Хозяйка маленького дома, или Любимая для дракона

– Эй, ты кто? – женский голос, раздавшийся сбоку, заставил вздрогнуть. – Чего шастаешь по чужим домам? Убирайся, сейчас позову стражу! – пригрозила  девушка, повиснув на соседском заборе.
– Я не шастаю, а смотрю свои владения! Всё законно! Вот документы и ключи! – с моих нервов соскочил последний «стоп-кран», и я начала кричать в ответ. И не просто кричать, а подбежала к забору: заборы-то у нас разные оказались, у соседей новенький, высокий. Подпрыгивая, пыталась ткнуть документами о собственности в нос соседке.
  
– Тише ты, тише, – девушка пошла на попятную. Чего так орёшь? – она посмотрела на мой дом, на меня и хмыкнула: – Если бы мне досталась такая развалюха, то я бы тоже орала.
– Извините, – смутившись, успокоилась и сделала шаг назад. – День был тяжёлый. В этом доме жила моя бабушка, вы её, наверное, не помните, она давно умерла. Сейчас я буду жить.
– Живи, чего уж там, – не прощаясь и не представившись, соседка исчезла.
– Буду, куда деваться. Меня зовут Алтея, можно Тая! – крикнула в сторону соседского дома, но ответа не услышала.
Пожав плечами, отправилась к дому. Страшно было до жути. Если я сейчас открою дверь, а там все доски сгнили?
«Так, Тасенька, не паниковать, – мысленно погладила себя по голове. – Стены есть, уже хорошо. Да и не выглядит дом разваленным».
Вернувшись к крыльцу, открыла ключом навесной замок, он был ржавым, думала, что придётся прикладывать силу, бороться со ржавчиной. Нет, быстро открылся. Вторым ключом открыла врезной замок.
Дверь скрипнула, и я вошла внутрь. Осмотрелась, что-то не давало покоя. Странно, пыли на мебели не было.
– Добрый день, хозяйка, – донеслось из угла.
– Кто тут? – испугавшись, сделала шаг назад, запнулась за стул и тут же села мимо него на пол.
 
Глава 7.
 
– Госпожа, это я, – на середину комнаты вышел крупный заяц, его длинные большие уши висели вдоль тела, доставая до пола.
– Заяц? – спросила существо, продолжая сидеть на полу.
– Где? – он закрутил головой.
– В смысле «где»? Ты – заяц! – воскликнула я, подумав: «Он что, издевается?».
– Госпожа, вы плохо меня рассмотрели, – он сделал шаг вперёд. – Конечно, ваш слуга стар, вот вы и не признали в нём сирга.
Где-то я уже слышала это слово. Точно, именно о сиргах говорилось в наследстве.
– Извини, впервые вижу сирга, – ответила, не подумав, не была бы так удивлена, промолчала бы.
– Впервые? – он поднял лапку, нет, скорее, ручку – пушистая конечность имела пять пальцев – и дёрнул себя за ухо.
Медленно поднявшись, присмотрелась к незнакомому существу. Ростом примерно метр или чуть ниже, очень похож на зайца или кролика, огромные ярко-зелёные глаза, чем-то напоминающие мои. Шерсть короткая, серая, из одежды – кухонный фартук грязного мышиного цвета, завязанный на шее и поясе. Ноги сложно назвать лапами, потому что ступни похожи на человеческие, пять пальцев, лодыжки, голень, колени, бёдра, всё на месте.
– Хозяйка, вы не рады мне? – прервал мои размышления сирг. – Я столько лет верой и правдой служил, сохраняя дом. Простите меня! – вздрогнув, тихо завыл сирг. – Силы утекают.
– Не плачь, я очень тебе рада, – попыталась успокоить бедолагу, но тот ещё громче расплакался, сорвался с места и тут же обнял меня. – Всё хорошо, только не реви, – не буду лукавить, хоть я и люблю животных, но странного полузайца хотелось оттолкнуть, мой мозг отказывался воспринимать происходящее как реальность. Где это видано, чтобы зайцы разговаривали?
– Хозяюшка Таюшка не злится на меня, – бормотал в моё бедро сирг.
– Не злюсь, отодвинься, давай поговорим, – с трудом удалось оторвать пушистика от ноги и усадить на стул. – Тебя как зовут, откуда ты тут? Почему зовёшь меня хозяйкой?
– Меня зовут Хима Химанарис Пятый, – сирг смахнул слезу краем уха. – Но госпожа может звать меня Хима, Хим, Хи-Хи.
– Ты домовой?
Он отрицательно закачал головой.
– Я верой и правдой служил в этом доме почти сто лет, пока юная леди не выросла. Она вышла замуж, родила детей, состарилась и умерла, оставив меня совсем одного в этом пустом доме, – в его словах вновь были слышны всхлипы.
– Валерианочки бы тебе, да и мне за одним, – погладила страдальца по голове. – Скажи, я так понимаю, что ты служил моей бабушке. Ты как всё это время выживал? Что ел?
Кролик что-то поискал под фартуком, вытащил руку и разжал ладонь.
– Хозяюшка добрая, оставила мне колье, напитанное магией, с ним легче было. Она обещала, что скоро придёт сын и заберёт меня, но он не пришёл, а пришла его дочка, – оголодавший по вниманию Хима вновь обнял мою ногу. – В подвале под стазисом осталось очень много еды, идёмте покажу, госпожа Тая. А, может, вы хотите есть? Я сию минуту кашу поставлю, овощей мало осталось, а вот крупа ещё есть. Ох как же вы вовремя ко мне пришли! – пританцовывал тот.
– Хима, откуда ты знаешь, как меня зовут?
– Так вы же соседке своё имя назвали. А то, что вы внучка госпожи, так я по магии чувствую, она у вас похожа, да и глаза, – он указал пальцем на своё лицо, потом на моё. – Видите, одного цвета. А как только вы произнесёте ритуальную фразу, – прошептал он, – и я стану полностью ваш, то и шёрстку на рыжую поменяю.
– Так ты не домовой? А кто тогда? – я никак не могла понять, кто передо мной и почему я должна произносить какую-то ритуальную фразу.
– Домовых не бывает, всё это сказки, – фыркнул заяц. – Я же магический зверь, помощник во всём и многом. Чем сильнее хозяин, тем больше магии он мне даёт, тем больше дел по дому я могу сделать. Есть дикие сирги, они крупнее, чем мы, домашние, их отлавливают, приручают и используют на тяжелых работах. Были бы умнее, дома, как мы, работали. Но они даже читать не умеют, – прошептал Хима. – Мы умнее! – довольный собой, кролик стукнул себя по груди. – Госпожа Тая, произнесите ритуальную фразу, поделитесь свежей магией, пожалуйста, – его большие глаза стали ещё больше, он сложил ручки в просящем жесте.
– Хорошо, раз ты служил нашей семье долгие годы, то я не могу тебя обидеть. Что мне нужно сказать?
– Назовите своё имя, уколите палец свой и мой, а затем произнесите: «Беру в вечные слуги сирга Химу Химанариса Пятого, обещаю кормить, любить и одаривать магией».
В голове неожиданно раздался тихий смех.
«Вот же загнул, хочет, чтобы его любили. Маги только себя любят. Не верь ему, Алтея, ты можешь сказать «беру и владею», этого хватит», – произнесла искорка и затихла.
Что мне, любви жалко? Любви, тепла, ласки. Хима столько лет в одиночестве дом охранял.
Я произнесла именно те слова, что попросил сирг, и в тот же миг заяц приподнялся в воздух, несколько раз дёрнул правой ножкой, его мех стал ярко-рыжим, глаза ещё больше позеленели. Фартук побелел, и на нём проступили буквы.
– «Хима Химанарис Пятый – любимый сирг госпожи Таисии (зачеркнуто) Алтеи Мейдлен Стоун», – прочитала я, мои глаза расширились. Заяц медленно опустился на пол. – Что я наделала? Почему? – беззвучно спросила у себя, не отводя взгляда от фартука.
– Хозяюшка, как я рад, – Хима стал чуть ниже и, кажется, моложе.
– Скажи, а тебе обязательно носить фартук?
– Нет, не обязательно, заботливые хозяева часто покупают своим сиргам одежду. Мне переодеться?
– Очень желательно, – кивнула, выдыхая с облегчением.
Заяц исчез, словно его и не было, через мгновение появившись вновь. Теперь на нём красовался зелёный костюмчик, но надпись-то никуда не делась. Да, она изменилась, шла по низу пиджака и даже не сильно бросалась в глаза, но кто захочет – прочитает.
  
– Госпожа Тая? – счастливый Хим покрутился. – Но это у меня выходной костюм, можно мне дома ходить в фартуке?
– Можно, – присев на стульчик, подумала: – Ничего страшного не произошло, Таисия, Алтея, Тая, навру чего-нибудь, если спросят. Точно, скажу, что так меня в детстве родители называли.
Только я подумала о родителях, как сердце вновь сжалось.