Сплоченные нитью (ЛП)
Келс & Дениз Стоун
Сплоченные нитью
Тропы:
• Вратарь × Вязальный блогер.
• Секс на одну ночь.
• Соседи.
• Обретённая семья.
• Вынужденная близость.
• Спортивный романс.
• Травля.
• Лондонский парень.
• Динамика «ворчун × солнышко»(угрюмый герой, который тает только ради неё×жизнерадостная героиня).
• Чуткая и реалистичная репрезентация ментального здоровья.
• Персонажи, которые кажутся реальными людьми.
Плейлист:
Lose Control (Strings Version) by Teddy Swims
Did I Make You Up? by half•alive
New Person, Same Old Mistakes by Tame Impala
Bring Me to Life by Evanescence
we can’t be friends (wait for your love) by Ariana Grande
Loud Places by Jamie xx, Romy
Alors on danse (Radio Edit) by Stromae
Sunlight by Hozier
The Alchemy by Taylor Swift
Just Fine (Alternate Version) by Desiree Dawson
Dispose of Me by Omar Apollo
The Winner Takes It All (Unplugged) by Natalie Madigan
Cold Little Heart (Radio Edit) by Michael Kiwanuka
Seven Nation Army by The White Stripes
A Troubled Mind by Noah Kahan
Birds of a Feather by Billie Eilish
Для тех, кто хочет пропустить особо пикантные сцены,
или для тех, кто хочет сразу перейти к ним.
Как вам будет угодно.
Здесь свободная зона от судей...
♡ Глава 4.
♡ Глава 25.
♡ Глава 26.
♡ Глава 34.
♡ Глава 39.
Для тех, кто чувствовал, что их мягкость – это наказание.
Глава 1
Кэмерон
— Я живой? – Я дергаю за галстук-бабочку, сжимающий мою шею, пока мерцание свечей в уединённом зале ресторана постепенно угасает.
— Для многих – глубоко в сердце, – отвечает Бруклин, сидящая рядом, и кивает, сопровождая это приторной улыбкой. Несмотря на невинный блеск в глазах моей старшей сестры, я уверен: она издевается.
Данте фыркает, проводя лакированным указательным пальцем по краю бокала с вином.
— Вымышленный образ лишён физической формы и сознания, а значит, не может считаться живым… – Мой брат, всего на год младше меня, приподнимает скулу, и на его лице появляется призрачная улыбка. — Но если углубиться в рассуждения...
— Давай не будем, – обрываю я его. Размышления Данте бесконечны.
— Мальчики, это же дружеская игра в «Кто я?», помните? – отец поднимает бокал с виски, а мать, прильнув к его плечу, теребит лацкан его смокинга.
Они – сама картина любви. Даже после стольких юбилейных ужинов выглядят как влюблённые подростки.
— Кэмерону всё равно, – Алек разминает бокал с янтарной жидкостью, затем разрывает шов своей ухмылки и опрокидывает напиток в горло. — Даже дружеские игры для него – вопрос жизни и смерти. Не так ли, братик?
— Можем сосредоточиться? – я стучу кулаком по скатерти, усеянной восемью приборами. Мои братья и сёстры стонут.
Поддразнивания, колкости и редкие соревновательные стычки — без лишней крови — это язык любви в нашей семье.
Как и игры вроде этой.
Сколько я себя помню, с тех пор, как мы были шестерыми шумными детьми, и до нынешнего момента — когда все мы взрослые (ну, почти все), — наши встречи всегда заканчивались игрой по выбору родителей. Собрать шестерых вспыльчивых, горячих отпрысков, должно быть, было геркулесовым трудом, но они никогда не теряли самообладания.
Мы все — рекордсмены в своих видах спорта, но сегодня мы снова те самые дети. Оскаленные зубы, смех, от которого дрожат хрустальные люстры над головой.
Нет ничего, что я люблю больше, чем людей за этим столом.
Ну, кроме футбола.
Футбол — любовь всей моей жизни.
— Я вымышленный персонаж? — я снова тереблю бабочку, чувствуя, как смокинг душит меня.
— Да, и у тебя осталось только три попытки, — рявкает Франческа с другого конца стола. Она закидывает каблуки на стол, поправляя длинные каштановые волосы поверх бисерных лямок платья.
— Франческа, неужели тебе обязательно… — начинает Данте.
— Ты правда хочешь начать со мной сегодня? — младшая сестра бросает на него убийственный взгляд.
— Да, потому что мы все помним, чем это закончилось в прошлый раз, Фрэнки, — вступает в перепалку Эзра. Наш младший брат прав. Если я не прекращу это, их словесная перепалка превратится в борьбу.
Сегодняшняя игра — моя наименее любимая.
«Кто я?» — название даёт слишком много простора для фантазии. Я царапаю бумажку, прилипшую ко лбу, и хочу её оторвать. Мы играем уже часами, и мне отчаянно нужна тишина.
Перебираю в памяти прошлые раунды. Индиана Джонс для Алека. Анна Каренина для Бруклин. Дейенерис Таргариен для Данте. Капитан Америка для Эзры. Мулан для Фрэнки. Значит, мне досталась шутка.
— Я хоть чем-то похож на этого персонажа?
Данте поднимает бровь.
— Всё, кроме внешности.
— Если подумать, ты был точно такого же зелёного оттенка, когда мы в последний раз катались на яхте, — Бруклин бодает меня локтем. Ужин кувырком проваливается в желудок при воспоминании о нашей прошлой морской прогулке четыре года назад, когда я провёл её, свесившись за перила, пока все наслаждались побережьем Монако.
— Нечестно! — Фрэнки снимает ноги со стола и вскакивает, тыча пальцем в Бруклин. — Она всё выдала!
Значит, я зелёный? Закатываю глаза.
— Я Халк?
— Менее разрушительный, — пожимает плечами Алек. — Более одинокий. Та же гримаса.
Чем быстрее я разгадаю, тем быстрее смогу сбежать в свой гостиничный номер.
Одинокий, гримасничающий, зелёный вымышленный персонаж.
— Я, блять, Шрек, да? – я срываю бумажку со лба, подтверждая свою догадку. Из моих родных вырывается гомерический хохот и визги. Если бы мы сидели не в укромном уголке, подальше от шумного основного зала ресторана, на нас бы уже глазели. — Не хочешь объяснить, в чём конкретно я похож на огра1? – я сверлю взглядом Данте.
— По духу, – дразнит он. — У тебя есть слои. Большое сердце, но миру ты показываешь только жёсткую оболочку.
Игнорируя его, я растираю нахмуренный лоб.
— Мам, пап, снова поздравляю с годовщиной, но я на пределе. У меня же ранний рейс, помните?
— Ну давай, почему бы не остаться ещё на пару дней? – мама хмурится, но отрывается от отца и подходит ко мне.
Селина Хастингс владеет вниманием любого помещения. Чего ещё ждать от звезды ЖНБА2, а теперь – одного из самых известных баскетбольных тренеров в мире? В своих пятидюймовых каблуках она на голову выше моего шестифутового роста, когда обнимает меня.
— Мы можем попросить Карлайла организовать для тебя перелёт на нашем самолёте.
Беспокоить менеджера нашей семьи из-за моего расписания – последнее, чего я хочу.
— Спасибо, но я хочу начать тренировки раньше остальной команды.
Новый сезон, новый контракт, новый клуб. Борьба за титул Премьер-лиги – сейчас самое важное в мире.
Никаких отвлечений.
Никаких скандалов.
Она кивает с пониманием, которому нас всех научили: спорт на первом месте. Это наша жизнь.
— Я знаю, – говорит она. — Давайте проводим нашего «многослойного» мальчика как положено.
Стулья скребут по полу, когда мои братья и сёстры бросаются к нам со всех сторон. Руки обвивают плечи, сжимают.
— Удачи в этом сезоне, сынок. Мы будем смотреть все матчи, – отец кладёт ладонь на мою голову и целует в висок. — Не торопись, – произносит он нашу семейную мантру.