Непобедимое Солнце (СИ)

Интересно, насколько это больно, когда тебя заживо разрывают на куски...
Лада всматривалась в лица окруживших Либератора Лейб-стражниц и понимала, что в этих лицах больше нет ничего человеческого. Девушки теперь стали уродливыми, они скалились, как и их хозяин, их глаза стали дикими, как у животных, они вроде даже не стояли прямо, а гнулись к земле, как обезьяны.
Либератор дал им МОЩЬ, но взамен забрал их разум!
Алёнка все еще билась в паре десятков метров над землей, богиня теперь вертелась подобно пылающей юле или сумасшедшей комете, но освободиться от магии Либератора не могла...
Пушкин тем временем уже скрылся из вида, но Либератор дал трусу сбежать. Судя по всему, Пушкин его совсем не интересовал, для Либератора парень был чем-то вроде муравья.
— Надо уходить, — генерал Буланов дернул Ладу за рукав.
— НЕТ, — грянул голос Либератора, — ПРИНЦЕССА ОСТАНЕТСЯ. Я ДАРУЮ ПРОЩЕНИЕ ЛЮБОМУ, КТО ПРИСЯГНЕТ МНЕ.
— Да бежим уже! — взмолился Буланов.
Красная вспышка.
Конунг повалился замертво. Просто умер, на его теле даже не осталось ран.
Лада в отчаянии упала на колени рядом с погибшим родичем, по щекам девушки текли слезы.
— Влад...
Княжна Дубравина тем временем тоже рухнула на колени, но отнюдь не для того, чтобы оплакать погибшего Буланова.
— Мой клан готов присягнуть тебе... — прокричала Дубравина, но потом замешкалась.
— НАЗЫВАЙ МЕНЯ — БАТЯ, — подсказал Либератор, — ИБО Я КАК ОТЕЦ МОИМ СЛУГАМ.
— Батя? — Дубравина перепугалась, но продолжила, — Как скажете... эм... Батя. Я готова служить вам. Мой клан готов!
А вот дальше случилось то, что нельзя было назвать иначе, как позором.
Все четверо юных принцессок, родичей Лады, тоже повалились на колени следом за Дубравиной.
— Мы присягаем! Мы тоже! Булановы присягают!
Это было даже не бесчестием, это было уже просто запредельным, Багатур-Булановы НИКОГДА и не перед кем не вставали на колени, ни разу в истории...
Ладе наверное следовало простить этих девушек, её сестрички по клану ведь были еще совсем юными, да и что они могли сделать? Перед ними стоял сам Сатана в своем кошмарном обличии.
Но Лада сейчас была слишком зла, чтобы прощать, слишком шокирована происходящим.
Она-то сама была готова умереть, она знала, что она не присягнет ни под какими пытками...
— Одумайтесь! — закричала Лада принцессам, — Вы предаете клан. Перед вами — абсолютное зло...
Но принцессы только потупили глаза, младшая из них Ханна вообще вся дрожала, девушка явно была близка к обмороку от страха.
Либератор же, казалось, вообще не слышал криков Лады. Она его просто не интересовала, была для него пустым местом. Либератор даже не стал требовать от принцессы присяги, и от Исцеляевской тоже не стал...
Он медленно опустил руку, и Алёнка тоже опустилась на землю, вслед за его жестом.
Лада поняла, что все внимание Гностического Либератора сейчас занято богиней, он жадно пялился на Алёнку своими глазенками, а громадная штуковина между ног у Либератора вдруг набухла и стала подниматься...
— Я МОГ БЫ ИЗНАСИЛОВАТЬ БОГИНЮ, — ухмыльнулся Либератор, — ВОПРОС ТОЛЬКО В ТОМ...
Он перестал душить Алёнку её собственной аурой, но и взлететь девушке больше не давал.
Алёнка все еще была в божественной форме, но теперь стояла перед Либератором на земле, аура с лютой скоростью металась вокруг богини. Алёнка не был напугана, скорее её объяла ярость, глаза девушки сверкали золотом, она инстинктивно прикрыла руками свой живот с ребёнком внутри...
— Чего ты хочешь? — прозвенел голос Алёнки.
— ТВОЙ МУЖ — НЕ КРОКОДИЛ. ЭТО БЫЛ ЛОЖНЫЙ КРОКОДИЛ.
— Верно, — подтвердила Алёнка, она упорно избегала смотреть на огромный член Либератора, а тот тем временем уже стал прямым, как огромная старинная пушка, и был готов к соитию, — Не трогай меня! Настоящий Крокодил — Нагибин. Это его ребёнка я ношу. Не трогай ни меня, ни ребёнка!
— ПРИНЕСИ МНЕ ГОЛОВУ НАСТОЯЩЕГО КРОКОДИЛА. ТОГДА НЕ ТРОНУ.
— Я сделаю это! — тут же согласилась Алёнка, — Я в твоем распоряжении. И все покорные мне кланы, все консервативные масоны тоже...
 
— НЕТ БОЛЬШЕ КОНСЕРВАТИВНЫХ МАСОНОВ. НАСТАЛО ВРЕМЯ СПРАВЕДЛИВОСТИ. НЫНЕ ЕДИНСТВЕННЫЕ МАСОНЫ — РАДИКАЛЬНЫЕ.
— Как скажешь...
Алёнка приклонила колено.
Либератор хищно глядел на девушку, как будто все еще размышлял, не обесчестить ли её...
Потом сверкнула очередная красная вспышка.
Принцесса зажмурилась на миг, а когда открыла глаза — увидела, что вертолетная площадка заполнилась магами. Некоторые были в черных балахонах, другие — в дешевых мундирах...
— МОИ ВЕРНЫЕ СЛУГИ! НАСТАЛ НАШ ЧАС!
Радикальных масонов было человек тридцать.
Принцесса узнала Старшего Несмертина, поганую парию, главаря клана трусов, которые не умирали от старости и поэтому никогда не сражались, боясь гибели в бою.
Еще она узнала Сказилова — тоже парию, родомагией клана Сказиловых было умение обманывать собеседника, поэтому с членами этого клана никогда не общались...
И еще баронессу Рожалову. Вот эти были хуже всех, женщины клана Рожаловых умели порождать монстров прямо из своего чрева.
А больше принцесса не знала никого из радикалов, но достаточно было увидеть их рожи, чтобы понять, что Либератор собрал себе в служители все дерьмо со всех концов Империи, всех парий, всех нищих, все забытые и озлобленные кланы. Он отобрал худших из худших, здесь было все дно русской магократии!
А еще была совсем юная девушка в балахоне, Лада сначала не узнала её, но потом девушка сбросила с головы капюшон и пала на колени перед Либератором:
— Мы пришли, отец!
Боже мой. Да быть не может.
Принцесса глазам своим не верила. Это же Таня, сестра Нагибина!
С того момента, как принцесса видела её в последний раз, Таня сильно осунулась, она была бледной, в её взгляде будто плясали красные отблески...
Хотя последнее возможно было просто отражением красного неба. Таня что ли околдована? Или нет?
Принцесса не знала этого, понять было невозможно...
Крысиные глазенки Либератора зашарили по толпе его коленопреклоненных служителей.
— Я Таня Нагибина, твоя жена и Высший Видящий... — подобострастно произнесла Таня, уставившись, как зачарованная, на громадный член Либератора.
Но адская тварь даже не соизволила взглянуть на Таню. Вместо этого Либератор зло произнёс:
— ГДЕ МОЙ ВЕРНЕЙШИЙ СЛУЖИТЕЛЬ? Я НЕ ВИЖУ ЕГО. ГДЕ ОН?
— Мой дядя погиб, его тело... — начала было Таня, но Либератор перебил:
— ПЛЕВАТЬ НА ТВОЕГО УБЛЮДКА-ДЯДЮ. ГДЕ ЧУЙКИН? ГДЕ МОЙ ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ ЧУЙКИН? ВЕРНЕЙШИЙ ИЗ ВЕРНЫХ, ГДЕ ОН?
Таня растерялась:
— Не знаю никакого Чуйкина...
Но барон Несмертин уже подсказал:
— Чуйкин вас предал, батя. Еще много лет назад. Он оставил нас и сдался властям. А сейчас он вроде поехал на Микенские Игры, чтобы там сдохнуть. Урод всегда был суицидником. Мы послали наших людей помочь Чуйкину отправиться на тот свет, вот только его хрен достанешь...
— ЧУЙКИНА МНЕ! — взревел Либератор, — ЖИВЫМ! ИБО У МЕНЯ НЕ БЫЛО СЛУГИ СТРАСТНЕЕ ЕГО. ОН — ЕДИНСТВЕННЫЙ, В КОМ МОЯ МЕРА ЯРОСТИ!
— Мы все сделаем, — Таня Нагибина распростерлась перед Либератором.
— СПРАВЕДЛИВОСТЬ ЯВИЛАСЬ В МИР, — громовым голосом произнёс адский монстр, — НЫНЕ КАЖДЫЙ ПОЛУЧИТ СВОЮ МЕРУ ВОЗМЕЗДИЯ! Я СДЕЛАЮ ОБЕЗДОЛЕННЫХ ДОВОЛЬНЫМИ. Я СДЕЛАЮ НАСИЛЬНИКОВ ИЗНАСИЛОВАННЫМИ. Я СДЕЛАЮ УГНЕТАТЕЛЕЙ УГНЕТЕННЫМИ.
Я ИЗГОНЮ ИЗ МИРА ВСЕ ОБИДЫ. ИБО МОЯ ЯРОСТЬ К МИРУ — ВЕЛИКА, МОЙ СЧЕТ К МИРУ И БОГУ — ОГРОМЕН. И ОНИ ЗАПЛАТЯТ МНЕ И НАМ ВСЕМ. ВОЗМЕЗДИЕ НА МИР! ВОЗМЕЗДИЕ НА МИР ЗЛА, НА МИР НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ.
НО ПЕРВАЯ ОПАСНОСТЬ — КРОКОДИЛ. БЕРИТЕ ВЛАСТЬ НАД ИМПЕРИЕЙ, ДРУЗЬЯ МОИ. И ПРИНЕСИТЕ МНЕ КРОКОДИЛА — ЖИВЫМ ИЛИ МЕРТВЫМ. ВСЯ МОЩЬ СТРАНЫ В ВАШИХ РУКАХ.
УБЕЙТЕ КРОКОДИЛА — ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕПЯТСТВИЕ НА ПУТЯХ СПРАВЕДЛИВОСТИ. ИБО ПРЕДСКАЗАНО — Я ОДОЛЕЮ КРОКОДИЛА В БИТВЕ И СПАСУ СОЛНЦЕ...