Роза в ее руке (СИ)

И как только произошло то, о чем мысленно она умоляла — поскорее избавиться от мучителей, изображая неживую, — появился он. Человек из «ниоткуда». Он шел, уверенно прижимая к своей груди ее крохотное надломленное тело. Несмотря на то, что от некогда прекрасного и невинного ничего уже не оставалось, его руки были предназначены, чтобы спасти Вивьен или хотя бы ее душу.
***
Вивьен
Все изменилось в то самое мгновение, когда прикосновение к незнакомцу не стало омерзительным.
Я не дышала. От переизбытка чувств, словно онемела, не имея понятия, где я, с кем, и почему мне решили помочь. Девушке, которая потеряла себя.
Никогда не мечтала о такой участи. Чтобы в двадцать лет пережить мнимую любовь, предательство, унижение наряду с безумной одержимостью и ее последствиями. Не тогда, когда жизнь и все прекрасное было еще впереди. К сожалению, нам не дано выбирать судьбу. Я знала об этом не понаслышке.
Едва веки вздрогнули, тусклый свет лампы ослепил без предупреждения.
Припухлость вокруг одного глаза была очевидна: она мешала до конца открыться веку, превращая его в узкую щелку. Губы царапала раздражающая боль, дышать было тяжело.
Вопросы о моем местонахождении не обошли меня стороной. Следующее, что взбудоражило мой мозг, приземлив остальные тревожные ощущения — это незнакомая скудная обстановка. Представление о том, что я находилась далеко и в надежном для себя месте, немного успокоили мое волнение.
— Эй, — незнакомый мужской голос и прикосновение к щеке заставили обратить на себя внимание.
Инстинктивная попытка отпрянуть от ожидаемой оплеухи и съежиться на скрипучей кровати не увенчалась успехом. Резкая боль разрезала все мое тело.
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — поспешил успокоить незнакомец, убрав за спину руки.
Взглянув на него, я обомлела. Сердце забилось быстрее обычного темпа. Длинные, вьющиеся темные волосы и такого же цвета одежда делали мужчину устрашающе привлекательным. Футболка облегала его стройное с крепкими мышцами тело, темные джинсы блестяще сидели на нем. От него не исходило той опасности, которая ожидала меня повсюду. Он сидел подле на безопасном расстоянии без намека на близость. Незнакомые глаза нашли мои. Полные губы приоткрылись, испустив вздох, в то время как поза оставалась решительной и уверенной.
Мы продолжали смотреть друг на друга, пока он не прервал тишину.
— Что-нибудь помнишь? Например, как оказалась здесь? — спросил мужчина уставшим голосом.
Перебирая воспоминания о событиях последних нескольких часов, сознание воспроизвело лишь отвратительное. Здоровенные руки одного из двоих ублюдков удерживали меня, пока второй мерзкими лапами шарил по худенькому продрогшему телу. У меня не было сил просить их остановиться. Умолять подонков пощадить было бессмысленным в тот момент. Им нужна была не я, а всего лишь мое тело. Той девушки давно не существовало, как и ощущения боли. Разлучение души с внешней оболочкой являлось бы самым подходящим выходом для решения всех моих проблем.
Тем временем, мужчина терпеливо ждал от меня слова. Я не собиралась что-либо отвечать ему, сомневаясь в том, что он бы верно воспринял мои слова.
Помотав отрицательно головой, я натянула одеяло, будто была в состоянии скрыть свою сущность.
— Откуда ты? — спросил он вновь.
Я покачала головой.
— Ладно, — разочаровавшись, он встал и направился к двери, окончательно образовав между нами пространство. — Я отвезу тебя домой, как только тебе станет лучше, и ты сможешь самостоятельно ходить.
Он немного потоптался на месте, решая уходить сейчас или чуть позже, а затем продолжил более уверенным голосом.
— Мой друг — хороший врач. Он скоро придет, чтобы осмотреть тебя.
Что? Нет. Нет.
— Ты в моем доме, — попытался меня опередить незнакомец, — а значит, ты в безопасности. Я обещаю, что здесь ничего плохого с тобой не случится.
Тут меня посетила мысль о Флойде. О том, как он часто поступал в подобных случаях: на мгновение лишал жизни, а после уничтожал всех виновных, спасая жертву для дальнейших своих издевательств. В такие моменты смерть являлась бы для меня наилучшим выходом. Если бы этот мужчина был Флойдом… Но, к счастью, он им не был.
 
Я не была в том состоянии, чтобы разглядеть человека, находящегося рядом с собой возле кровати, чьи сильные руки принесли меня сюда. Но мне запомнился каждый его вдох, сердцебиение и приятное тепло.
Он стоял передо мной, и наши взгляды были нацелены друг на друга. Его — любопытствующий, с долей сожаления. Мой — прямой и с вызовом. Я ничего не боялась. Не было необходимости привыкать к осуждению. Пусть бы говорил правду и что подумал обо мне, когда увидел полную картину произошедшего.
— Где находится твой дом?
Он не прекращал задавать свои вопросы.
— Имя у тебя хотя бы есть?
В моем положении наилучшим способом было притвориться чужестранкой, не понимающей языка, на котором общался парень.
Я пожала плечами, в который раз уходя от ответа.
— Частичная потеря памяти и онемение, — едва разборчиво пробормотал длинноволосый мужчина.
Достаточно длительное время он пристально смотрел мне в глаза, как будто пытался там обнаружить ответ на все вопросы. Но мой выработанный годами взгляд оставался твердым и непокорным. Скорее, безэмоциональным.
— Как часто это случалось с тобой?
Все же он произнес интересующий его вопрос, ответом на который послужило мое очередное молчание.
Я попыталась двинуться с места, когда ощущение тревоги и желание бежать отсюда без оглядки овладели моим сознанием.
Бежать.
Последние три года моей жизни были вызваны этим желанием.
— Ты дрожишь, — прикосновение теплой ладони к моей руке отдалось легким приятным покалыванием по всему телу.
Мне было тяжело уловить эти ощущения. Знала только, что они не были отталкивающими, как те, что я испытывала в последнее время.
Опасность. Именно это привычное чувство следовало за мной по пятам. Но, находясь в маленькой комнате, оно будто испарилось. Осталось в той машине с теми ужасными людьми.
— Сейчас принесу плед, — сказал парень и поспешил выйти из комнаты.
Флойд теперь далеко, а неизвестный человек находился слишком близко. Я заставляла себя верить в то, что этот мужчина большей боли мне уже не причинит. Люди всегда выбирали то неизведанное, что искушало их на протяжении всего времени.
Однажды я имела неосторожность довериться человеку, от которого зависела вся моя жизнь. А теперь она находилась в руках хозяина этого дома.
Лежа, я рассматривала каждую деталь крохотной комнаты в преобладающих коричневых тонах. Одна кровать, рядом тумбочка. Небольшой письменный стол и гитара в углу. Множество книг украшали целый книжный стеллаж.
Я слегка потянулась, чтобы попробовать встать, но резкая боль в ребрах приковала меня к месту. Все что я могла делать — это разглядывать новое место обитания.
Надолго ли оно было моим? Я понятия не имела. Лишь ощущение тепла и толики облегчения присутствовали рядом вместе с этим таинственным незнакомцем, чей очаровательный взгляд не смог скрыть от меня некоторую деталь.
Грусть.
Она была с ним повсюду. В его сердце, глазах и душе. В его маленькой, но уютной комнате, которая пропиталась творческой атмосферой одиночества, а собственный эпатажный вид пугал и привлекал одновременно.
Сухость во рту и привкус собственной крови подсказывали мне, что, должно быть, я выглядела хуже, чем являлась на самом деле. На мне была рваная пропитанная грязью сорочка. Поверх нее накинут вязаный кардиган серого цвета. Он несколько скрывал неопрятный образ, что нельзя сказать о собственном лице. На столике не было зеркала, но тяжелые отекшие веки и ноющая боль в районе виска говорили сами за себя. Я однозначно не была привлекательной в тот момент.
***
— Ты необыкновенная, Ви. Знаешь об этом?
Томми прикасался подушечкой пальца к моим губам в ожидании поцелуя. Любимая лесная роща в который раз служила для нас убежищем. Лежа на покрывале из мягких пожелтевших листьев и кое-где зеленой травы, мы не выпускали друг друга из объятий.