Шепот одержимости (ЛП)

Нет, так совсем не пойдет. Мне нужно напомнить ей, кому она принадлежит...
  
8
 
КОРА
— С днем рождения! — В следующую субботу моя мама врывается в дверь моей комнаты, пугая меня до потери сознания.
  
— Боже, мама! — Я вскрикиваю, когда сажусь в кровати.
У нее воздушные шарики и открытка с большим букетом цветов, и я улыбаюсь.
— Ой, мам, тебе не обязательно было все это делать!
Я с благодарностью беру цветы, когда она кладет открытку на кровать рядом со мной, а связку воздушных шариков — на пол.
— Конечно, обязательно. Я так взволнована этой новой главой в твоей жизни, Кора. Ты официально взрослая! — ее слова захватывают меня.
Она права. Теперь я взрослая.
Всего две недели назад я была так взволнована тем, что мне исполнится восемнадцать, надеясь, что это сблизит нас с Виктором, но после того, как я ушла из торгового центра в прошлую субботу, я, наконец, написала ему ответ.
Сначала он извинился, а потом умолял меня дать еще видео. Он умолял меня всю неделю, но я просто не могла заставить себя сделать это снова. Я игнорировала его, насколько могла, не будучи грубой.
Что-то встало на свои места в моем мозгу на заднем сиденье его машины. Как будто, наконец, прозвенел предупреждающий звоночек, и я поняла, что, как бы сильно он мне ни нравился, возможно, его интерес ко мне немного... странный.
Мне было семнадцать, я все еще училась в средней школе, и у нас даже не было права встречаться. Чего он мог на самом деле хотеть от меня? Ничего серьезного. Нет, если он выпрашивал у меня фотографии и видео. Я не думаю, что он даже знает, что сегодня мой день рождения.
Я отбрасываю мрачные мысли прочь и направляюсь на кухню вместе с мамой. Она каждый год готовит мне блинчики с шоколадной крошкой на завтрак в честь моего дня рождения, и сегодня я в восторге от их вкусности.
— Итак, Кора, чем бы ты хотела заняться сегодня? — спрашивает мама, выкладывая на стол, между нами, огромную стопку блинов.
Она садится на свое место, передает мне тарелку и кладет пару кусочков себе на тарелку, прежде чем начать.
Блинчики моей мамы самые вкусные. У нас не часто бывают подобные экстравагантные угощения, но это только заставляет меня ценить их еще больше.
— Я не совсем уверена. Лиззи хочет потусоваться и попросила меня подготовиться к танцам у нее дома, так что, думаю, я просто приду туда немного раньше сегодня днем.
— Я так рада, что сегодня танцы, и тебе есть чего с нетерпением ждать. Прости, но мне нужно работать. Я планировала помочь на танцах в качестве компаньонки. Я хотела увидеть тебя нарядной. Не могла бы ты попросить родителей Лиззи сделать для меня побольше фотографий вас, девочки? Ты останешься сегодня у Лиззи?
— Да, таков план, если ты не против.
— Конечно, не против, малышка. В любом случае, я предпочитаю, чтобы ты не оставалась дома одна, пока я работаю.
— Спасибо, мама.
— Хочешь пройтись по магазинам или еще что-нибудь, прежде чем отправишься к Лиззи? Тебе что-нибудь нужно для танцев?
— Нет. У меня все в порядке, спасибо.
Лицо моей мамы вытягивается от разочарования.
— Но если тебе нужно что-нибудь купить, я могу пойти с тобой. Я даже угощу тебя мороженым, когда мы закончим.
Моя мама смеется.
— Ты говоришь как взрослая, а я ребенок.
Я натянуто улыбаюсь ей. Это совсем не так, но в последнее время я активизируюсь и помогаю финансово гораздо чаще. И не только на деньги Виктора.
Если бы мы не нуждались в этом так сильно, если бы я не помогала немного снять напряжение с мамы, я бы чувствовала себя неловко из-за того, откуда у меня деньги. Как будто это немного грязно. Но я отказываюсь так себя чувствовать, поэтому отбрасываю эти мысли в сторону.
— Вот что я тебе скажу, мне заплатят на следующей неделе, так что, может быть, в следующую субботу мы могли бы пройтись по магазинам и выбрать что-нибудь вкусненькое на твой день рождения. — Предлагает она.
— Ты не обязана этого делать, мама. Цветов, открыток и воздушных шариков более чем достаточно. Не говоря уже о блинчиках. — Стону я. — Клянусь, с каждым годом они становятся все вкуснее.
— Возможно, я не смогу сделать подарок вовремя, но моей малышке чертовски приятно получить подарок на день рождения. Восемнадцать лет — это такая важная веха. Я должна подарить тебе что-нибудь, что ты сможешь сохранить. Что-то особенное.
— Хорошо, мам, если ты настаиваешь.
— Настаиваю. — Твердо отвечает она, прежде чем улыбнуться мне. — А теперь ешь свои блинчики, пока они не остыли.
Я делаю, как она говорит, и мы едим в дружеском молчании. Когда я заканчиваю, она настаивает на уборке и прогоняет меня принять душ и подготовиться к танцам. Еще слишком рано делать прическу и макияж, но приятно использовать время для душа и бритья.
Когда я заканчиваю, Лиззи пишет мне сообщение.
Лиззи
С Днем Рождения, моя лучшая сучка!
Кора
Лучшая? Лучше бы я была твоей единственной!
Лиззи
Так оно и есть! Когда ты приедешь? Твоя мама купила тебе что-нибудь вкусненькое?
Кора
Я почти готова. Она хочет сводить меня по магазинам на следующей неделе, чтобы я выбрала что-нибудь сама.
Я вижу, как волшебные три точки появляются, а затем исчезают. Возвращаются и снова исчезают. Лиззи явно раздумывает, как ответить на этот печальный обрывок информации, но я не возражаю.
Лиззи
Ох, дорогая, это отстой. Прости. По крайней мере, это сделает мой подарок еще более потрясающим!
Чувствуя вину перед мамой, я посылаю Лиззи еще одно сообщение.
Кора
Она подарила мне великолепный букет цветов и воздушные шары. И, конечно, блины на завтрак были восхитительными!
Я бы предпочла, чтобы моя мама потратила дополнительные деньги, которые я смогла ей дать, на наши счета и машину, а не на меня. Странно думать, что она использовала деньги Виктора, чтобы купить мне подарок. Как будто это почти от него.
Я ненавижу это.
Интересно, знает ли он, что у меня сегодня день рождения? Он ничего не говорил в школе всю неделю и не написал мне сегодня. Это совершенно не в его характере. Я думаю. Не то чтобы я знала его так уж хорошо. Но, вообще говоря, он довольно настойчив, когда чего-то хочет, и с сегодняшними танцами я надеялась, что он захочет увидеть меня.
Я не знаю.
Это школьные танцы. Не то чтобы мы могли что-то делать на них. И я не уверена, что даже хочу этого. Но все же неприятие и разочарование немного причиняют боль.
Вздыхая, я беру свою сумку, которая уже упакована для ночевки у Лиззи, и спускаюсь вниз. Моя мама подвозит меня к Лиззи домой, и за всю дорогу машина ни разу не сбивается с ритма. Похоже, ей удалось починить кондиционер и провести сервисное обслуживание.
Чувство вины в моей груди немного утихает.
Ладно, снимать видео для Виктора было не самым приятным чувством в мире, но моя мама смогла починить машину, и мне не нужно так сильно беспокоиться о ее безопасности каждый раз, когда она едет на работу.
  
Оно того стоило.
— Отлично проведи время сегодня вечером, милая. Сделай фотографии! — кричит она, когда я вылезаю и закрываю дверь.
— Спасибо! Хорошо.
Я подхожу к входной двери Лиззи. Ее дом намного красивее моего дома. Я нажимаю на звонок. У нас нет ни звонка, ни колокольчика. С моей дверью нужно использовать свой старый добрый кулак, чтобы привлечь к себе внимание. Но в доме Лиззи есть один из тех супернавороченных звонков, который издает легкий звон всякий раз, когда вы в него звоните.