смущённое выражение.- Командер, мне жаль, что мы передаём вам корабль в таком состоянии…
Форсетти вошёл в кабину лифта, которая уже услужливо дожидалась их. В его руках была сумка с личными вещами и специальный кофр с личным контактным скафандром.
-Бросьте Парнелл. Я прекрасно понимаю, что все силы верфи направленны сейчас на доведение до готовности наших тяжёлых кораблей. Менее важным кораблям эскорта уделяется и меньше внимания, так что не удивительно, что мы не стоит у них в списке приоритетов. Я уже видел отчёты и примерно представляю, с чем придётся столкнутся.
Эдвин постарался что бы его вздох облегчения был не так сильно заметен. Это была первая встреча с его новым, будущим капитаном и он внутренне ожидал, что вся вина за проволочки с доводкой крейсера ляжет на него и других офицеров, которые были назначены на ещё не законченный корабль. Но было похоже, что в этот раз ему повезло новый командир не собирался спускать на него и других офицеров «Трансильвании» всех собак.
-Благодарю, сэр.
Форсетти в ответ лишь тепло улыбнулся.
-Давай опустим звания при общении наедине, ладно Эдвин? Нам предстоит проделать ещё чертовски много работы, а я не настолько большой поклонник бесконечных расшаркиваний и военного этикета. Ты не против?
Парнелл удивлённо посмотрел на своего нового командира. Четвёртый флот был самой большой проблемой Протектората. Устаревшие, в массе своей корабли, и постоянные проблемы и проволочки с затянувшейся программой модернизации, превратили его офицерское ядро в самое настоящее змеиное гнездо, где каждый думал лишь о том, что бы сохранить своё место. И как правило, сюда назначали не самых компетентных офицеров, которые уже умудрились допустить ошибки в прошлом, но недостаточные для того, что бы убрать их со службы. Сам же Эдвин, попал сюда после трагического фиаско во время операции флота в системе Валетрия.