Сплоченные нитью (ЛП)

— Парни, наша соседка наконец пришла на матч! — восклицает Густафссон, показывая сторис @wooly.duck в Instagram — селфи Дафны на фоне стадиона.
— Я не вносил её имя в список для пропуска, — Мохамед толкает Густафссона. — Ты?
— Нет, — отвечает тот в замешательстве.
— Что? — Мохамед смотрит на Тэ-У, но тот лишь пожимает плечами. Окафор тоже разводит руками.
Рано или поздно они всё равно узнают.
  
— Это я, — говорю я.
Все смотрят на меня. В раздевалке воцаряется тишина. Я только что признался, что пригласил на матч девушку, к которой испытываю слишком сложные чувства. Увидят ли они в ней мою слабость? Нет, я не могу так думать. Я уже почти пять месяцев в Линдхерсте, и пока никто меня не подвёл. Если что, несмотря на все их усилия, я был… как там Дафна меня назвала? Угрюмой грозовой тучей для всех них.
Раздаётся одинокий свист с задних рядов — вот и вся их реакция. Они все слишком боятся меня, чтобы задавать вопросы, и от этого тишина становится ещё неловче. Отлично. То, что нужно — комната взрослых мужчин, ведущих себя так, будто я объявил о смене клубных цветов в середине сезона.
— Львы, собираемся! — кричит Окафор. Команда сбивается в кучу, обнимая друг друга за плечи. Вместо того чтобы стоять в стороне, я кладу руки на плечи Густафссона и Камары. В этом кругу есть тепло — то самое чувство принадлежности, которого мне так не хватало. — Кто сегодня нас напутствует?
— Дайте я, — предлагаю впервые за сезон, не давая себе передумать.
— Давай, Хастингс! — подбадривают они.
Я прочищаю горло.
— Львы Линдхерста, пусть услышат наш рёв!
Есть ещё часть кричалки, но она совсем дурацкая. Все смотрят на меня, ожидая продолжения. Вместо этого я просто рычу.
— Давайте, блять, выиграем сегодня.
Команда взрывается традиционным львиным рёвом. Моя челюсть расслабляется, и я присоединяюсь. Звук рождается где-то глубоко в груди. Чёрт, это отличное лекарство от предматчевого волнения. Надо было делать так весь сезон.
Круг распадается, игроки хлопают друг друга по плечам и шлёпают по задницам, накручивая себя и других. Меня никто не трогает. И, знаете, мне даже немного обидно.
Мы выбегаем в туннель и выстраиваемся. Слева от нас — команда Саттона. Все мои чувства обострены. Вес формы, привычные перчатки, прохладное прикосновение бутс к полу.
Я готов выиграть сегодня.
Сердце бешено колотится, пока я стою среди своих, а нетерпение толпы обрушивается на меня, проникая в кости. Будь больше. Я повторяю свою мантру, молитву, которую шептал с детства. Не торопись. Будь огромным. Заполни свои ворота. Будь больше.
Дрожь в нервах утихает, когда мы выходим из туннеля на открытое пространство поля. Запах свежей травы наполняет лёгкие. Стадион оживает — гул аплодисментов и возгласов. Ярко-зелёное поле расстилается перед нами, ворота на краях стоят как стражи. А над всем этим — море фиолетовых футболок на трибунах, колышущихся в унисон. Живой, дышащий организм.
Мир замедляется, когда команда расходится по позициям. Я занимаю место между штангами. Звуки стихают, остаётся только ритмичный стук сердца.
Я касаюсь обеих штанг — левой, потом правой — чтобы заземлиться.
Вратари не выигрывают матчи — они их спасают. Вес этой ответственности давит, как гора. Люди запомнят только пропущенные голы. Но я могу это вынести. Я справлюсь.
«Может, попробуешь руками пользоваться, а не просто стоять?» — эхом звучит в голове голос Росси. «Единственное, что ты блокируешь — это шансы «Овертона» на победу!» Не сегодня. «Тебе форма тяжело даётся? Почему не ныряешь?» Нервозность ползёт по рукам, плечам, шее, сжимая горло, как петля. «Будь лучше, Хастингс». 
К чёрту. Хватит. С меня довольно.
Мой взгляд скользит по трибунам.
И тогда, словно луч света сквозь туман, я вижу её в ложе директоров. Дафну невозможно не заметить. Её сиреневые волосы переливаются на солнце, как нимб. Она поворачивается, показывая цифру на спине. Номер 1. Она надела мою футболку.
Мы не можем проиграть сегодня, пока Дафна здесь, в моём номере.
Футболки вратарей редко можно увидеть на трибунах, но она носит мою с гордостью. В груди разливается спокойствие, заглушая крики в голове.
Это моя крепость. Мои ворота. Я — последняя линия обороны. «Будь больше», — говорю я себе, оставляя в голове только собственные мысли. Просто сосредоточься на здесь и сейчас. И сквозь весь этот хаос пробивается певучий голос Дафны.
Мой личный талисман на удачу.
Будь больше. Будь неприступным. 
Резкий свист судьи прорезает воздух, сигнализируя о начале матча. Я расправляю плечи, бросаю последний взгляд на защитников и готовлюсь к тому, что будет дальше.
Всё.
Игра началась.
Побеждать. 
  
Глава 17
 
Дафна
— Какой матч нам сегодня выпал! «Линдхерст» против «Саттона», и «Львы» ведут. Во многом благодаря их вратарю. Хастингс демонстрирует настоящий мастер-класс, раз за разом отражая атаки «Саттон Страйкерс». 
— Абсолютно согласен, Марти. Сегодня он — стержень защиты «Линдхерста». Можно с уверенностью сказать, что переход из «Овертона» помог ему превратиться в грозную силу на линии ворот. 
— Лин, Лин, Линдхерст, Линдхерст! Вперёд, вперёд, вперёд, Линдхерст! — скандирую я вместе с толпой.
Я сижу в ложе директоров, греюсь на солнце, весь день жую снеки и потягиваю напитки. Вокруг — известные лица, дети в футболках «Линдхерста» носятся туда-сюда. Все смеются, болтают.
На поле Кэмерон в яркой форме, обтягивающей его широкие плечи. Он выглядит властным, мощным и чертовски привлекательным. Его мышцы напрягаются под облегающими шортами, когда он приседает, защищая ворота. Если бы я была не на публике, уверена, у меня бы потекли слюнки.
Мои остальные друзья бегают по полю, но никто из них не сияет так, как Кэмерон.
Кто бы мог подумать, что спорт может быть таким увлекательным? Я даже немного разбираюсь в игре, хотя до сих пор не понимаю, как можно бегать девяносто минут подряд.
Я провожу рукой по свежеокрашенным волосам — вчера мой русалочий знакомый из ботанического сада экстренно подправил корни, добавив лавандового оттенка.
— Ты Дафна? — спрашивает потрясающая женщина с большими глазами и каштановыми кудрями, опускаясь в пустое кресло рядом со мной. На ней футболка «Линдхерста», как и у меня, заправленная в кожаные брюки. От неё исходит уверенность, плечи расправлены, осанка безупречна.
Я улыбаюсь.
— Да, это я! Приятно познакомиться…
— Беа. — Она протягивает руку, в другой держит бокал мартини. — Беа Матос. Жена Ивана. Того самого запасного, что сидит на скамейке вместо новичка. Та же футболка.
— А, Кэмерона? — уточняю я, замечая фиолетовый шарф на её шее. Почти уверена, что его связал Свен — по характерной вязке и фирменному косичному краю.
— Именно. — Она подмигивает мне.
— Мы соседи! — нервно смеюсь я. — Я живу в том же комплексе, что и половина команды.
— Слышала. Должна сказать, ты просто прелесть — помогаешь с завтрашним аукционом Феми. — Она поправляет шарф. — Схватила этот, как только увидела. Буду носить его весь сезон.
— Тебе очень идёт. И это пустяки, — говорю я. — Просто рада, что успели закончить вовремя.
— Так рада наконец познакомиться. Парни на прошлых выходных на барбекю только и говорили о тебе. Мы с Иваном часто собираем у себя всю команду, а ещё устраиваем просмотры выездных матчей. Присоединяйся. Все партнёры так делают.
  
— О, нет, я никому не партнёр.
— Просто подумала, раз на тебе… — она заговорщически приподнимает бровь. — Ах, умничка. — Хлопает меня по бедру. — Хотела предупредить тебя насчёт отношений с футболистами, но, если честно, ещё и надеялась на мальчишечьи сплетни. Жить под одной крышей с такими горячими ребятами?