Цветана полная любовь лорда Арана (СИ)
Уезжали мы тоже с приключениями. Несмотря на все предосторожности мамы, адепты академии Эльгара пронюхали о появлении эльфиек и притащились на нас посмотреть. Вот и пришлось объяснять бедным девушкам, что с ними все в порядке, просто драконы, увы, в наших местах совершенно дикие, а эльфиек они видели только на картинках. Кажется, кто-то из провожающих адептов ляпнул, что он бы с удовольствием взял такую книжку на ночь почитать.
И хоть бы кто помог саквояжи донести!
Видимо, мы, согласно приказу вожака, были для драконов Эльгара неприкасаемы. Интересно, как сложится в Зангаре?
***
Я настроила Тараэль и Нинэль, что портал в Зангар перенесет нас четко в главную академию долины, которая была средоточием драконьих знаний и мудрости. Драконы так ценили магию, что их учебные заведения были даже важнее столичных дворцов, которые они строили больше для развлечения. Зато академии магии были священны почти как храмы…
— Похоже, что в Зангарском храме знаний давно не убирали, — глубокомысленно произнесла Нинэль, пока мы в полнейшем шоке осматривали место, в котором очутились.
Оно даже не заброшенный полигон не тянуло. Не строят драконы полигоны в чаще непролазной!
— Сарэль, а куда нам теперь? — испуганно пискнула Тараэль.
Судя по вопросительному взгляду Нинэль, меня назначили старшей. Наверное, потому что я прибыла к драконам раньше, значит, и знать должны была больше других. Собственно, мне было все равно, куда мы попали. Беспокоило другое.
Где дедушка Холл?
Орк должен был пройти портал отдельно. Причем на этом настояла принимающая сторона. Аргументировали тем, что портал настроен на эльфийскую ауру, а орк чем-то сможет помешать. Помнится, папа Алдрак скривился, но поскольку портал настраивал не он, то и вмешиваться в причуды соседей не стал.
А следовало!
— Знаете, рядом с академией Эльгара есть удивительное место с раритетными растениями, которые драконы привезли с собой из их родного мира. Зовется Шепчущей чащей. В ней адепты любят… — хотела сказать “тренироваться”, но передумала и сказала: — гулять. Так вот, они там дышат воздухом родины, вспоминают заветы предков, размышляют…
— Цветана, вон с того деревца свисает вьюн парализующий, — медленно произнесла Нинэль. — Растет в лесах по другую сторону Альгарских гор.
— О! Ты хорошо знаешь ботанику?
— Ездила к оркам на боевую практику, — совершенно убила меня признанием Нинэль.
Это могло означать, что либо она в скором времени поймет, что никакая я не полуорк, либо уже догадалась, но сделала вид, что поверила. В принципе, я тоже сделал вид, что верю, будто она поехала к драконам, потому что всего лишь хочет присмотреть за подругой.
Пока мы с Нинэль обменивались пристальными взглядами, Тараэль скакала рядом и в полнейшем восторге тыкала во все каким-то кристаллом, который сразу определял ядовитый ли объект или нет. А если да, то как он убивает. Когда эльфийка ненавязчиво вытащила из сумки ножницы, чтобы обчикрыжить какой-то кустик, мы с Нинэль осознали, что дуэль взглядов может и подождать. Иначе, пока мы играем в гляделки, у нас появится уникальная возможность, проверить, можно ли отравить беспечного эльфа неведомым ядом неизвестного куста.
Никогда не имела дел с увлеченным ботаником. Точнее, с фанатично увлеченным. Тараэль не только не оставила несчастный куст в покое, а начала рассказывать, что нам попался какой-то редкий вид, который считался утерянным еще в додраконьи времена. Ещё до великой миграции драконов вулканы Альгара потухли, температура упала, животные ушли, а растения начали чахнуть и вымирать. В общем, младшие расы знали, какое ненужное местечко подсунуть пришельцам. Не иначе как надеялись, что те тоже вымрут.
И мы можем вымереть! Причем совсем скоро. И от разрыва сердца.
Низкое рычание неведомой твари заставило всех активировать защитную магию. Щиты были разные, результат многослойный, заодно порадовал тем, что мы мыслим одинаково: сначала защита, а потом уже можно и ударить.
— Чур эта тварь моя! — с внезапной кровожадностью объявила Тараэль.
— Я думала, ты больше ботанику уважаешь, — озадаченно пробормотала я, прикидывая, как бы половчее запустить парализующее заклинание туда, где слишком нагло тряслись кусты.
Неведомый зверь не спешил себя являть, но рычал при этом так навязчиво, что я предположила:
— Может, это просто самец, который приманивает самочку?
Нинэль призадумалась и кивнула:
— Время сейчас подходящее. Призывное.
Рычание в кустах тут же стихло. Подозрительно!
— А давайте я сейчас на всех отвод глаз кину, и мы по-тихому уйдем, — шепотом предложила я.
— А куда идти-то? — флегматично поинтересовалась Нинэль.
— Точно не туда, — указала на кусты я.
— Как это не туда? — возмутилась Тараэль — Мне теперь интересно, кто там так рычал. Судя по гортанной вибрации, это может быть либо виверна, либо скальный летун. Они тоже, как и драконы, чешуйчатые, но рычат примерно одинаково.
— И тебе так нужно посмотреть на него вот прямо сейчас?
— Зачем же только посмотреть, — Тараэль хищно и многозначительно пощелкала ножницами.
— Хочешь сказать, что ты сможешь завалить виверну? Ту самую, которая живет в горах, но сейчас почему-то прячется в кустах?
— Эм… — у Тараэль закончились аргументы.
Пришлось мне перехватить инициативу:
— Это несчастная больная виверна. Нормальная бы вообще в лес не полезла. Тут летать неудобно. Так что пусть она умрет в мире и покое, а мы пока двинемся бодренько подальше от нее.
— Эх… Ты права. Не стоит собирать больную чешую. Её же хранить потом сложнее.
Я не стала выяснять, зачем больное и умирающее вообще хранить, да и вообще вопросов к безразмерной сумке Тараэль у меня только прибавилось, но момент для уточнения был неподходящий. Эльфийка же открыла сумку, бросила в нее ножницы, и мы отчетливо услышали жалобный дзыньк.
— Только не говори, что ты уронила свою железяку в карман со склянками!
Нинэль так посмотрела на подругу, что стало ясно: она может и перемешать, и смешать, и перепутать. Когда испуганная Тараэль вытащила из пространственного кармана нечто шипящее и источающее зеленый дым, я заорала:
— Бросай ее немедленно!
Ещё и руну воздуха вывела, чтобы неведомая шипучка отлетела подальше. Нет, в кусты я ее бросать не планировала, просто я не Ветряна, у меня вообще руны воздуха через раз сильными получаются. Так вот эта конкретная оказалась и мощной, и четкой, и точной. Она буквально выбила склянку из руки Тары и забросила туда, где еще недавно что-то рычало, а теперь стихло, но собственно это ему не помогло. Руна все равно влетела в кусты и взорвалась вместе с зельем из эльфийских запасов.
— И что это было? — опешила я.
— Идем смотреть! — бойко провозгласила Тараэль.
— Да я не про зверюгу, а про зелье.
— Да что-то из обездвиживающего. Яды Тараэль не любит. Ей живность убивать жалко. Так что она издевается над ней иначе, — весело заявила Нинэль.
— Ага-а-а… — глубокомысленно произнесла я.
Не говорить же мне было, что я считала светлых эльфов и миролюбивее, и добрее.
К кустам мы подкрадывались по всем правилам охоты на злобную дичь: в руке у каждой горело боевое заклинание. И вот мы почти добрались до цели, когда мое длинное эльфийское ухо уловило чей-то смех.
— Не отвлекайся! — приструнила меня Нинэль. — Сначала узнаем, кого мы уже подбили, а потом и за насмешников примемся!
Смех стих. Нас больше ничто не отвлекало от цели, так что мы бодро добрались до кустов, раздвинули ветки и…
— Нет, это точно не виверна, — авторитетно заявила я.
Виверн я видела во время выездных практик. И даже охотилась в составе рейда, обеспечивающего безопасность горных застав. Валяющиеся на земле субъект был похож на дроу. В том смысле, что цвет кожи у него был непривычный. Мшисто-зеленый, чешуйчатый покров вызывал ассоциацию со змеелюдом.