Сплоченные нитью (ЛП)

— О боже, пожалуйста, — умоляет она, в ее голосе слышится смесь разочарования и желания. — Кэмерон.
Я наклоняюсь ближе, касаясь губами ее уха.
— У тебя так хорошо получается, — шепчу я, мои пальцы двигаются то быстрее, то медленнее, удерживая ее на грани. — Я хочу услышать, как ты произносишь мое имя, скажи мне, как это приятно.
— Пожалуйста, Кэмерон, это так приятно, пожалуйста.
  
Я переключаюсь на свой рот, мой язык ласкает ее клитор, пальцы не сбавляют темпа внутри нее, а она становится все громче и громче.
— Черт, мне нравится, как ты умоляешь, милая, — бормочу я, касаясь ее кожи, посасываю. — Мне нравится, какая ты отзывчивая, как твое тело реагирует на мои прикосновения. — Она сжимается вокруг меня так же, как в ту ночь, когда мы впервые встретились. — Еще чуть-чуть, и ты почти у цели.
Я чувствую, как растет ее разочарование, как ее переполняет потребность в разрядке. Беру вибратор и снова увеличиваю скорость, мои пальцы и игрушка работают вместе, пока я покрываю поцелуями ее бедра.
— Мне нравится смотреть на тебя такой, отчаявшейся и нуждающейся, — рычу я низким и напряжённым голосом.
Её бёдра двигаются навстречу мне, тело дрожит.
— Да, да, о боже, да! — кричит она.
Я подвожу её к краю, затем отстраняюсь, замедляясь ровно настолько, чтобы не дать ей упасть.
— Ты так хорошо справляешься, — хвалю я.
— Пожалуйста, — хнычет она, извиваясь подо мной. — Я не могу этого вынести, пожалуйста, позволь мне кончить.
Я улыбаюсь, зная, что она именно там, где я хочу.
— Хорошо, отпусти, — приказываю я низким рычащим голосом. — Кончи для меня, покажи, как хорошо тебе со мной.
И она делает это, тело сотрясается в конвульсиях, с губ срывается крик чистого удовольствия. Ее глаза встречаются с моими.
— Вот и все. — Тело откидывается на спинку дивана. Я прижимаю ее к себе, мои пальцы все еще нежно поглаживают ее, продлевая удовольствие. — Ты невероятна, — шепчу, целуя ее в лоб.
Ее глаза распахиваются.
— Это было так весело. Даже если я не закончу свой вязальный проект, и пряжа снова за путается.
Я смеюсь и отвечаю:
— Ты все равно победитель, запуталась пряжа или нет.
Она лукаво улыбается, когда я встаю с дивана. Беру полотенце и аккуратно вытираю ее, затем беру стакан воды и кусочек ее любимого шоколада.
— Вот, пожалуйста, — говорю я.
— Спасибо, — говорит она, и ее глаза наполняются благодарностью, когда она делает глоток и откусывает кусочек шоколада.
Закончив, соскальзывает с дивана и ложится на пол.
— Теперь давай посмотрим, сможешь ли ты снова сосредоточиться на распутывании этой пряжи, — бросает она вызов, протягивая мне то, во что мы превратили ее проект. — Потому что я собираюсь усложнить тебе задачу, — добавляет она с игривым блеском в глазах.
Я не могу сдержать стон и провожу рукой по волосам.
— Знаешь, это действительно несправедливо, — бормочу я, пытаясь скрыть ухмылку, которая появляется на моих губах. — Я ничего не могу с собой поделать.
Она поднимает на меня взгляд, её глаза сверкают озорством.
— Жизнь несправедлива, ворчун, — дразнит она. Её голос становится мягче, а пальцы ловко расстёгивают мой ремень и стягивают джинсы. — Но я обещаю, оно того стоит.
— Ладно, ты победила, — сдаюсь я. — Но знай, ты очень мешаешь мне сосредоточиться.
Она ухмыляется, не отрывая взгляда от моих глаз.
— Хорошо, — шепчет она, её дыхание обжигает кожу. — Именно на это я и надеялась.
И после этого наша ночь ещё только начинается.
  
Глава 35
 
Кэмерон
13 января 
Инфлюенсер Дафна Квинн создаёт новую историю в борьбе с кибербуллингом 
— Хастингс! — кричит тренер, останавливая меня на выходе из раздевалки. — Зайди ко мне в кабинет на минуту.
— Да. Увидимся на парковке, — кричу я своей линии защиты.
— Не задерживай его, он вызвал меня на бой в Mortal Kombat, — Омар наклоняет голову, указывая на меня.
— Это будут самые быстрые пятьдесят фунтов, которые ты когда-либо терял, — фыркаю я, следуя за тренером в его кабинет. — Привет, — говорю я, садясь в кресло напротив его стола.
— Тот новый розыгрыш, который ты сегодня придумал со Свеном на тренировке, — это именно то, что мы с Иваном искали, — тренер одаривает меня широкой улыбкой. — Отличная работа, использовал его сильные стороны.
Я могу только кивнуть.
— Стараюсь работать с командой.
Мы придумали этот розыгрыш на прошлой неделе, пересматривая матч с «Парксайд Сити». Как бы я ни ненавидел сидеть на скамейке, по крайней мере, теперь я могу анализировать записи и объективно оценивать своих товарищей по команде, вместо того чтобы мысленно перебирать свои ошибки.
Сегодня мы успешно отработали этот розыгрыш. Таму пошёл вперёд, Омар и Ибрагим закрыли пространство. Он поднял левый мизинец — это был наш условный сигнал. Джун занял позицию, а Свен приготовился подстраховать. По моей команде Свен перехватил мяч головой, отправив его к Джун, который вывел его на середину поля.
Ещё одна хорошая тренировка в копилке.
— Ты проявил хорошую инициативу за последние две недели. Команда говорит, что ты с ними сближаешься, в прямом и переносном смысле, — он смеётся. — Как сам думаешь, как идут дела? — Он смотрит на меня, постукивая пальцами по столу.
Меня скручивает внутри. Я начинаю понимать, что этот парень действительно добрый, каким бы жутким ни казался его вечный улыбачий вид.
Я глубоко вдыхаю, понимая, что мои односложные ответы и мычание больше не прокатят.
— Хорошо. Скамейка напомнила мне, что я могу потерять — не только место в команде, но и любовь к игре.
Тренер встаёт, наклоняется над столом и кладёт руку мне на плечо.
— Вот оно. Искра Хастингса, которую я видел, когда ты играл в Лос-Анджелесе. Теперь я уверен, что ты готов выйти в старте против Ривертона завтра.
Я сжимаю кулак. Чёрт возьми, да!
— Я не подведу клуб. — Я встаю, чтобы пожать ему руку, но он вдруг ухмыляется и поднимает вторую руку, будто хочет обнять меня.
Ну и ладно.
Я обнимаю тренера впервые с того последнего чемпионского матча в Лос-Анджелесе.
— Я горжусь тобой, Кэмерон.
— Спасибо, что дали мне ещё один шанс, — говорю я, отстраняясь.
Овертон поднялся в таблице. Чемпионы прошлого года, Парксайд Сити, сдают позиции. Сейчас мы на седьмом месте. В этом сезоне осталось двадцать игр. Если мы выиграем хотя бы шестнадцать из них, у нас будет шанс — самый маленький шанс — вырвать чемпионство. Каждая игра отныне будет битвой, и «Линдхёрст» должен выкладываться на все сто в каждой. Из них.
Впервые за этот сезон я чувствую холодный металл трофея в своих руках. Слышу крики на стадионе, рёв фанатов, выбегающих на поле, словно поток. Фиолетовые и белые конфетти, падающие с неба.
Сто тридцать четыре дня.
Мы ещё можем победить.
Я выхожу из кабинета тренера, достаю телефон и открываю давно заброшенный чат со своей лос-анджелесской командой.
Кэмерон: 
Как насчёт того, чтобы приехать на последний матч «Линдхёрста» в мае? 
#8 Диего «Динамо» Ривера: 
ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! 
#4 Олли «Осьминог» Беннетт: 
Не могу дождаться, чтобы отпраздновать, когда ты поднимешь этот трофей, братан 
  
Кэмерон:
Дайте знать, кто сможет. Организую вам билеты. 
Выходя со стадиона, я сразу же ослеплён вспышками камер.
— Хастингс, когда вы вернётесь на поле? — кричит чей-то голос.
Чёртов ад. Я прикрываю лицо рукой, пробираясь сквозь медиа-цирк. Микрофоны и камеры выстроились вдоль моего пути. Репортёры прилипли ко мне, как мошки.