Шаловливый король (ЛП)

Александр вплетает пальцы в мои волосы и притягивает к глубокому поцелую, позволяя мне ощутить на нём свой собственный вкус. Этот поцелуй заставляет меня чувствовать себя настолько желанной, что на мгновение я не могу понять, почему я отказывала его ухаживаниям. Мне следовало позволить этому случиться с той самой первой минуты, когда он предложил меня трахнуть.
Он отстраняется и смотрит мне в глаза.
  
— Оставайся здесь.
Предупреждение, мелькающее в его глазах, говорит мне, что ослушаться его приказа — не вариант. Я всё ещё безумно нуждаюсь в нём, поэтому даже не спорю, делая, как он говорит.
Я ловлю себя на том, что прикусываю губу, наблюдая, как Александр направляется обратно к полке с игрушками. Его задница божественна. Она округлая, с нужной долей выпуклости, и мне просто хочется приложить к ней руки. Одних женщин заводят руки, других — спина, но моя слабость — подтянутая мужская попка. У Александра она настолько упругая, что, держу пари, можно отскакивать от неё монетками.
Мои глаза блуждают по чётко очерченным мышцам его спины, которые растягиваются и двигаются, пока он копается среди всех остальных предметов на полке.
В его серых глазах вспыхивает искорка, когда он поворачивается ко мне с повязкой в одной руке и хлыстом для верховой езды в другой.
Я качаю головой, когда он начинает приближаться ко мне.
— Нет. Ты не станешь связывать меня и шлёпать. Это так чертовски банально.
Та самоуверенная усмешка возвращается, делая его ещё чертовски привлекательнее.
— Как могут миллионы людей ошибаться насчёт удовольствия от такого сочетания?
Я скрещиваю руки.
— То, что некоторые люди находят приятным, — просто неправильно.
— Откуда ты знаешь, что это правда? Спорим, ты даже не пробовала. — Он поднимает одну бровь в вызове.
— Я…
Я что? Здесь нет защиты, учитывая, что он прав. Чёрт, ненавижу это.
Александр улыбается.
— Так я и думал. Слезай со стола.
— Александр…
— Со стола. — Авторитет в его голосе звучит в маленькой комнате.
Он такой чертовски властный. Если бы я не была до сих пор чертовски возбуждена, я бы сказала ему пойти лесом, но, учитывая, что я зашла так далеко, могу и продолжить играть.
Моя гордость уже выброшена в окно. Что ещё мне терять?
Я спрыгиваю со стола и устремляю взгляд на Александра, пока он сокращает расстояние между нами.
— Что теперь?
— Закрой глаза. — Нежными руками он закрывает мне глаза чёрной маской. — Я всегда слышал, что если лишить одного чувства, то другие обострятся. Проверим эту теорию, ладно?
Тепло его рук, скользящих вниз по моему телу, заставляет мой рот приоткрыться. Игра его кожи на моей заводит моё тело на полную катушку. Когда его руки хватают меня за бёдра, он поворачивает меня и наклоняет над тем же столом, к которому я только что была прикована.
— Ухватись за противоположный край стола и не смей отпускать.
Комок растёт в горле, когда в мозгу вспыхивает образ хлыста. Этот мужчина сейчас отшлёпает мою голую задницу. Я должна остановить это — сказать ему, что этого не будет — но не могу заставить себя сделать это.
Пока логичная часть моего мозга кричит мне прекратить это, стоять на своём и помнить, что Александр Кинг — враг, другая часть визжит от восторга в ожидании восхитительной пытки, которую он собирается учинить.
Прежде чем у меня есть время как следует подумать, раздаётся характерный щелчок от удара, и почти мгновенно возникает лёгкое покалывание на правой ягодице.
— Больно? — спрашивает он с интонацией, выдающей любопытство.
— Нет, — честно отвечаю я. — Но…
Он не даёт мне времени на дальнейшие протесты. Второй удар приходит так же неожиданно, как и первый.
— Ах… — с моих губ срывается стон. Не боли, а удовольствия, и это удивляет меня.
Глупое предательское тело. Не могу поверить, что ему это на самом деле нравится.
— Тебе понравилось, да? Ещё?
Нет.
— Да! — шиплю я.
Моё глупое тело теперь полностью взяло верх.
 Шлёп. 
Затем следует сладкое жжение, как и в прошлые два раза, только на этот раз чуть сильнее.
Я запрокидываю голову и стону.
 Шлёп. 
Этот пробуждает меня, когда боль пронзает меня.
— Ай. Чёрт. Это больно. — Я срываю повязку и разворачиваюсь к нему лицом. — Всё, конец.
Александр качает головой, а затем прижимается ко мне.
— Мы так далеки от конца, Марго. Ты — мой величайший вызов, который я намерен покорить.
— Ты… — начинаю я говорить, что всё кончено, но в ту же секунду он проводит зубами по нижней губе, и всё, о чём я могу думать, — это снова почувствовать этот рот на себе.
Без приглашения я обвиваю его руками и атакую своими губами. С его стороны нет сопротивления, потому что вдруг руки Александра повсюду: скользят, дразнят и исследуют каждый дюйм меня. Как будто ему мало меня, и мне нравится то чувство, которое он во мне вызывает.
Я бы лгала себе, если бы сказала, что не хотела этого с ним с той самой первой минуты, когда он пригрозил меня трахнуть. Ни один мужчина никогда ещё не возбуждал меня так сильно. Его властная манера притягивает меня. Это по-животному сексуально —невероятно возбуждающе.
Александру Кингу трудно сопротивляться.
— Ты не представляешь, как тяжело быть терпеливым. Кажется, я ждал целую жизнь, чтобы иметь тебя вот так. Мне даже снилось, как я пробую тебя на вкус, — рычит он. — Ты именно мой любимый тип женщины, и я не могу дождаться, чтобы засунуть свой член глубоко в твою сладкую киску.
Его похабные слова заставляют мою кровь бежать ещё быстрее.
Он просовывает руку между нами и щёлкает по моему всё ещё пульсирующему клитору.
— Александр… — произношу я его имя почти шёпотом.
— Ты хочешь, чтобы я был внутри тебя?
Я запрокидываю голову и стону, пока он продолжает дразнить меня.
— Да-а-а-а-а-а-а!
— Тогда скажи мне, детка. Я хочу услышать похабные слова из этих прекрасных губ.
— Я… — делаю паузу. Боже, я так этого хочу. Мне просто ненавистно, что он просит меня умолять, и что хуже — я так возбуждена им, что готова сказать почти всё, что он ни попросит. Мне нужно облегчение, которое может дать только он.
Александр облизывает мою верхнюю губу.
— Скажи это, Марго.
Я закрываю глаза, но быстро открываю, чтобы он знал, что я серьёзно.
— Трахни меня.
Дьявольская улыбка расползается по его лицу.
— Я знал, что в глубине души ты непослушная девочка.
Он мнёт мою грудь, потирая головкой члена о мой клитор, продолжая изучать моё лицо. Он тянется за презервативом, и я пользуюсь возможностью обхватить его член рукой и помастурбировать, пока он открывает упаковку.
Он облизывает губы и наблюдает, как я работаю с ним.
— Твои руки на мне — такое блаженство. — Он протягивает мне тонкий кусочек резины. — Надень сама, раз у тебя такие умелые руки.
Я прищипываю кончик, скатывая его по толстому члену. Чистая похоть наполняет серые глаза Александра, когда они блуждают по моему обнажённому телу. Его рот приоткрывается, когда я раздвигаю для него ноги шире.
Этот мужчина возбудил меня полностью, и я делаю вещи, которые обычно бы не делала.
— Я такой грёбаный ублюдок, что беру тебя вот так. Это неправильно, учитывая нашу ситуацию, но, кажется, не могу остановиться. Ты очень желанная женщина, Марго Бьюкенен. — Александр наклоняется и снова целует меня.
Мои пальцы ног сжимаются внутри шпилек, пока я обвиваю ногами его талию, подталкивая к своему входу.
— Я бы солгала, если бы сказала, что не хочу тебя тоже.
Низкое рычание вырывается из его горла, когда он проникает в меня головкой члена.
— Святое дерьмо! Не ожидал, что ты будешь такой чертовски тугой. Потрясающе.
  
Я провожу рукой вверх по его спине.
— Я не сломаюсь. Не хочу, чтобы ты был нежен. Я хочу, чтобы ты трахнул меня по-настоящему.
Александр кусает мою нижнюю губу и вводит свой ствол внутрь меня до самого основания. Он выходит и затем снова входит.