Науа-Ацтек. Книга вторая (СИ)

А он говорит о десятках тысяч солдат, вооружённых бронзой и сталью. Пусть стали мало, но текос об этом не знают.
Иногда, чтобы иметь успех в дипмиссии, нужно играть со страхами. Небольшой отряд пурепеча увёл у них двести человек рабами, убив пятьдесят с лишним воинов, а потерял всего троих. И воины пурепеча просто не осмелились идти дальше, хотя могли, ведь войско такос разбежалось в панике, что, вероятно, было принято за отступление на перегруппировку.
Сведения о состоявшемся набеге Ос узнал у бродячих торговцев ещё в Метцтитлане. Эти ребята ходят везде и слышат, практически, обо всём, что происходит в Мезоамерике. Макиавелли взял их в оборот и теперь на него работают уже семеро бродячих торговцев. Освальд жалел, что не догадался об этом сам. Идея лежала на поверхности, но он увидел её только тогда, когда Макиавелли ткнул его в неё носом.
Далее Освальд достал картины, нарисованные группой художников из пленных европейцев. Первоначально толку от них было мало, но затем они начали учить искусству рисования метцтитланских детей, а также рисовать пейзажи.
— Что это? — с удивлением спросил Колимотль.
Освальд передал холсты его слугам, а те растянули их перед правителем.
На картинах были изображены живописные виды на Метцтитлан с окрестных холмов. Отчётливо были видны стадионы, акведуки, дворцы и многоквартирные дома. Также тщательно вырисовали дороги, по которым ехали длинные караваны телег на человеческой тяге, поля кукурузы и пшеницы, картофеля и фасоли — пропагандистский материал особо эффективно работал на непривычных зрителей.
— Как настоящее… — коснулся левого холста Колимотль. — Это Метцтитлан?
— Да, правитель, — кивнул Освальд. — Но это старые картины. Сейчас он в два раза больше. В нём живёт уже больше четырёхсот тысяч человек.
Тут Освальд слегка приукрасил. Последняя перепись показала, что в Метцтитлане прописано двести девяносто четыре тысячи пятьсот десять человек. Но переменный состав из пригородов никто не считает, так как это не поддаётся точному исчислению. Полагают, что около ста тысяч человек каждый день стягивается в город из окрестностей, чтобы работать или торговать. Так что, в целом, Освальд не соврал.
— Уму непостижимо, — прошептал кто-то из свиты верховного вождя. — Невозможно…
— Нет оснований считать, что ты врёшь, — произнёс Колимотль задумчиво. — Да, слухи оказались правдивы. Воевать с одним только Метцтитланом было бы бессмысленно, но ведь за ним ещё стоит целый Союз…
— Я пришёл с миром… — решился Освальд. — Но если мы не сможем договориться, за мной придут люди с войной…
— Ультиматум? — нахмурил брови Колимотль.
— Я просто говорю, как будет, — вздохнул Освальд. — Хуицилихуитлу IV нужен выход к западному берегу Океана. И он не остановится ни перед чем, чтобы получить его.
— Он взял земли пурепеча, — резонно возразил правитель Колимы.
— Они опустошены и бесплодны, — покачал Освальд головой. — Он хочет поставить новый могучий город, а для этого нужны живые люди, которые в этом помогут.
— Зачем ему западный берег? — задал следующий вопрос Колимотль.
— Он хочет доставить сюда корабли испанцев, — честно ответил Освальд. — А уже отсюда отправлять эти корабли за Океан.
— Думаешь, там что-то есть? — заинтересованно спросил Колимотль. — Хиспанли приходят с Востока…
— Мы точно знаем, что там есть бескрайние земли, где живут другие люди, — ответил Освальд, почувствовавший, что нащупал нужную нить. — С этими людьми можно торговать. У них точно есть сталь, несомненно, есть бронза, а ещё их там очень много.
— А не думали ли вы, что эти люди захотят прийти сюда и забрать наши земли? — спросил верховный вождь.
— Думали, — ответил Освальд. — Но у них нет кораблей, и они даже не помышляют о таком.
— Ты сумел меня заинтересовать, легатль, — хмыкнул Колимотль. — Я всё взвешу и дам тебе свой ответ через три захода солнца. Пока же, чувствуй себя как дома.
— Буду надеяться, что вы примете устраивающее нас всех решение, — поклонился Освальд.
//Государство Колимы, г. Колима, 29 февраля 1524 года//
 
—… склонен принять великодушное предложение верховного правителя Хуицилихуитла IV, — закончил сильно сдавший Колимотль.
Он болен туберкулёзом, причём разрешение болезни очень близко. Целители не знают, что делать, но прилагают все усилия, чтобы помочь своему господину. Едва ли у него есть хотя бы полгода…
— Я рад, что мы сумели договориться, — улыбнулся Освальд и учтиво поклонился.
— Послы будут отправлены в Метцтитлан сегодня же, — продолжил Колимотль. — Но мои дни сочтены, я чувствую это. Поэтому также вы заключите договор со следующим Колимотлем, которого изберут в следующем месяце… Прошу тебя задержаться на это время, легатль Освальтль.
— Я задержусь, — кивнул Освальд. — Жаль слышать, что вас одолевает недуг…
— Всему своё время… — философски ответил Колимотль. — Время — жизни, время — смерти…
В зал вошёл молодой парень в набедренной повязке и с небольшим серебряным обручем на голове.
— Это будущий Колимотль, — представил действующий правитель наследника. — Он уже посвящён в мои дела, поэтому можешь обсуждать с ним всё, как со мной. Я устал, поэтому продолжайте без меня.
Освальд кивнул. Колимотля унесли на носилках, так как передвигаться он уже не мог.
— Мы окажем всестороннюю поддержку при строительстве нового города, — сообщил, тем временем, преемник. — Все договорённости, достигнутые с моим предшественником, остаются в силе и мы согласны на вступление в Метцтитланский Союз. Но нужно обсудить проблему земель пурепеча.
— Какие у нас проблемы с землёй пурепеча? — не понял его Освальд.
— Несколько областей испокон веку принадлежали моему народу, — объяснил молодой Колимотль. — Мы хотим их себе.
— Это нужно обсуждать с верховным правителем Хуицилихуитлом IV, — развёл Освальд руками. — Я не наделён полномочиями принятия решений по территориальным вопросам. У моего повелителя большие многолетние планы на земли пурепеча, поэтому, чтобы не мешать им, я не могу давать никаких гарантий.
— Мы должны решить этот вопрос до того, как вступим в Метцтитланский Союз, — настоял молодой.
— Я могу отправить сообщение в Метцтитлан, — кивнул Освальд. — А они пришлют гонца с ответом.
— Хорошо, — кивнул молодой. — Как только будет дан положительный ответ, мы сразу же отправим послов. А пока я отменю исполнение решения моего предшественника.
— Понимаю, — ответил Освальд.
Этот парень играет с огнём. Они понимают, что Освальд не хочет лишнего кровопролития, но продолжают дразнить крокодила. Хуицилихуитлу проще отправить сюда корпус из десяти тысяч солдат и подчинить текос силой оружия, поэтому Освальд не знал, как он отреагирует на его письмо.
Тем не менее, по окончанию приёма, Освальд вернулся в свои покои и начал писать письмо на тонкой рисовой бумаге, импортированной аж из Китая. Стоила баснословных денег, если по меркам европейцев, но Освальду она была нужна для использования на почте.
Закончив с написанием письма, он свернул небольшой лист в трубочку и поместил в футляр.
Белые голуби сидели в клетке и клевали зерно. Ос достал одного из них, закрепил на его лапке футляр и выпустил птицу в окно.
Ацтеки широко использовали голубиную почту, что было настоящим открытием для Освальда. Узнав о таком надёжном способе беспроводной связи, он активно использовал его для связи между региональными подразделениями «ОсКорпа», а также для переписки с Метцтитланом в отъезде.
К сожалению, у Колимы почтовой переписки с Метцтитланом не было, поэтому Ос мог отправить письмо только в один конец, а ответ должен прийти с гонцом.
Отправив СМС, Освальд тяжело вздохнул и сел на лежанку.
Напряжение очень высоко. Если Хуицилихуитл IV ответит отказом на запрос, то война будет неизбежна. И тогда текос могут рискнуть взять Оса в заложники. Но, вероятно, верховный правитель не будет глупить и пожертвует ненадолго пустыми территориями, которые, вроде как, никому особо не нужны.