Клим (СИ)

Я не могла не рискнуть...
  
Глава 15
 
Тогда мне казалось, что нет более одинокого человека, чем я. Мне казалось, что у меня даже нет самой себя.
Кому мне звонить?
Я могла бы связаться с тётей. Только есть ли с этого толк? Я ведь даже и номера её не знала наизусть. А если бы и знала... наверняка бы она повесила трубку, как только услышала мой голос.
Ещё совсем недавно я думала, что у меня есть Лиза. Но как же я ошибалась. А в голове только Гоша и цифры, вбитые в память и запечатанные в ней.
Восемь... девятьсот пять... триста шестьдесят пять... сорок восемь...
— Подъём, — раздражающий хриплый голос вытянул меня в реальность, — давай!
Он поторапливал меня, кистью взмахивая перед лицом и я, стискивая зубы, послушно поднялась на ноги. Перехватила трость и незаметно поправила клетчатое пальто, скрывая спрятанный в кармане кнопочный телефон.
Да простит меня бабушка...
— Что сказали врачи? — решилась задать вопрос по пути к выходу.
Клим шёл неторопливо, словно делал мне одолжение. Позволял мне не спешить и идти настолько медленно, насколько мне позволяло моё состояние. И... возможно, это странно, но всё же порой я испытывала чувство, похожее на благодарность.
— То же, что и я, — придержал мне дверь и дождался, когда я переступлю порог отделения.
Я подняла на мужчину вопросительный взгляд и перехватила ехидную улыбку на его губах. Таких полных... и слегка увлажнённых.
Несколько раз моргнула, глазами находя изъян на мужественном и довольно-таки привлекательном лице: шрам. Под нижней челюстью. Именно там, где и он оставил мне след. Словно кто-то и ему пытался перерезать горло.
— На тебе как на собаке, — пояснил Клим. А затем его рука потянулась к тому месту, куда вонзился мой растерянный взгляд секундой ранее.
Он потёр продолговатый рубец и, смерив меня равнодушным взглядом, кивнул на лестничный пролёт.
— Сейчас прокатимся в одно местечко.
Это не было для меня сюрпризом. Он говорил о каких-то делах, но всё же в этот момент поперёк горла встал ком. Не в силах его пропихнуть, я сжала губы, чтобы сдержать першение. И, впившись в перила пальцами, бросила беглый взгляд в сторону лифта.
— Нет, Кира. Мы пойдём по лестнице. — Словно насмехаясь надо мной, он кивнул на лестницу, — это второй этаж. А я и так даю тебе много поблажек.
...
Прошёл по меньшей мере час. И, когда автомобиль остановился возле небольшой гостиницы, я взволнованно задышала. Снова за чертой города...
Я досадливо сжала кулаки, не зная, чего мне ждать дальше. Прислушиваясь к собственным ощущениям, я нервно озиралась по сторонам и ловила себя на мысли, что вот-вот произойдёт что-то нехорошее. В последний месяц со мной вообще не происходит ничего хорошего. Возможно, даже больше, чем месяц.
— Прогуляемся?
Клим обернулся, взглядом давая понять, что я не могу ему отказать. Задаёт вопрос он просто для галочки. Ради приличия. Я не могу просто отказаться. Он не примет отказ. Поэтому, кивнув, я снова нащупала свою трость, и щёлкнула рукоятью.
С неба срывался снег. Мокрый и неприятный. Он тут же попал на мне за шиворот, и я подняла воротник пальто.
— Не волнуйся ты так, — тихо произнёс, выходя из авто, — пока ты хорошо себя ведёшь, я буду отвечать тем же.
Он хлопнул своей дверью и, обогнув седан, протянул мне широкую ладонь, помогая выйти.
Может быть, он не шутил, говоря о том, что мы с ним поладим? На его условиях, конечно же...
— Спасибо, — я вырвала пальцы из его горячей ладони и неловко покачнувшись, облокотилась о кузов автомобиля.
— Оставь трость здесь.
— Но я не смогу без неё... — без какой-либо опоры, я боялась сделать больше двух шагов.
— Я помогу. Оставь трость, — повторил, вытягивая ту из моей правой руки и убирая обратно в салон, — а то у меня чувство, будто я сопровождаю старуху. У тебя уже достаточно сил, Кира, чтобы справляться без неё. Не прибедняйся и не ленись.
Я злилась. Но показывать это сейчас мне казалось бесполезным. Вряд ли это как-то повлияло бы на ситуацию и его решение. Поэтому, оставшись без своей палочки-выручалочки, я попыталась держать подбородок выше.
 
Не ломаться. Я не кукла. Меня нельзя вот так... я обязательно выберусь из всего этого. Встану на ноги. И это буду новая я. Наверное.
Мне хотелось в это верить.
Подставив мне свой локоть, Клим смотрел на меня из-под густых и на удивление тёмных ресниц. От его взгляда всё ещё морозило. Как и в день нашей первой встречи. И, приняв его помощь, я всё же уцепилась за предложенную руку, и сделала первые несколько шагов.
Чёрт. От него так приятно пахло.
Ну и воняешь же ты...
Да уж, представляю, как от меня разило в тот день.
Некоторое время мы шли молча. По узкой дорожке обошли автомобильную стоянку и свернули в сторону от главного здания. Чем дальше мы уходили, тем сильнее колотилось моё исхудавшее сердечко. Мы отдалялись от главного здания и приближались к небольшим строениям, похожим на беседки или же домики для посиделок.
— Третья, — тихо произнёс Клим, кивая вперёд.
Я сразу поняла о чём речь. Осторожно ступая по скользкой от мокрого снега дорожке, я всё крепче стискивала пальцы на его локте.
Приблизившись, стало ясно, что это зимняя беседка. Через окно был виден накрытый стол, пара кресел, скамья и небольшой диван. Клим открыл дверь своим ключом и раскрыл передо мной дверь. Я не стала тормозить, и виной тому были холод и липкие хлопья снега, которые с некоторых пор перестали меня радовать.
Оказавшись внутри, я ощутила как по телу прошла мелкая и приятная дрожь. Тепло коснулось шеи и мягко забралось под рукава пальто.
Я расстегнула пуговицы и прошла вглубь, замечая пар, исходящий от тарелок с первым блюдом. На скамье лежала пара сложенных пледов, а бутафория в виде камина оказалась вовсе не бутафорией.
— Проходи, — Клим мягко коснулся моей спины, словно подталкивая меня вперёд, — садись за стол. Самое время перекусить.
На несколько секунд остановившись посреди комнаты, я оглянулась через плечо и заметила, как он запер дверь изнутри. Следом он подошёл к каждому из широких окон и задвинул плотные тёмные шторы, погружая домик в густые сумерки. Зажёг пару ламп и снова посмотрел на меня.
Не дожидаясь очередного пинка, я всё же сдвинулась с места и опустилась в кресло, стоящее напротив стола.
В обоюдном молчании мы поглощали рассольник. Вкусный, как никогда. Разорвав лаваш на несколько кусков, Клим сложил их на тарелку и пододвинул ко мне.
— Спасибо, — просипела, смущаясь от того, как треснул мой голос.
— Пара-тройка килограмм тебе не помешают.
Возможно, он прав.
— Ты в тире когда-нибудь была?
Разорвав тяжёлое молчание, Клим поднял на меня холодный взгляд.
— Нет, — мотнула головой, переставая жевать, — то есть, да. Но я просто наблюдала. Не стреляла.
— Ясно, — он промокнул губы бумажной салфеткой и, скомкав ту, бросил на стол, — будем исправлять.
— Ты хочешь, чтобы я научилась стрелять? — венка на моей шее бешено запульсировала.
— Чему ты так удивляешься? — скептически улыбнулся, — я говорил об условиях твоей свободы. Слов назад не беру.
— Я говорила, что не способна на это.
— Скажи мне, Кира, — Клим откинулся на спинку своего кресла и, проведя языком по белым зубам, свёл светлые брови и склонил голову к плечу, — я, по-твоему, благотворительностью занимаюсь? Или у тебя есть другой выход? Не заставляй меня жалеть о том, что подобрал тебя. Потому что иной раз я думаю, что мне стоило тебя выкинуть из тачки и отдать Быку. Он мразь ещё та. И, поверь мне, тебя ждал бы ещё больший ад. Но я почему-то не сделал этого. А стоило бы...
— Я не говорю, что не благодарна за это, но...
— Ты как долбанная сука продолжаешь твердить мне о том, что не можешь жука раздавить. За идиота меня держишь? Ты не из робкого десятка, Кира. Я вижу тебя насквозь. А твои препирательства выводят меня из себя.